Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

01.11.2016 | Колонка / Общество

Добрый Иванов и злой Рябков

Решили бить по самому для американцев больному. По российским гражданам.

Похоже, прав Майкл Макфол, бывший посол США в России, который написал в своем Twitter: «Путин уже смирился с тем, что Трамп проиграл, и следующим американским президентом будет Клинтон». Если развернувшаяся сейчас пропагандистская вакханалия российского телевидения хоть в какой-нибудь степени отражает настроения Кремля, то следует заключить: российские власти сугубо сконцентрировались на будущем отношений Москвы и Вашингтона. И, как водится, решили заранее поиграть в злого и доброго следователя. Для начала бывший глава путинской Администрации, а ныне президентский советник Сергей Иванов непрямо пригрозил ядерной войной. «Когда мы говорим о ядерном оружии и гипотетической возможности третьей мировой войны, я полагаю, все достаточно умны, чтобы не доводить дело до горячей войны. Но если мы говорим о холодной войне, информационной войне, пропагандистской войне, то это жизненный факт. Мы видим это каждый день», – поведал он в интервью Financial Times.
Думаете, что это Иванов назначен в «злые следователи»? А вот и нет. Времена нынче такие, что британские журналисты интерпретировали эти слова как выражение готовности Кремля к сотрудничеству с США и Западом. Не больше и не меньше. Добрый Иванов верит в силу разума в Кремле, в то, что обойдемся «холодной войной», взаимными угрозами. А мог бы бритвой по глазам.

Ведь есть с чем сравнивать. В тот самый день, когда Financial Times опубликовала ивановские откровения, замминистра иностранных дел Сергей Рябков выступал на заседании комитета Совета Федерации по международным делам по проекту закона о приостановлении соглашения с США об утилизации плутония. Того самого, который сопровождался предъявлением Америке ультиматума. И сразу стало ясно, что теперь в «злые полицейские» назначено внешнеполитическое ведомство России. Рябков сообщил нечто действительно пугающее: «Санкционная политика США по отношению к России продолжается уже длительное время. Мы использовали этот период, чтобы провести определенную исследовательскую работу, заготовить серию мероприятий, которые могут применяться именно в несимметричном режиме на случай дальнейшего ужесточения санкционного режима».
Причем пугают здесь не будущую американскую администрацию, а нас — жителей великой России. Вступив в прямую конфронтацию с США, власти России довольно быстро сообразили, что адекватно ответить на американские санкции невозможно. Ну, не наказывать же сенатора Соединенных Штатов, запретив ему въезд в Россию и открытие счета в Сбербанке! Посему решили бить по самому для американцев больному. По российским гражданам. Одобряет, к примеру, Вашингтон «закон Магнитского», вводящий санкции против чиновников, причастных к убийству в тюрьме российского юриста, – Москва в ответ запрещает усыновление американцами наших сирот, лишая многих из них просто шанса выжить. Вводят злобные пиндосы санкции из-за аннексии Крыма — а мы в наказание лишим россиян импортных продуктов питания. В общем, чтобы наказать американцев, будем бомбить Воронеж.

Особую пикантность ситуации придает то, что, если верить Рябкову, «исследованиями» относительно того, как «по-несимметричнее» ответить США, занимается МИД. То есть российские дипломаты, эти наследники Горчакова, наморщив лбы размышляют, как бы еще покруче ущучить соплеменников. Можно только догадываться, что они напридумывают. Судя по эскападам Марии Захаровой, фантазия у них богатая… На этом фоне даже Сергей Иванов будет выглядеть миротворцем.

Источник: "Ежедневный журнал", 25 октября 2016,








Рекомендованные материалы



Свобода мелкими глотками

Урок фестиваля 57-го года — это очередной урок того, что свобода не абсолютное понятие. Что свобода осязаема лишь в контексте несвободы. Что она, вроде как и материя, дается нам лишь в наших ощущениях. Что свобода — это всего лишь ощущение свободы и не более того. А оно, это ощущение, было тогда. Нам не дали свободу, нам лишь показали ее сквозь дырку в занавеске.


О всемирной забивчивости

Среди обильно размножившихся языковых мутантов последнего времени, среди потенциальных экспонатов языковой кунсткамеры вполне достойное место стало занимать чудовищное слово «забивака». Наткнувшись на него где-то, я почти что вздрогнул, потому что вспомнил, что, когда мне было года два с половиной, я именно таким образом к бурной радости родителей и соседей обозначал молоток.