Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

22.05.2006 | Нешкольная история

Как выбирали Советскую власть II

Из истории выборов 1918 - 1980 гг. Работа ученика 11 класса из Ростовской области Эдуарда Андреасяна. Часть 2

   

АВТОР

Эдуард Андреасян - ученик 11 класс школы № 1 поселка Матвеев Курган Ростовской области.

Работа получила третью премию VII Всероссийского конкурса Международного Мемориала "Человек в истории. Россия - XX век".

Научный руководитель - Ольга Ивановна Столбовская.

Я давно слышал о знаменитой до сих пор в нашем районе Марфе Арсентьевне Королёвой, депутате Верховного  Совета РСФСР от нашего округа. В областном архиве есть подшивки районной газеты «За сталинский урожай» за 1938 год, когда проходила избирательная кампания по выборам Марфы в депутаты Верховного Совета РСФСР.

Как же осуществлялась процедура выдвижения  во власть? Как становились ею, властью, в 30-е годы, по новой Конституции? 

Я читаю старую газету: «Ко всем избирателям района и Таганрогского сельского избирательного округа по выборам в Верховный Совет РСФСР. Обращение колхозников, трактористов, комбайнеров колхоза «Победа» и учителей Алексеевского Сельсовета. Предвыборное собрание колхозников и колхозниц колхоза «Победа», служащих и учителей Алексеевского Сельсовета единодушно наметило первым кандидатом в депутаты Верховного Совета РСФСР того, кому мы обязаны своей счастливой культурной и зажиточной жизнью, нашего любимого и мудрого Иосифа Виссарионовича Сталина, соратников товарища Сталина, руководителей партии и правительства, товарищей В.В. Молотова (далее 9 фамилий руководителей страны) и лучшую колхозницу, стахановку-звеньевую, мастера высоких урожаев Марфу Арсентьевну Королеву... По поручению собрания президиум». (Газета «За сталинский урожай», № 75, 16 мая 1938 г.) Подобные собрания прошли в Александровке, посёлке «Красный бумажник» и других селах района. Описание этих собраний составлено очень красочно, напоминает репортажи с какого-нибудь футбольного матча или праздника.

Также выдвижение Марфы Арсентьевны Королёвой поддержано районным избирательным собранием. Статья называется «На районном предвыборном совещании». Интересна процедура выбора Президиума  совещания. «По предложению агронома т. Григорьева совещание избирает в почетный президиум товарища И. В. Сталина и его верных соратников товарищей В. М. Молотова, М. И. Калинина, К. Е. Ворошилова, Н. И. Ежова, Л. Н. Кагановича, А. А. Андреева, А.А. Жданова, Г. М. Димитрова, секретаря ЦК германской компартии т. Эрнста Тельмана, секретаря ЦК испанской компартии т. Хосе Диас, героиню испанского народа Долорес Ибаррури». (Газета «За сталинский урожай», № 76, 16 мая 1938 г.) Когда я читал все эти фамилии, сначала не понял: они что, все у нас в Матвеевом Кургане заседали в клубе? Потом до меня дошло: выборы Президиума символические, «так заведено» и т.д. Одновременно на районном избирательном собрании выбрали 19 доверенных лиц по числу избирательных участков района. Машина завертелась. Избирательная кампания началась.

Итак, Марфу, простую звеньевую полеводческой бригады небольшого, но крепкого колхоза  выдвинули во власть. Причем в такой компании! Здесь и Сталин, и Молотов, и Каганович, и Ежов, и Георгий Димитров, и другие люди, имена которых знают все.

А кто же она? И несколько номеров газеты «За сталинский урожай» печатают её биографию, написанную ею самой. Биография Марфы в газете написана профессионально, грамотно. Но меня больше привлекла другая версия, самой героини. Ее автобиография хранится в школе, на ветхом пожелтевшем от времени листке. Текст напечатан на машинке с грамматическими  ошибками. Я привожу его полностью, сохраняя орфографию и стиль выделений оригинала: «Я, Королёва Марфа Арсентьевна, родилась в 1894 году, в селе Алексеевка, Матвеево-Курганского района. Отец был крестьянин-бедняк. Не имея собственной земли, работая на одной лошади на землях помещиков летом, а зимой служил сторожем. Имея семью, состоящую из 11 человек – 7 дочерей и 4 сына, отец не мог обеспечить теми ничтожными заработками, которые платили кулаки и помещики за его труд. Семейство не имея одежды и обуви ходило полураздетое. Учить нас отцу было нечем. Как и старшие мои сестры, неуспев подрости, проучившись 2 месяца я должна была идти в няньки к кулаку РОГОВОМУ Петру.  За мешок муки, данный им моему отцу, мне пришлось прослужить батрачкой полгода. Надоело мне батрачить у кулаков и я решила отправиться в прислуги в город Таганрог, где проработала до 17-летнего возраста, получая за свой труд жалкие гроши. В 1911 году вышла замуж. Муж мой был из семьи крестьян-бедняков. Но вскоре моего мужа взяли на действительную военную службу в царскую армию, откуда он возвратился в 1918 году  инвалидом, так-как был три раза ранен и отравлен газами. Во время отсутствия мужа в течении семи лет мне приходилось работать у кулаков и помещиков за кусок хлеба. В 1931 году мой муж умер и я вступила в колхоз, заявив на общем собрании, что я хочу быть членом колхоза «Победа № 1»,  Алексеевского сельсовета и работать по совести и выполнять все свои обязанности.

