Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.07.2013 | Театр

На 360 градусов

Спектакль Робера Лепажа «Карты I: Пики» привезли на Чеховский фестиваль

Про новый спектакль Робера Лепажа «Карты I: Пики», привезенный  в Москву к концу чеховского фестиваля, известно вот что: это первая часть тетралогии, задуманной по предложению The 360° Project, организации, имеющей дело с круглыми сценами (вот почему спектакль играли в цирке). Каждая часть будет  самостоятельной и называться по одной из карточных мастей, «Пики» сыграли год назад, а премьеру «Червей» ждут этой осенью.

Все остальное мы увидели сами. Коротко скажу так: из тех спектаклей Лепажа, которые побывали в Москве, «Пики» ближе всего к «Липсинку». То же огромное количество действующих лиц, сыгранных всего несколькими актерами  (на этот раз шестью), множество как будто не связанных друг с другом, но к концу стягивающихся в один клубок сюжетных историй, те же мгновенные переносы мест действия, многоязыкий мир и захватывающие разножанровые истории сериального типа: детектив, драма, комедия, эстрадное шоу, мелодрама и даже мистический триллер. 

И так же, как в «Липсинке», в программке «Пик» сочинителями текста указаны все актеры плюс сам Лепаж, разве что на этот раз есть еще названный драматургом некий Педер Бьюрман. Из актеров в этом спектакле квебекского театра EX MACHINA  повторяется только маленькая Нуриа Гарсиа, в «Липсинке», кроме прочего игравшая погибшую юную проститутку, а здесь – немолодую усталую горничную в отеле, нелегальную эмигрантку из Мексики.

Далее, рассказывая об этом спектакле, надо, во-первых, описать, как фантастически в нем работает техника. Как неслышно опускаются и поднимаются части арены, проглатывая или выталкивая на поверхность предметы и людей, как мгновенно образуются интерьеры самых разных конфигураций – игровой зал Лас-Вегаса, гостиничный номер, казарма, бассейн, бар, кабинет врача или пустыня, как прозрачные стулья тихо спускаются сверху на тросах и становятся по краю сцены кольцом, а крюки сами собой отцепляются и незаметно уплывают вверх. Ничего подобного нам видеть не приходилось, разве что  в том же самом «Липсинке», где в минуты темных перемен декораций сверху было видно, какие сложные схемы тонкой светящейся линией нарисованы на полу для монтировщиков, ловких и точных, как циркачи. В «Пиках» мы и монтировщиков никаких не видели до самых поклонов, когда вдруг выглянули из люков несколько человек в темных костюмах с рациями, похожие на работников обслуживания космической станции.  Лепаж работает в космосе.

Ну и, наконец, надо рассказать, о чем шла речь, а это все равно, что пересказывать содержание предыдущих ста пятидесяти серий. События происходят в 2003-м году. Тут есть молодожены-канадцы – милая блондинка и занудный технарь-очкарик, ненавидящий религию и потому приехавший жениться в Лас-Вегас, где вместо священника – ряженый Элвисом бодрый аниматор. Есть страстный, но завязавший игрок-англичанин, приехавший на телерынок, который к несчастью оказался в Лас-Вегасе, средоточии азарта. Телевизионщик весь в долгах, его семейная жизнь под угрозой, а тут он ждет свою французскую любовницу и дрожит, что игра затянет снова.  Есть гостиничный персонал - каждый человек со своей судьбой – бармены, курьер, проститутка, танцовщицы из шоу и та самая старшая горничная, которая чувствует, что тяжко больна, но не может пойти к доктору, поскольку находится в стране нелегально. А еще есть солдаты из интернационального контингента, стоящего рядом в пустыне – бойкий испанец и задумчивый датчанин, а с ними – злобный командир, гомосексуалист с садистическими наклонностями. И в это время с экрана телевизора Джордж Буш объявляет о начале войны в Ираке.

