Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

25.07.2005 | Кино

Немножко Йоды

Прошли российская, американская и пр. премьеры последней шестой серии «Звездных войн» - «Эпизод III: Месть ситхов».

Ваш кинообозреватель смотрел сей «Эпизод» на премьере общемировой, состоявшейся на четыре дня раньше в Канне. Так что смог сопоставить свои впечатления с реакцией самой профессиональной киноаудитории на свете, каковой и является каннская. А о спорных моментах лично порасспросить самого Джорджа Лукаса.

 Шесть войн – и все звездные  Эпизод: IV - «Новая надежда»

Год: 1977

Место в нашем рейтинге:1

Чем фильм хорош: Заявил все темы, создал моду на «Звездные войны». Ударный эпизод разрушения повстанцами имперской «Звезды смерти» вообще непонятно как сделан, учитывая тогдашние технологии

Ни один фильм не раскручивали в Канне-2005 как этот. Кажется, впервые в истории во время прохода звездных гостей премьеры по красной лестнице играл живой оркестр, исполнявший темы из фильма. Лестницу, наряду с привычными французскими полицейскими, патрулировали солдаты империи, у входа стоял сам Дарт Вейдер – бедного статиста, все, впрочем, игнорировали, озабоченные позированием для фотографов. Обошел вниманием и Лукас, возможно, все еще пребывая под впечатлением от чествования, которое ему утром устроили на борту специально пригнанного в каннскую бухту самого большого океанского лайнера Queen Mary II. Лукасу вручили каннский приз – неизвестного имени, значения и прежде, кажется, никому не вручавшийся.

Прием фильма профессионалами на сеансе для прессы (а ну-ка: две с половиной тыщи ведущих критиков мира, собравшихся в одном гигантском зале) был доброжелательным. Пока свет не погас, двое-трое в бельетаже очень похоже, ко всеобщему веселью, ревели Чубаккой, который как раз и появляется в этой серии. Оказывается, гуру джедаев Йода жил на планете, где обитало много таких, на лицо мохнатых, но добрых внутри Чубакк, а главный из них, который потом стал компаньоном героя Ханы Соло - Харрисона Форда, и вовсе был при Йоде кем-то вроде адъютанта. Во время самого просмотра зал, правда, аплодировал лишь дважды: когда Йода, не выходя из задумчивости, легким пассом обеих рук резко уложил двух громил Императора (кто именно Император, тоже проясняется именно в «Эпизоде III»), и в финале, когда на лицо экс-Анакина Скайуокера опускается черная маска и мы впервые за три первых серии видим на экране одного из величайших злодеев в истории кино Дарта Вейдера.

Все, наконец, в этой саге связалось, развязалось, увязалось. И наконец-то она закончилась. Отчего большинство публики, по моему наблюдению, не расстроилось, а испытало облегчение. Все-таки ждать развязки (хотя в нашем случае скорее уместно говорить о завязке) двадцать восемь лет – не фунт изюма.

Теперь можно делать выводы. Стало окончательно ясно, что главный герой всей эпопеи – именно Дарт Вейдер, а, например, не Люк Скайуокер, как казалось после первых трех «Эпизодов IVVI». Джордж Лукас сказал в интервью кинообозревателю NEWSWEEK, что тема «Звездных войн» - трагедия Вейдера. Ну, не знаю. Я все-таки не воспринимаю героев «Войн» как живых людей, которым надо слишком сильно сопереживать. Для меня это только эффектное зрелище – впрочем, повлиявшее на ход развития кино. Однако, поскольку для Лукаса важна именно тема трагедии Вейдера, он опроверг в разговоре с вашим покорным слугой появившиеся в прошлом году слухи о том, будто он планирует снять еще три фильма – «Эпизоды VII-IX». «История полностью завершена, - сказал Лукас, - ее главный герой в конце «Эпизода VI» умер. О чем рассказывать дальше?».