В 1935 году я первая включилась в социалистическое соревнование по Матвеево-Курганскому району за рекордные сталинские урожаи и взятые на себя обязательства выполнила с честью. Я ежегодно повышала урожайность в колхозе в 2-3 раза выше, несмотря на засушливое лето 1938 года я добилась урожая озимой пшеницы по 26 центнеров с гектара, яровой пшеницы – 17 цнт., подсолнуха ждановского – 16 цнт. с гектара. В июне мес. 1938 г. была избрана депутатом Верховного Совета РСФСР. В 1938 году в июне месяце я вступила кандидатом в члены ВКП(б). В этом же, 1938 году, меня наградили за повышение урожайности правительственной наградой орденом Ленина».

На этом событии я хочу пока прервать цитирование документа. Видно, что 1938  год для Марфы, простой звеньевой, был триумфальным. Она была награждена орденом, избрана депутатом, ее возвысили над другими колхозниками.

«В колхозе «Победа» Алексеевского Сельсовета большой авторитет завоевала звеньевая  М. А. Королева. Ещё с осени звеньевая Королева начала заботиться об урожае. На 85 га озимых вырвала сорняки и начала собирать удобрения. Росла гора навозного перегноя, птичьего помета, запасы золы (всего 580 центнеров). Нашлись люди, которые посмеивались над Марфой Арсентьевной, даже бросили прозвище «подсметщица». Но Королева не сдавалась. Она настойчиво и упорно делала общее дело – готовила пищу для матери-земли. Была какая–то огромная сила в этой простой, скромной женщине, сила заражающая, тянущая за собой людей» (Газета «За сталинский урожай», № 75, 16 мая 1938 г). Прозвище «подсметщица» в деревне было довольно обидным – означало «навозница» или «мусорщица». Одним словом, человек, подбирающий всякую дрянь. Но Марфу это не смутило.   

Понятно, что Марфа много трудилась, была энергичной, добросовестной, всю себя отдавала делу. Были большие урожаи, трудовой энтузиазм. Она, видимо, была хорошим организатором и умела вести за собой людей.  Во всяком случае, в нашем посёлке и районе её трудовые достижения никем не ставятся под сомнение и сегодня.  

Избирательная кампания набирает обороты. До выборов остаётся мало времени, и статьи напоминают боевые сводки: «В избирательном участке № 23 оборудовано 3 агитпункта, организовано дежурство членов избирательной комиссии, проводятся беседы, читки газет и журналов. Руководит работой участка тов. Афонов. Организовано 29 кружков в десятидворках, охвачено 716 избирателей». (Статья И. Мищенко,  газета «За сталинский урожай» № 78, 22 мая 1938 г.). Привлечены все возможности, подняты все силы и таланты. Я думал: а работать эти люди продолжали? Или на время избирательной кампании всякое производство остановилось? Тем более им приходилось проводить мероприятия не только в своем районе, но и выезжать за его пределы. Но, оказывается, люди трудиться всё же продолжали. 4 июня газета пишет: «Подавляющее большинство избирателей в поле, на прополке, сеноуборке и т.д. Именно там, в поле, и  должны работать агитаторы, доверенные»  («За сталинский урожай», 4 июня 1938 г., № 84). Я представил: вот люди пропалывают поле, а рядом бежит агитатор. Или он кричит, стоя на краю, чтобы всем было слышно?  Или на поле не работают, а слушают доверенных лиц? Тогда почему на поле? Можно более удобно - в каком-то помещении. Но ставилась задача – охватить агитацией поголовно всех  избирателей! (Из постановления Ростовского обкома ВКП(б), «За сталинский урожай»,  4 июня 1938 г., № 84, выделение статьи).

Особая нагрузка падала на кандидата. Сколько же ей приходилось произносить речей, сколько посещать разных собраний! Вот она-то наверняка на своё поле в это время не попадала. Обо всех её встречах были публикации в газете «За сталинский урожай».

