Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

18.04.2006 | Колонка

Профанация

Принудительный призыв – это возможность для военного ведомства защищаться от модернизации армии

Министерство обороны намеренно доводит до абсурда любые разумные инициативы. А вот другие эксперты уверяли, что хоть чрезвычайно медленно и с огромным трудом, но разумный подход все-таки пробивает себе дорогу. И в качестве очевидных доказательств победной поступи прогресса приводили успехи в формировании 72 частей и соединений, личный состав которых состоит сугубо из контрактников.

В дискуссию вмешалась представительница Комитета солдатских матерей из Орловской области: «Неужели кто-то здесь в Москве всерьез полагает, что военные действительно формируют части и соединения из контрактников. Десятки ребят из Орловской области стали контрактниками, сами того не желая».

По моей просьбе она предоставила в мое распоряжение  копию заявления одного из солдат-призывников. Привожу его полностью.

//«Председателю КСМ ОО(Комитета солдатских матерей Орловской области)  Михайловой Т.П     

Заявление

Я,  гр. М. (редакция «Ежедневного журнала» располагает подлинной фамилией заявителя), проходивший службу в г. Коврове в в/части 73864 с 05.06.03 г.,

25.05.04 г., был отправлен в н.п. Ханкала  в/часть 98311 и проходил службу там.

15.10.04 г. на разводе мне было сказано командиром батальона, что я  контрактник, но при этом я никаких документов не подписывал и своего согласия не давал.

24 мая 2005 г. перед отбытием в отпуск мой командир мне объяснил, что если я не вернусь из отпуска в расположение части через 10 суток, то автоматически я буду уволен в запас и моё личное дело будет выслано из н.п. Ханкала в Ливенский РВК с указанием, что я уволен в запас. Перед отправкой в отпуск мне объяснили, что мои документы полностью оформлены для увольнения в запас. По прибытию в г. Ливны я сразу обратился в Ливенский РВК, мне объяснили, что у меня нет предписания на постановку на воинский учет, после чего я неоднократно звонил в свою часть, находящуюся н.п. Ханкала. По телефону мне объяснили, что моё личное дело выслано в Ливенский РВК с указанием, что я уволен в запас и что предписания на постановку на воинский учет мне не нужно. 

Ливенским РВК я был направлен в Орловскую гарнизонную военную прокуратуру для помощи в разбирательстве этого дела. В прокуратуре мне было сказано, что с моим делом должна разбираться прокуратура, находящаяся в н.п. Ханкала, и что помочь ни в чем не могут.

Подпись                       

03.04.2006г».//

Как известно, именно в 2004-м на контракт должны были перевести всю группировку Минобороны, дислоцированную в Чечне.

И поскольку военное ведомство со всей очевидностью проваливало эту программу, чтобы отчитаться перед президентом, оно прибегло к явным махинациям.

Например, в состав 42-й мотострелковой дивизии в Чечне настойчиво «пригласили» десантников из полковой оперативной группы 76-й дивизии ВДВ. Хитрость в том, что эта десантная дивизия уже была переведена на контракт в 2003-м, то есть годом раньше. Получается, что солдат, которых удалось уговорить перейти в 42-ю дивизию, дважды посчитали как контрактников – и в 2003-м, и в 2004-м.

Однако, как следует из заявления солдата из Орловской области, этого количества оказалось недостаточно.

И тогда контрактниками просто «назначили» многих срочников, проходивших службу в Чечне. Таким образом, как можно предположить, отцы-командиры решали две задачи. Во-первых, к отчетной дате набирали нужное количество добровольцев. А, во-вторых, серьезно пополняли собственный карман.

Ведь логично допустить, что парни числились контрактниками задолго до того, как им об этом объявлено. И продолжали числиться после того, как солдаты отправлялись по домам. Здесь очень показательно, что и автор заявления, и другие контрактники по принуждению, как утверждают представители комитета солдатских матерей, - деревенские жители. С одной стороны, в том месте, где их все знают, можно существовать некоторое время и без необходимых документов. А с другой, им самим требуется немалых усилий, чтобы добраться до военкомата и затребовать свои документы.

Вряд ли можно сомневаться, что, оказавшись не в состоянии сформировать одну дивизию за год (76-ю дивизию в 2003-м, 42-ю в 2004-м), Минобороны не смогло заполнить контрактниками 40 частей и соединений в 2005-м. 1 ноября прошлого года начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Василий Смирнов бодро рапортовал, что программа выполнена на… 70 процентов. То есть за два месяца до назначенного срока не была выполнена треть работы. А генерал был уверен в успехе. Потому что знал, как именно он будет обеспечен. В ноябре-декабре заканчивалось обучение в так называемых учебках солдат весеннего призыва. И точно так же, как и на Ханкале, их правдами-неправдами определили в контрактники. С тем чтобы чуть позже, когда подойдет конец их срочной службы, заявить, что они сбежали.

Лет десять-пятнадцать назад еще можно было обсуждать, как долго нужно сохранять призыв, модернизируя армию. Сегодня уже очевидно: принудительный призыв – это не просто социальная болезнь. Это еще и возможность для военного ведомства защищаться от любых разумных предложений по модернизации армии.

До тех пор, пока в распоряжении у генералов будут несколько сотен тысяч подневольных, запуганных мальчишек, Минобороны всегда превратит в профанацию любую разумную инициативу, вроде создания корпуса профессиональных сержантов или формирования добровольческих соединений. Подозреваю, что в нынешних условиях такой же профанацией обернется и обещание, которое вроде бы даст Путин в своем Послании федеральному собранию. Сведущие люди утверждают: дабы снять отрицательный эффект от предстоящей отмены отсрочек, президент пообещает отменить призыв в отдаленной исторической перспективе. В настоящее время условием любых позитивных изменений в армии будет полная отмена призыва.                                                                            



Источник: "Ежедневный журнал", 16.04.2006,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.