Ни о каком моральном превосходстве рассказчика над персонажами тут не может быть и речи, потому что они существуют в разных планах. Хемингуэй и Хедли - вроде Адама и Евы до грехопадения, а остальные герои — вроде райских животных.

Pompeya делают вид, что милиционера не существует, — притом что тоже, конечно, знают, что он здесь. И вот это почему-то — самое противное.

Именно во время такого кинофорума понимаешь, насколько важно точно продумать фестиваль. Мы единственная страна из первой мировой десятки по кассовым сборам, в которой нет системы альтернативного проката серьезных фильмов.

Анатолий Гаврилов рассказывает: "В четвертом классе в дневнике я записал: «Очень жарко, и болит голова». Просто была потребность писать, и она выразилась таким лаконичным образом. И пошла такая короткая фраза. И так у меня и до сих пор".

Сказать, что "Секс и Дзен" выглядит дико - ничего не сказать. Это тропический фейерверк красок, трехмерные технологии в стиле "вырви-глаз", азиатские порноактеры, разыгрывающие сценки по мотивам маркиза де Сада и Тарантино.

Пальмин говорил, что не хотел бы в то время вернуться, хотя оно его во многом сформировало. Один из героев той и этой выставок Пальмина философ Мераб Мамардашвили назвал ту страну Интермундией. Интермундией и была.