Но продолжим о впечатлениях.

Заверения Лукаса в том, что последняя серия будет как «Титаник» в космосе (об этом он говорил задолго), то есть зрители будут рыдать, пожалуй, не соответствуют действительности. Рыдающих я как-то не заметил – при всех обильных слезах Амидалы-Портман, которая тяжело переживает переход Анакина на сторону Темных сил, но в конце все-таки рожает двух из четырех основных персонажей следующих (то есть старых) серий: Люка и Лею. Любовь и любовную трагедию Амидалы и Анакина Скайуокера трудно воспринимать иначе как картонную. «Ты разбиваешь мне сердце!» - ну да, очень живые слова. Такими они между собой и изъясняются.

Что еще? Забавно, что поскольку три новые серии, где действие происходит до, делались с помощью современнейших технологий, цивилизация и даже военная техника тактического назначения выглядят в них гораздо более развитыми, чем в старых сериях, где все происходит после.

Дизайн и стиль многоуровневых городов с летающими авто явно сперты из «Пятого элемента» Бессона. Вот тоже фокусы кино наших дней! В свое время «Пятый элемент» воспринимался как посмодернистское упражнение француза Бессона на темы американских блокбастеров от «Звездных войн» и «Бегущего по лезвию бритвы» до «Крепких орешков». А теперь новые «Звездные войны» воруют из «Пятого элемента».

Другой забавный момент – агрессивность тихого дроида R2-D2, который прежде был лишь помощником Анакина Скайуокера, а тут тоже вдруг начинает мочить врагов направо и налево, превратившись прямо-таки в боевую машину пехоты. (Отметим, кстати, в скобках, странность равнодушия Дарта Вейдера к R2-D2 в эпизодах IV-VI, хотя именно Вейдер, будучи просто Анакином, этого дроида и сделал).

Одна из наиболее интересно придуманных сцен – битва Оби-Вана-Макгрегора с монструозном роботоподобным генералом сепаратистов Гривосом. У того вдруг обнаруживаются аж четыре руки, в каждой по мечу разных цветов (ответа на волнующий фанатов вопрос, почему у джедаев мечи одного цвета, а у злодеев – других и разных, искренне не знаю), и он становится в точности похож на Змея Горыныча. Для полноты ассоциаций он, хотя и не изрыгая огонь, оставляет за собой при движении горящий след, а Оби-Ван отрубает у него одну руку с огненным мечом за другой, как Илья Муромец отрубал Горынычу головы.

И наконец про Анакина-Вейдера - поскольку загадка превращения одного в другого и есть, как все знали заранее, главная составляющая «Эпизода III». По правде сказать, переход Анакина в стан Темных сил выглядит нелогичным. Дело, оказывается, не только в том, что злодеи сумели сыграть на его амбициях и углядели в нем ярость, которую он не способен контролировать. Дело, как ни странно, в любви. Он понимает из провидческих снов, что его жена Падме Амидала почему-то должна погибнуть и верит, что Темная сторона силы наделит его дополнительными возможностями спасти любимую. Глуповато, но для Лукаса с его теорией о том, что смысл всей саги – трагедия Вейдера, сей мотив очень значим. Финальное истязание тела Анакина мечом, а потом огнем лавы, как раз и заставляющее потом после медицинских операций надеть на него непроницаемые черные латы Вейдера, действительно очень жестоки. Лукас заранее предупреждал, что это единственная серия «Войн», где есть реальная жестокость, и что она не для детей, но по-моему, в этих сценах – большой просчет фильма. У «Войн» появились фанаты и фанатки, которым по 7-10, и эта сцена явно не для них. Они сон потеряют.

