Премьер подстегнул работу над законопроектом о церковной реституции, который уже несколько лет созревает в недрах правительства. В смысле отдаем de facto, поторопитесь с de jure.

А нынешние? Ну, что нынешние? Они такие же. Они, казалось бы, вроде и не большевики уже. А с чего бы это они не большевики, когда у них на каждой стене по портрету железного Феликса. Они чекисты – передовой отряд партии, и они этим очень гордятся.

Вопрос о том, чем для российской экономики является сырьевой сектор — гирей на ногах, мешающей широко шагать по пути модернизации и всеобщего процветания, или спасательным кругом — важный, но не главный в сегодняшней ситуации

Периоды исторического анабиоза, когда можно жизнь прожить, не приняв ни одного самостоятельного решения, на русскую сцену выгоняли чеховского дядю Ваню. Пьеса и написана была в 1897, когда интеллигенция маялась неподвижностью провинциальной жизни.

Так бывает в нашей стране. Некое официальное лицо крепится-крепится, из последних сил на физиономию серьезность и важность натягивает, с металлом в голосе строгие слова произносит. Если глаза прикрыть, так и за государственного деятеля принять можно

Посещаемость европейских церквей падает, а вот число внецерковных верующих – вовсе нет. Напротив, несколько растет. Более того, увеличивается и популярность на Западе тех восточных религий (индуизма и буддизма), где место веры в личного Бога...