Проще начать с цитаты. Есть одно очень известное высказывание Юрия Тынянова: «У современников всегда есть чувство неудачи, чувство, что литература не удается, и особой неудачей является всегда новое слово в литературе». Это чувство, по-видимому, неустранимо. Можно посмотреть хотя бы комментарии читателей к любой статье о современной поэзии.

На том же праздничном отрицании ежедневного опыта стоит всякое трюкачество, например, фокус: мы готовы биться об заклад, что цилиндр пуст, ан нет — на наших глазах дядя во фраке извлекает за уши из цилиндрической пустоты и предъявляет публике живого кролика! Словом, возвращаясь к теме моего рассуждения: изъясняться медленно и с трудом — естественно, говорить стихом — противоестественно, даже сверхъестественно.

26 ноября 1095 года во французском городе Клермон папа римский Урбан II произнес зажигательную речь, в которой призвал христиан Западной Европы отправиться в поход на Восток, спасти своих восточных братьев от поругания и освободить Иерусалим из рук неверных. Речь эта имела поистине грандиозный успех, и уже через два года изрядно поредевшее и потрепанное, но по-прежнему исполненное энтузиазма войско крестоносцев стояло под стенами Иерусалима.

Началось это предпочтение с конца девяностых. Именно тогда телевизионные начальники выяснили, что самые высокие рейтинги набирают, как ни странно, не новые дорогие программы, а старые советские картины. И в борьбе за аудиторию стали ставить в сетку фильмы тридцатилетней давности, легко опережающие не только российские премьеры, но и американские хиты.

Те, кто знаком со взрослыми книгами Томас, знают, что с фантазией у этой девушки все в полном порядке. Однако вырвавшись на вольные просторы подростковой литературы и освободившись от необходимости соответствовать какому-либо жанровому канону, писательница и вовсе пускается во все тяжкие. Ее «Драконий луг» — это гремучий коктейль из «Алисы в стране чудес», «Гарри Поттера», «Нарнии», сказок Нила Геймана, фильмов Тима Бертона и залихватской компьютерной игры.

Ощущение, что читатель стихов исчезает, на самом деле очень субъективное и на деле подтверждается только падением тиражей поэтических книг. Но ведь это лишь один из показателей, не единственный. Немногочисленные социологические исследования в этой области показывают, что количество людей, читающих стихи — любые стихи, не обязательно современные, — у нас в стране не меняется: это примерно 3-4 процента взрослого населения.