Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

24.05.2006 | Колонка

Общество взаимного недоверия

В Москве закончился созванный СТД и его председателем Александром Калягиным форум "Театр - время перемен". На нем говорили о деньгах. И немного об искусстве. Но о деньгах куда красноречивей.

Итогом двухдневных бдений стало письмо В.В. Путину, живописующее удушение репертуарных театров посредством реформы бюджетной сферы. Наша духовность гибнет - ей не хватает финансирования.

Несколько лет назад под таким же примерно лозунгом вели борьбу с правительством французские профсоюзы творческих работников. Причем, в отличие от наших театральных деятелей, французы в строгом соответствии с национальными традициями сразу же вышли на баррикады и устроили уличные беспорядки. Традиции не подвели. Срывать международные фестивали (отменили даже Авиньонский) и перекрывать магистрали, что ни говори, эффективнее, чем писать челобитную царю-батюшке. Но, во-первых, русское патерналистское сознание верит только в челобитные. Во-вторых, когда смотришь на участников форума, понимаешь, что на пенсию подавляющему большинству из них уже пора, а на баррикады как-то поздновато. Что само по себе и есть свидетельство глубочайшего кризиса российского театра. Впрочем, главное отличие не в темпераменте и даже не в возрастном составе борцов с неправедной властью. Главное отличие — в истоках конфликта.

Во Франции социалисты во главе с Миттераном создали в свое время фантастическую систему социальных гарантий, которая тяжелым бременем легла на бюджет страны.

Зачинщики беспорядков, подвизающиеся на тамошней культурной ниве (так называемые интермитанты, то есть сезонные театральные работники низшего звена) задействованы на сцене 3—4 месяца в году. В остальные месяцы получают от государства пособие, равное их окладу. Иными словами, они — чтоб мы все так жили! — имеют хорошо оплачиваемый отпуск, который длится более полугода. Коварные планы французского правительства сократить его на месяц-другой можно понять. А можно их и поприветствовать. Но мы-то, мы-то куда? Ведь самый неосведомленный чиновник знает, что лучше не сравнивать пособие французских сезонных тунеядцев с окладом нашего народного артиста. Зачем отнимать у голого штаны? Должен же этот вопиющий цинизм иметь какое-то объяснение. А он его и имеет.

Российская власть озабочена не давлением на бюджет, а его нецелевым использованием, ибо опытным путем бесповоротно установлено: если есть денежные потоки, будут отводные каналы. Тигру в зоопарке недодадут мяса. В школе недосчитаются парт. Вместо декораций "Вишневого сада" где-нибудь построят дачу. Нет законодательного препятствия, которое не объехал бы на кривой козе сметливый россиянин. И вот хитроумное правительство придумывает все новые формы контроля над расходованием бюджетных средств, и они в очередной раз героически преодолеваются. Повсеместно от Европы до Северной Америки жители, объединенные по интересам, время от времени борются с властью предержащей за повышение своего благосостояния, а власть пытается умерить их аппетиты. Но у нас власть озабочена не сдерживанием растущих потребностей, а снижением темпов воровства.

Конфликт театральных деятелей с ветвями власти носит не узкоотраслевой, а общегражданский характер. Его причина не в количестве денег (их сейчас в России, вроде бы, много как никогда), а в охватившем страну тотальном кризисе доверия. Чиновников высшего звена к чиновникам низшего. Чиновников низшего — к юридическим лицам. Юридических лиц — к физическим. Физических — ко всем вышеперечисленным.

И дело уже доходит до абсурда. Директор крупного театра как-то рассказывал, что исходящим реквизитом какого-то их спектакля были мороженые куры. Так на них тоже надо было проводить тендер. Театры не лишают денег, их — почувствуйте разницу — лишают возможности свободно распоряжаться деньгами, уже не замечая, что способ контроля над бюджетной сферой давно превратился в способ ее ликвидации.

"Я все думаю, почьему ваш президент не хочьет трогать стабилизационный фонд? — размышляет вслух знакомый иностранный дипломат. — Может, он боится, что его попильят?" Я вяло киваю головой и думаю, что глагол "попилят" наверняка войдет скоро в европейские языки наряду со словом "погром".

В основе любого государства помимо многочисленных законов, предписаний, циркуляров лежит еще и общественный договор, предполагающий минимальное доверие власти к гражданам и минимальную честность самих граждан. И создать такой договор не могут по отдельности СТД, президент или правительство. Его может создать только общество в целом. Только эта неписаная конвенция о доверии и в состоянии сделать страну жизнеспособной, а повсеместный тендер на мороженых кур — абсурдным.



Источник: "Известия", 22.05.2006,








Рекомендованные материалы



Проблемы неотомизма

В детстве все мы играли в магазин, в больницу, в милицию, в почту… Играли также и в выборы. Помню, как в тупиковой части огромного коммунального коридора был нами обустроен «Избирательный участок № 97». В посылочный фанерный ящик, закутанный в старый халат чьей-то бабушки, кидались обрезки тетрадных листков, на каждом из которых было написано: «Света. Дипутат».


Зима патриарха. Бесконечная

2019-й год был переломным в деградации российской государственности. Дело не только в том, что в ходе выборов в Мосгордуму российская власть продемонстрировала: она не уверена, что за нее проголосуют. И под надуманными предлогами отстранила своих оппонентов от участия в выборах. А потом устроила судебную травлю тех, кто протестовал против этого. Дело еще и в том, что человек, обладающий абсолютной, ничем не сбалансированной властью, решительно перестал стесняться.