Жизнь каждого из героев у нас на глазах имеет свои взлеты и падения: горничная украла чаевые, оставленные для подчиненной, и заплатила ими врачу, лечащему нелегалов. Врач сказал, что она совершенно здорова, а плохое самочувствие связано с менопаузой. (Тут бедная женщина произносит фразу, вызвавшую хохот тихого и внимательного зала единственный раз за спектакль: «Вы берете с меня столько денег только для того, чтобы сказать, что я здорова?»).  Канадской паре является дьявол по имени Дик в образе пошляка в ковбойской шляпе. В одно и то же время он соблазняет скромницу-жену и дочиста обыгрывает раздражительного и самонадеянного мужа, а когда наутро несчастные молодожены пытаются его найти, оказывается, что ни номера, в котором жил Дик, в отеле нет, ни о таком постояльце тут не слыхали. Солдат-датчанин, почти изнасилованный командиром, едет в Лас-Вегас на поиски своего сослуживца, отправившегося в выходные за приключениями. В конце выходных, испортив другу отдых,  мрачный датчанин отказывается возвращаться,  а решает уйти в пустыню. Но потом мы видим, как, оставшись в номере, он затевает с приглашенной проституткой жестокую ролевую игру в крестоносцев, похоже, желая смерти. В результате солдат оказывается убит,  и чемоданчик приготовленных для красотки денег так ей и остается. Откуда взялся этот чемоданчик не очень ясно. Есть подозрение, что вот откуда: к концу спектакля игрозависимый англичанин прижат кредиторами, брошен женой и любовницей и, конечно, развязывает  за игральным столом Лас-Вегаса ровно то же время, когда там в пух проигрывается канадец. Но англичанин выигрывает. Он кладет деньги в чемоданчик, оставляет конверт с чаевыми горничной (эти-то деньги и украдет потом больная месиканка), а потом, вместо того, чтобы поехать домой, внезапно решает отправиться в пустыню.  Шагая по кругу-пустыне, англичанин постепенно сбрасывает с себя все до последней тряпки, будто бы хочет, чтобы его насмерть сожгло палящим солнцем, но отказавшегося от жизни игрока чудесным образом находит индеец, подобравший за ним все вещи, приводит в себя и отправляет домой.

Не знаю, сможет ли по этому конспекту получить представление о лепажевских «Пиках» тот, кто не сидел эти три часа в цирке на Цветном. Первая часть тетралогии смотрелась с захватывающим интересом, как всякий остросюжетный сериал, развивающийся в отличном ритме, но так или иначе мне кажется, что этот спектакль можно описать словами. «Липсинк» адекватно описать было нельзя: как ни пересказывай его события, ни описывай красоты, ни пускайся в рассуждения о сложных связях и отражениях сюжетов и тем друг в друге.  В нем была какая-то химия, Лепаж заложил в «Липсинк» чудеса, видимые только зрителю, как то видео на заднике, где возникали предметы, которых не было на сцене. Там была какая-то важная метафизика, а здесь ее не оказалось, хотя изумительное мастерство Лепажа-постановщика на месте и рука режиссера в «Пиках» узнается сразу. 

И все равно это здорово, что Чеховский фестиваль нам снова привез Лепажа – у нас (да и нигде больше) такого нет, и нам важно видеть его постановки и ждать, что вот-вот в следующий раз между нами и спектаклем снова случится короткое замыкание.



Источник: "Экран и сцена",14.07.2013,








Рекомендованные материалы


13.05.2019
Театр

Они не хотят взрослеть

Стоун переписывает текст пьесы полностью, не как Люк Персеваль, пересказывающий то же самое современным языком, а меняя все обстоятельства на современные. Мы понимаем, как выглядели бы «Три сестры» сегодня, кто бы где работал (Ирина, мечтавшая приносить пользу, пошла бы в волонтерскую организацию помощи беженцам, Андрей стал компьютерным гением, Вершинин был бы пилотом), кто от чего страдал, кем были их родители

Стенгазета
18.01.2019
Театр

Живее всех живых

Спектакль Александра Янушкевича по пьесе Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен» начинается с того, что все оживает: шкура трофейного медведя оборачивается не прикроватным ковриком, а живым зеленым медведем и носится по сцене; разрубленная надвое лошадь спокойно разгуливает, поедая мусор и превращая его в книги.