2017 год отличался небывалым накалом религиозных страстей. Начался он с суда над преподавателем йоги Дмитрием Угаем, обвиненным на основании «пакета Яровой» в незаконной миссионерской деятельности. Потом Наталья Поклонская, недовольная тем, как отнеслись к ее жалобе на фильм «Матильда» в прокуратуре Санкт-Петербурга, направила сразу два новых запроса — Генпрокурору и в Министерство культуры...

В действительности салюты по поводу сирийской победы устраиваются над развалинами. Речь не только о том, в руинах лежат города этой ближневосточной страны. В руинах – российская внешняя политика.

Когда спрашивают про «итоги», я привычно морщусь, но зачем-то стараюсь что-нибудь все-таки вспомнить важное и судьбоносное. А вспоминается чаще всего что-то случайное и факультативное. Таково свойство памяти. Да и кто знает, что на самом деле важное, а что — нет.

В этом году отечественная проза так и не превратилась в большую разнообразную литературу, но по крайней мере не раз давала повод оптимистично себя обсудить. Стало больше так называемых читательских романов, жанровая литература предприняла усилие, чтобы вернуть себе интеллигентного читателя, литературные премии, скрипнув шеей, попытались найти что-то хоть немного отличное от закостеневшего образа «премиального романа».

Театральный итог прошедшего года все мои российские коллеги определяют однозначно: дело плохо. Всем понятно, что речь идет о «деле «Платформы», которое разделило год на «до» и «после» и довольно быстро превратилось в глобальное «театральное дело», к которому приплетают все больше участников.

До нового года осталось всего несколько дней, и большая часть подарков уже куплена, но мы подготовили для вас список из семи украшений разной степени ювелирности, которые всё ещё можно успеть купить в Москве, если самого главного подарка по-прежнему не хватает.