Раньше новое искусство третировалось с позиций "народности" и "партийности". Теперь - с точки зрения "возбуждения". Но и тогда, и теперь художнику (куратору, издателю) вменяется "кощунство и святотатство".

Слово "возвращение" в заголовке очередной экспозиции прежнего арт-диссидента, эмигранта или подпольщика уже вызывает страх столкнуться с продуктом третьей свежести. Однако, как ни странно, бывают случаи, когда бояться нечего.

В общем, это стандартное произведение без свойств, поставленное без ясных причин и целей, которое невозможно ни ругать, ни хвалить, ни описывать. А зрители, выйдя из театра, не вспомнят ни одного лица, ни одной интонации из испанского «Платонова».

Cудя по всему, прокатчики, а с ними, вероятно, и главные идеологи государства рассматривают «Брестскую крепость» как нужное и патриотически своевременное произведение. Но легкой судьбы у картины не будет.

В то время как российская система преподавания духового исполнительства была ориентирована, скорее, на производство «крепких оркестрантов», кларнетист Игорь Федоров предпочел собственное свободное высказывание.

Православных собралось так много, что журналистам места в зале не хватило, но судья любезно разрешила представителям СМИ сесть за решетку, на скамью для подсудимых. Временно заключенная за железными прутьями пресса выглядела символично.