По моим подсчётам, всего Марфе Арсентьевне, за неполных два месяца избирательной кампании, пришлось участвовать в 34 собраниях  разного уровня,  и где-то в 20 встречах с избирателями.

Я читаю речи Марфы, думаю: она ведь фактически неграмотная. Либо она талантлива от природы и могла импровизировать на темы статей из газет, либо заучивала наизусть написанное кем-то.  В любом случае, от неё это потребовало известных усилий. 

Почти в каждом номере публикуются фотографии Марфы в разных видах – в платке, без платка, произносящую речи на митинге, в поле с бригадой,  в поле с председателем и агрономом… Подписи под снимками «Знатная звеньевая», «Знатная колхозница» и т.д. На районном собрании её назвали «новой знатью». «Новая знать» – очень показательно. Сама Марфа постоянно напоминает, что она бывшая батрачка, а теперь знатная звеньевая. Идет постоянная ссылка на прошлое, и батрачество является заслугой, положительным фактом биографии. Конечно, ценится и большой урожай. Но газета упоминает нескольких «мастеров  высоких урожаев», и только Марфа подходит по всем статьям к роли депутата.

Батрачка,  добровольно вступившая в колхоз, мастер высоких урожаев, да ещё и речи может произносить, не теряется на митингах, говорит то, что нужно -  идеальный кандидат в депутаты Верховного Совета  РСФСР!  Но, думаю, здесь ещё и везение – разнарядка на депутатов потребовала, чтобы была женщина и беспартийная – и вот она, наша Марфа Королёва – депутат!

Перед самыми выборами  газета становится красочнее, помещает агитационные плакаты, фотографии  и стихотворения донских поэтов о выборах. Хоть и не вызывал у властей сомнения результат голосования в таких условиях, но всё же усилия в избирательную кампанию вкладывались очень большие. Одна из статей так и называлась: «Готовить новую блестящую победу сталинского блока коммунистов и беспартийных». «Победу сталинского блока надо организовать!.. участковые избирательные комиссии должны иметь твердую уверенность  в том, что каждый  избиратель 26 июня без всякой помехи сможет притти (орфография оригинала) на избирательный участок и выполнить свой долг... 26 июня в голосовании должен принять участие каждый избиратель» («За сталинский урожай», 19 июня 1938 г., № 90).  Выборы, конечно, состоялись. «Новая блестящая победа сталинского блока коммунистов и беспартийных.

Выборы в нашем районе показали непоколебимую сплоченность, беспредельную преданность колхозников сталинскому Центральному комитету, Коммунистической партии  и вождю товарищу Сталину.  Вновь победил сталинский блок коммунистов и беспартийных» («За сталинский урожай», 29 июня 1938 г.,  № 94). Как будто был ещё какой-то блок или какие-то другие кандидатуры! В таких условиях победа, безусловно, была «блестящей»!

Что же было дальше с Марфой? Как сложилась жизнь новой знати из бывших батраков?  Продолжение автобиографии Марфы Арсентьевны Королёвой: «В 1939 году я была избрана председателем Алексеевского сельсовета, где проработала до октября 1940 года. С сентября месяца 1940 года по 1941 год училась на курсах ВСХКШ в городе Новочеркасске.

В 1941 году в октябре месяце, в связи с приближением немецких войск к нашему району, я эвакуировалась в Дубовский район. Была отозвана Облисполкомом и послана в распоряжение Матвеево-Курганского РК ВКП(б), который находился в с. Политотдельском, М-Курганского района. С января месяца 1942 года по июнь месяц 1942 года я работала зав. Политотдельским райсобесом. В июне месяце 1942 года вторично эвакуировалась вглубь страны и остановилась в Чкаловской области, Ак-Булакском районе. Где работала заместителем директора Райпромкомбината с  октября 1942 года по февраль месяц 1943 года. В феврале месяце 1943 года получила вызов от Ростовского облисполкома о возвращении в свою область. По прибытии на место своего назначения, 8-го марта 1943 года, я была послана на работу заведующей райсобесом в Дубовском районе Ростовской области, где проработала по сентябрь месяц 1943 года. В сентябре месяце 1943 года была отозвана Облисполкомом и послана в распоряжение М-Курганского РК ВКП (б), где была назначена зав. Отделом Гособеспечения и работала по октябрь месяц 1946 года. С ноября 1946 года по июль месяц 1948 года работала при Матвеево-Курганском РК ВКП(б) в должности женорганизатора» (Из «Автобиографии Марфы Арсентьевны Королёвой). Автобиография заканчивается 1948 годом. Вероятно, это дата составления документа, так как известно, что умерла она значительно позже, в 1982 году.