Я сказал об этом Лукасу, но он, понятное дело, остался непоколебим, ответив так: «Я еще до просмотров получил много порицаний от родителей, которые писали мне: «Наши дети полюбили эти фильмы. Почему же вы лишаете их возможности посмотреть последнюю серию?» Но, извините, я рассказывал определенную историю. Я не делал эти фильмы только для того, чтобы достичь финансового успеха, сотворить невероятные блокбастеры. Я рассказал именно ту историю, какую намеревался. Думаю, что жестокость сцены была необходима для того, чтобы осознать весь драматизм ситуации. Да, она шокирующая для детей, и я бы не повел на фильм 6-8-летних. Но с другой стороны, а мир братьев Гримм – он разве не жестокий? А современный реальный мир, с которым дети сталкиваются постоянно?»

Тут бы надо (оставив тему жестокости) возразить, что Лукас лукавит, говоря, будто преследовал в «Звездных войнах» исключительно творческие цели. Именно с милых «Звездных войн» голливудское кино стало конвейерным производством, которым правят не критерии искусства, а деньги, маркетинг и франчайзинг. После «Звездных войн» и принесенных ими сотен миллионов кинематограф окончательно превратился в индустрию, переориентировшись на самую массовую аудиторию – с взрослых на детей и подростков.

(Лукаса эти обвинения дико раздражают, и он сказал NEWSWEEK, что блокбастеры начал делать еще Гриффит, а до «Звездных войн» появился как минимум «Крестный отец»). Но и я об этом писал. И другие писали. Так что оставим занудство на потом, пока просто порадовавшись тому, что «Звездные войны», при всех но, завершаются на ударной ноте.

Скажем лишь про идеологию фильма и всей эпопеи. Лукас оказался первым, кто угадал, что американцы испытывают затаенный комплекс из-за отсутствия у страны многовековой и трудной, как у европейцев, истории. А история – это всегда испытания. Лукас понял, что эту историю надо сочинить, а чтобы она выглядела правдиво, забросить ее в будущее. Ясно, что положительные герои «Войн» по мироощущению – либералы-американцы.

Но, оперируя политпонятиями, «Войны» вдалбливают в головы детской публики удивительные откровения. Сепаратисты – это плохо. Республика – хорошо. Империя – опять плохо, чистый гитлеризм. Повстанцы, борющиеся с империей, опять хорошо. Стоп! Если есть сепаратисты, значит, страна не мононациональная. То есть, по определению, империя. Лукас этого совсем не понимает? А того, что страна может быть одновременно и империей, и республикой – как Америка, например?

Еще: «Войны» («Эпизоды I и VI») завершаются торжествами победившего революционного народа на центральной площади. В точности как наши «Три толстяка». Что происходит после того, как повстанческий народ берет власть, остается за кадром. Зрителю предлагается поверить, будто наступает всебщее счастье без конфликтов.

В лучшем случае, это до забавности наивно. В худшем, выглядит чистой идеологией, отображающей на массовом экране политику одной известной страны, играющей понятиями с целью своей геополитической выгоды. Кого выгодно, назовем сепаратистами. Кого выгодно – повстанцами или революционерами. Это также напоминает политику гораздо более близкой нам страны. Но «Звездные» войны снимали не на «Мосфильме». Если не развалимся, свои «Звездные войны» там непременно когда-нибудь сделают.



Источник: «Русский Newsweek», № 18, 23-29.05.2005,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
18.09.2019
Кино

Война не бесконечна

Фем повестка отражена в эпизоде, где героини вселенной Marvel атакуют Таноса всем женским составом, а на размышления о толерантности подталкивает номинальное назначение чернокожего Сокола новым Капитаном Америкой. Немного походит на читерство.

Стенгазета
08.07.2019
Кино / Театр

Поезд дальнего исследования

Речь пойдет о фильме «Насквозь» Ольги Привольновой, выпускницы Школы документального кино и театра Марины Разбежкиной и Михаила Угарова. Почему “Насквозь” оказался ключевым фильмом для обозначения роли Школы в современном документальном кино и каковы возможности взаимодействия документалистики с литературой и театром.