Марфу, как видим, не забывали вовремя эвакуировать, вовремя отозвать, дать неплохую должность. Я думаю, она не испытала тех тягот, которые выпали на долю остальным жителям нашего района, оказавшимся в  прифронтовой полосе и на линии фронта, а затем в немецкой оккупации. 

Пужаев Григорий Кириллович рассказывает: «Марфа после войны была заведующей районным собесом, но мало что делала, только расписывалась. Мешала малограмотность».  И дальше в разговоре: «Марфа, будучи бригадиром, общалась с учеными, ставила на полях опыты под их руководством. Много училась». Но, видимо, ей все же не хватало систематического образования. Руководить не на поле, а за канцелярским столом было ей  трудно. Вот и запомнили её как знатную звеньевую, а не как  хорошую заведующую райсобесом.  Пожилые  люди помнят о Марфе и гордятся знаменитой землячкой. Молодёжи ничего о ней не известно. Думаю, всё же  Марфа вошла в историю нашего района, была «лицом эпохи».

Я согласен с выводом, сделанным С.А.Мамаевой:

«Руководящие структуры коммунистической партии организовывали безальтернативные выборы в Советы, фактически назначали руководителей советских органов, устанавливали функции и полномо¬чия Советов, спускали разнарядки по возрастному, половому и партий¬ному составу Советов всех уровней».

(С. М. Мамаева. Советская система власти и ее реформирование (1920-1993 гг.)  В  книге  «Самоуправление на Дону. Двадцать три века истории выборов», Ростов, 2002, с. 76-82). Избирательная кампания Марфы Королёвой, прослеженная по материалам местной газеты, подтверждает это.

 

После великой победы

Исследуя процедуру выборов, я обнаружил, что в нашем районном архиве есть протоколы избирательной кампании 1947 года в местные органы власти.

Как же избирали люди, как голосовали те, кто во время войны перетерпели столько бед, победили «всем смертям назло»? Их, казалось бы, ничем не запугать. Они будут бороться за свои права, за новую свободную жизнь, лучшую, чем была до войны. 

Но  документы бесстрастно выдают сухие цифры: единый кандидат «блока коммунистов и беспартийных» набирает 100%, 99,6% и т.п. голосов по местным избирательным округам. Подбор кандидатов в депутаты был очень строгим. В списке кандидатов практически нет случайных людей. Все начальники, руководители  исполкома, райкома партии,  различных производств, совсем немного рядовых передовиков, рабочих и служащих.

Передо мной «Протокол общего собрания рабочих и служащих государственных учреждений Исполкома М-Курганского Районного Совета депутатов трудящихся по выдвижению кандидатов а районный совет депутатов трудящихся по 2-ому Матвеево-Курганскому избирательному округу» от 11 ноября 1950 года (по выборам 1947 года таких документов я не нашёл). На собрании присутствовало 85 человек. Из выступления агронома Райсельхозотдела тов. Смирнова Александра Васильевича: «Я предлагаю выдвинуть первым кандидатом в депутаты М-Курганского районного Совета вождя и учителя всего народа товарища СТАЛИНА Иосифа Виссарионовича. Вторым кандидатом в депутаты М-Курганского районного Совета  депутатов трудящихся я предлагаю выдвинуть от рабочих и служащих государственных учреждений товарища ТОКАРЕВА Григория Степановича рождения 1896 года, член ВКП(б) с 1920 года, русский, работает председателем Исполкома  Райсовета».  (Районный архив,   Ф.88, оп.1, д.3, л.4).

Как видим, по-прежнему Сталина выдвигают в кандидаты районного Совета, но ничего лишнего, всего лишь несколько дежурных слов (возможно, на самом собрании речей о Сталине было больше, хотя, я думаю, протоколы бы это отразили. По крайней мере, для проверяющих). О настоящем кандидате – председателе Исполкома –  на собрании говорят гораздо больше.

Кандидат был единственным на каждый избирательный участок, но протокол голосования отражал другую вероятность. В нем была графа «Из числа бюллетеней, признанных  решением Участковой избирательной комиссии действительными, установлено следующее количество бюллетеней, в которых вычеркнуты фамилии всех кандидатов»!

Значит, хотя бы теоретически кандидатов могло быть и больше, могла быть альтернатива? Но в самих бюллетенях был только один кандидат и графа «против всех кандидатов» отсутствовала. Это означало, что люди просто вычеркивали его, этого одного, против которого хотели проголосовать, а в протоколах члены комиссии  заполняли ту самую графу.

Я стал листать том архивного дела, но на этот раз я стал смотреть – сколько людей голосовало «против», вычеркивая графу «все кандидаты» из одного человека. Я обнаружил, что всё-таки люди выражали своё мнение и, хотя случаи были единичными и не влияли на результаты выборов, но собственное мнение всё же люди выразили! Я думаю, это требовало немалого мужества! 

Я стал подсчитывать, сколько избирателей проголосовало из списка, сколько бюллетеней было признано недействительными, сколько «вычеркнуты все кандидаты». Недействительных бюллетеней практически нет ни в одном округе. Зато «вычеркнуты все кандидаты» - есть, причем результаты  разные.

В 1947 году при выборах Токарева Григория Степановича (действующий тогда председатель райисполкома) – «вычеркнуты все» - 33 бюллетеня; Тищенко Василий Матвеевич -  «вычеркнуты все» - 19 бюллетеней; Кучмиёв Александр Николаевич (один из секретарей райкома партии) - «вычеркнуты все»  - 13 бюллетеней. 

Протестное голосование всё же было! Всё же на выборах люди могли как-то выразить свое мнение!

И хоть в сотнях голосов «за» это была капля в море (109 голосов из 7,5 тысяч), этих кандидатов выбрали депутатами, но меня радует, что не все избиратели слепо голосовали, что всё же было разнообразие и какой-то выбор. Явка избирателей  на выборы уже тогда была 100%.

В учебнике «История Донского края» я нашёл очень интересные сведения о том, как проходили выборы в Верховный Совет СССР депутатов трудящихся в 1946 году.  Внимание  привлекло следующее: «…Выборы прошли не так гладко, как планировалось. Сказалось тяжёлое экономическое положение, и нуждающееся люди даже в условиях сталинского режима позволяли себе откровенно высказываться. На бюллетенях многие оставляли надписи, демонстрируя своё отношение к выборам и к положению в стране. 

В специальной сводке Ростовского обкома партии сообщались следующие характерные примеры надписей инакомыслящих: «Я голодую и всё мне не мило», «Вы когда домохозяйкам будете давать хлеб, ведь мы тоже работаем для пользы, чтобы можно было культурно жить»;

«Просим вас, тов. Лиховидов (кандидат в депутаты, старший лейтенант, Герой Советского Союза), подействовать на наше правительство, что мы тоже хотим есть»;  «Хорошо начальству – они кушают в три горла, хотя бы один начальник был с тонким брюхом, замучили, всё тянут себе в карман, жить только они хотят, а нам, рабочим, политику агитируют»; «Долой проклятых сталинских выродков вместе с партией»; «Хочу, чтобы товарищ Сталин узнал, как живут рабочие в нашем городе». Всего в справке приведено 43 варианта различных высказываний, и было отмечено, что некоторая часть их  носила нецензурный, хулиганский характер. Все эти материалы анализировались, и на основе обобщающих справок делались определённые выводы» (С.А.Кислицын, И.Г.Кислицына. «История донского края. ХХ век», Ростов-на-Дону, «Донской издательский дом», 2004, с.97). И я подумал, что, наверное, и на наших бюллетенях, на тех единичных, которые посчитали испорченными, тоже были какие-то надписи, но, к сожалению, я не смог ничего узнать об этом.   

Я попросил в районном архиве протоколы выборов в другие годы. 1953, 1961, 1976… 

Бланки те же, что в 1947 году, но время голосования уже ограничивается 21-00. Даже бумага кажется одной и той же. Такая же желтая. Заполнены так же. Только во всех  графах записи стандартные.

Теперь везде в графах  «вычеркнуты все кандидаты» - записи «нет», недействительных протоколов тоже нет. Число избирателей в списках точно совпадает с количеством проголосовавших. 

Это довольно подозрительно. Они действительно были, эти выборы? Может, комиссия просто заполняла протоколы?  Но выборы проходили, люди помнят об этом. И явка была очень высокой.

Как же достигалась 100-процентная явка? И здесь мне на помощь пришли воспоминания людей о выборах. Сегодняшние пенсионеры – это те, кто после войны или в начале 50-х годов пришли голосовать впервые, а, как известно, это очень хорошо запоминается. Особняком стоят воспоминания Столбовского Ивана Григорьевича, 1932 года рождения: «Мой брат Михаил после войны работал кочегаром на паровозе, водил их от Иловайска до Батайска. И вот у нас были местные выборы 1947года. Они с другом утром этого дня закончили смену в Иловайске и поехали домой. Тогда электричек не было, а для местных цепляли вагон к дальним поездам. Душа нет, они в угольной пыли, черные, кочегары  же. Залезли на третьи полки, чтобы других пассажиров не вымазывать, да там и заснули. Проснулись уже в Батайске, под вечер. Пока вернулись…

А выборы? Проспали  тоже. Был суд, и решили, что это причина не уважительная, дали им по три года тюрьмы. Михаил сидел месяцев 7 в таганрогской тюрьме, а затем его выпустили по амнистии».

Вспоминает Кияшова Валентина Петровна, 1930 года рождения: «Людей на выборах всегда много, стоишь, стоишь в очереди, чтобы проголосовать. А сейчас вошла – ни единой души! Хотела не идти, но за людей думаю, за внуков. А то могут бюллетени подделать, а одного голоса может и не хватить. Как бы больна ни была, иду. По организациям в 50-е годы и позже было наказание тем, кто на выборы не ходил, особенно ИТР. На собрании поднимали, ругали сильно. Единицы таких были».

Г.К. Пужаев, 1923 года рождения: «Где-то в году 1967-70 я был уполномоченным по Мало-Кирсановке от райкома партии на местных выборах. Там был один человек, который не пришел голосовать. К нему я вместе с колхозными властями ходил 6 раз, убеждали, настойчиво уговаривали, давили…Он так и не пошел. Такой был настойчивый. С бюллетенем не знаю что стало, отметили, как недействительный,  или что-то еще».

Таким образом, из этих воспоминаний видно, что власти жестко регламентировали активность избирателей. После Великой Отечественной войны меры за непосещение выборов были особенно жесткими, вплоть до тюремного заключения.

Да и позже институт всеобщего партийного контроля за голосованием был очень сильным. Человек был привязан к своему рабочему месту, от этого зависело и материальное благополучие – именно там и проводилась основная работа по выборам – агитация на рабочем месте, контроль за посещением выборов, были коммунисты-сослуживцы, которые специально интересуются, проголосовал ли ты. А если у вас с ними, в общем-то, неплохие отношения? Не хочется подводить хорошего человека. А затем еще и особые уполномоченные из райкома, которые «давят» вместе с колхозной властью на тех, кто не идёт голосовать. 

Но были и другие меры – устройство из выборов всенародного праздника. Тут уже люди не задумывались, что, собственно в выборах выбора (альтернативы) и нет -  кандидат один, вычеркивать не обязательно и даже нежелательно, просто отметиться в списках, получить бюллетень и бросить в урну. Не это важно. Важно придти и отметиться. А на праздник всем хочется! 

Мало их, праздников, было в то полуголодное время. Власть серьёзно работала над тем, чтобы люди  пришли. Поощрялась инициатива на местах. Проводилась серьёзная агитационная кампания. Работали десятидворки, агитаторы на рабочих местах (в обеденные перерывы),  проводились встречи с кандидатами. Причем за эту работу не полагалась никакого вознаграждения. Вся работа проводилась бесплатно. Во время выборов и  члены комиссии, и артисты на концертах, гармонисты и т.д. тоже не получали платы, разве что отгул или день к отпуску.   

Новомлинченко Алексей Васильевич, 1929 года рождения, рассказывает: «Первый раз голосовал в 1947 году, работал на заводе Сталина комбайнером. Очень было весело, много  народа, был буфет, гармошка, духовой оркестр. Гуляние! А сейчас людей мало голосует. В то время 100% голосовали. А кто не пришёл – такого не знаю». Вспоминает Куркурий Дмитрий Николаевич, 1928 года рождения: «В 1946 я привёз от комиссии ящик на дом к тяжело больной,  живой труп, ей много сил стоило приподняться на локте и взять бюллетень. И вот она говорит: «Я голосую за партию, за Сталина, за Родину!» и упала, сил у неё больше не осталось отметить. Так работал идеологический отдел, воспитывал людей. Было трудно, но люди видели, что улучшения идут в жизни. Когда был студентом, были десятидворки, собирались по субботам у кого-то дома. Просвещали людей,  изучали Конституцию. Люди с желанием шли, активно участвовали в выборах. Я любил с людьми общаться».

Вспоминает Корниенко Иван Федорович, 1935 г. рождения: «В 1958 году работал скотником. Так иду в 4 утра, голосую, вкину в ящик бюллетень, и на работу». Верещагина Любовь Семёновна, 1939 года рождения: «Кто первый придёт, в 6 утра, давали книги. У меня и сейчас та книжка есть, с надписью, благодарность первому избирателю. Книги давали и тем, кто впервые голосовал. Выборы проходили в 50-е годы в старом Доме культуры, была гармошка, ресторан, танцы после выборов. Для маленьких детей был уголок, там была няня, игрушки. Пока родители голосуют и веселятся, дети присмотрены». Печерская Людмила Николаевна, 1961 года рождения, вспоминает: «Я помню выборы конца 60-х годов. Почему-то всегда проходили зимой или ранней весной.

Мама будила нас рано утром и мы начинали быстро собираться. Было темно, и почему-то нас всегда что-то задерживало. То колготки брата порвались и их срочно зашивали, то что-то оторвалось. Мы почти бегом торопились в центр, мама переживала, что опять нам не достанется дефицитных продуктов, которыми на выборах торговали в буфетах  на  избирательных участках (зелёный горошек в банках, сгущенка, колбаса и другие продукты).

Действительно, когда мы прибегали, в буфете (он располагался в каком-то тёмном углу) оставались только пирожные и бутерброды, а все дефицитные  продукты уже раскупили. Осталось воспоминание: мороз, красные флаги и  танцы с частушками под гармошку перед избирательным участком. А также небольшое разочарование, что нам опять не досталось чего-то».

Николай Семенович Скакунов, 1948 года рождения, рассказал: «Раньше, в 70-х годах ещё, выборы были праздником. Я в культуре работаю, приглашали артистов из Ростовской филармонии, СКВО, донских казаков ансамбль. Гуляние было. Сейчас рядовое мероприятие. Первый раз голосовал в армии, в Новороссийске. Строем повели, дали всем бюллетени и двойную порцию масла за завтраком. Сейчас вообще скучнее. Меньше концертов. В доме пионеров нет инструментов, даже баяна. Я ко всем обращался, к Гапоненко, Гребенюку, Поплавскому (наши депутаты). Ответов ни от кого нет».

Так и осталось у людей в памяти: гуляние, концерты, красные флаги, буфет, дефицитные товары, сувениры первым голосующим. Многие идут и сегодня на выборы и ждут подсознательно какого-то повторения этого. Но настали другие времена…

Выборы  конца  советской эпохи (конец 80-х)

В 1977 году была принята последняя советская Конституция – «Конституция развитого социализма». Здесь, больше не скрываясь, узаконили то, что давно существовало, но не называлось – руководящую роль КПСС в советском обществе. А было ли оно советским?

Выборы окончательно стали фикцией, профанацией демократической политической процедуры. Уже окончательно закрепилось, даже в сознании людей, что выборы  безальтернативны, что можно на них и не ходить самому, а дать паспорт, например, соседу, и он отметит вас в списках и вбросит бюллетень в урну.

Можно даже не заходить в кабинку – нечего там делать. На бюллетенях даже отмечать ничего не надо. А бланки  Протоколов  голосования 1978 года  остались теми же, что были в 1947. Одни и те же, как в 1950 году, были и бланки протоколов регистрации кандидатов. Люди запомнили последние безальтернативные выборы.

Новомлинченко Наталья Борисовна, 1967 года рождения:

«Первый раз голосовала в 1985 году. Можно было собрать паспорта семьи, соседей, придти одному и за всех проголосовать. Всё равно один кандидат был.

В прошлые выборы ещё свободнее было, мы с мужем в одной кабинке голосовали, а сейчас разогнали нас по разным, а зачем? Всё равно мы семья, как вместе решили, так и будет». 

Столбовская Ольга Ивановна, 1959 года рождения: «Как первый раз голосовала  - не помню. А вот выборы 1987 года запомнила хорошо. Я тогда работала педагогом-организатором детского клуба «Самоделкин» по месту жительства от Металлургического завода в Таганроге и жила в рабочем общежитии завода. Я специально не поехала к родителям на выходные, чтобы проголосовать. И вот  утром, в день выборов, часов в 7, когда я ещё спала, в дверь моей комнаты постучали. Я открыла. Это была наша «коридорная» - староста из жильцов, и с нею помощница - её соседка по комнате. В руках у них были пачки паспортов, которые они придерживали подбородками. Они взяли и мой паспорт, не сказали, зачем. Я думала, проверка милицейская. В общежитии они были часто. Паспорта быстро возвращали. И на этот раз вернули быстро. Только оказалось, что девчата уже сходили на избирательный участок и проголосовали за весь этаж. Вот так выборы! Одним махом за сотню человек! Они голосовали по поручению начальницы общежития. На других этажах голосовали так же».

Трухинцова Антонина Александровна, 1956 года рождения, школьный библиотекарь, рассказывает: «В 1987 году была членом избирательной комиссии. Мы в день голосования собрались в 7 часов утра, ушли в 3 ночи. Нас никто не кормил, мне ученица нашей школы Гапоненко Наталья, спасибо ей, принесла пачку кукурузных палочек, и это все. Муж приехал, поздно уже, тоже ждал в коридоре конца голосования и подсчёта голосов. Была большая неразбериха. Списки были составлены плохо. Люди приходили голосовать, давно в посёлке жили, и не находили себя в списках. Какие-то дополнительные списки были, искали там, у многих извещения не было. Для комиссии закупили телефон с автоответчиком, очень тогда редким, и был небольшой скандал, потому что в день выборов выяснилось, что этот телефон присвоил себе какой-то начальник, а в это время приехали проверять наличие. Все бегали, суетились, искали этого начальника, чтобы вернул.

На нашем участке голосовали за председателя райисполкома Донченко В.М. И многие люди написали на бюллетенях все, что они о ней думают, иногда с нецензурными выражениями. Таких протоколов было около трети, и наши старшие в комиссии не знали, что делать. Мы сидим, поздно уже, то так пересчитываем, то эдак. То считаем действительными, то не считаем. Запомнилась неразбериха, усталость, и голод сильный».

Камардина Наталья Павловна, 1965 года рождения, тоже библиотекарь и тоже была членом комиссии, только в Ростове-на-Дону. «Весной 1987 года я работала библиотекарем в училище имени Седова в Ростове. Меня назначили секретарём участковой комиссии по выборам в Верховный Совет СССР. Запомнилось, как привели курсантов на голосование строем. В кабинки не заходили, на роту выдали стопку бюллетеней, и они прямым ходом шли голосовать. Покидали в урну и пошли на завтрак на камбуз. Эти бюллетени никто не считал, отобрали несколько тех, что были с пометками – то дулю нарисовали, то написали «Прошу провести мне воду» или свет и т.д. – в основном пожелания кандидату. Порватые бюллетени сразу спалили. Все связали, упаковали и куда-то направили. В протоколах записали: 100% голосование, направили в исполком. Там их тоже не считали. Были и дополнительные списки. Получалось, что бюллетеней должно было быть больше, не все люди были учтены на участке.

А мы писали – 100% голосование! А потом какая-то семья отказалась голосовать, они проверили, учтены ли их голоса – оказалось, что по бумагам нашим они проголосовали! Нас вызвали всей комиссией в Кировский райком партии по их жалобе. Председателю и его заместителю вынесли выговор по партийной линии.

Для них это было не очень хорошо, потому что они, преподаватели мореходного училища, каждый год ездили с курсантами на практику за границу. И в этот год поехали, я думаю, выговор быстро сняли, не сильно они пострадали. Выборы больше на какой-то фарс походили, не понятно, с какой целью устроенный».    

Так запомнили люди выборы по последней советской Конституции – «конституции развитого социализма». Подтасовки, коррупция, использование служебного положения, какая-то легкость по отношению к процедуре. Все словно играли в какую-то забавную игру – и забыли, в чем, собственно, заключается её смысл. Трудно представить себе подобное в 30-х годах.  Да и люди свободно выражали своё недовольство. Треть протоколов с надписями против действующего председателя райисполкома! Концом эпохи я считаю не распад СССР, а первые альтернативные выборы на I съезд народных депутатов СССР 23 марта 1989 года. И эти выборы, я думаю, тема уже другой работы.

***

А что же принесла мне работа? Я узнал о избирательной системе, научился работать с документами, познакомился с работой архива. Я познакомился  с интересными людьми, с историей района. Мне понравился процесс познания нового, какое-то чувство первооткрывателя. До меня эти документы никого не интересовали, и работники архива удивлялись выбранной мною теме. Но при беседе все соглашались, что это важно и интересно.

Я считаю, что всем гражданам необходимо интересоваться политической жизнью и страны, и своего района. Только тогда мы сможем что-то сделать, стать более цивилизованными.  Тогда уйдёт правовой беспредел, который был в годы Советской власти, когда вопросы решались «по революционному разумению», а не по закону.

Я хочу, чтобы больше никогда не было «лишенцев», чтобы голосование было альтернативным, чтобы процедура была прозрачной. Это исследование помогло мне понять преимущества нашего времени. Изучая подшивки газет «За сталинский урожай» 1938 года, я радовался, что не живу в то время.











Рекомендованные материалы


Стенгазета

Гибель в «бешеном доме». Часть 1

Старики вспоминают, что до войны летом после работы молодежь веселилась на полевом стане местного колхоза до упада, как бешеная, поэтому стан назвали «бешеным домом». Здесь и встретили матросов немецкие танки, замаскированные скирдами соломы. Их расстреливали в упор. Говорят, даже грохот боя не мог заглушить крики погибающих.

Стенгазета

Окруженцы. Часть 2

Ближе к зиме большой проблемой стала стирка белья. Начался тиф. Нужно было бороться с вшивостью, а без мыла ничего не выходило. Пробовали стирать глиной, терли кирпичом, но после такой стирки белье становилось страшным. Я вспомнила, что моя мама стирала золой. Приступили к делу. Собрали золу, залили водой и дали настояться. На следующий день отстирали белье в замочке и положили в новый зольный раствор. Кипятили часа три. Потом полоскали много раз. Белье вышло желтоватым, но чистым и приятным в носке.