Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

29.05.2013 | Книги

Опять об Шекспира

Кого могло бы спасти приложение для айпэда

Двумя пьесами Шекспира, "Ромео и Джульетта" и "Макбет", издательство Cambridge University Press открыло серию "величайших произведений англоязычной литературы" в виде приложений для айпэда. За программную часть отвечает фирма Agant, а в текстовой части сконцентрирован буквально многовековой опыт текстологии, академического и популярного комментирования, школьного преподавания, театральных постановок. Главный адресат — школьники. Приложениям можно задавать самые разные вопросы — о значении слов, о взаимодействии персонажей, о сквозных мотивах — и получать ответы в виде схем, текстов, картинок, графиков, "словесных облаков", не говоря уже об аудиозаписи и театральных фотографиях. Работать с приложениями может один человек, но они также уместны в классе, где школьники вместе с учителем разбирают шекспировскую пьесу, и в театре — школьном или любом другом: с их помощью очень удобно разучивать роли, анализировать, репетировать и т.д.

(Что англичане превращение классических текстов в умные говорящие машины начали именно с Шекспира — это совершенно неудивительно, но у этого выбора есть дополнительная выгода. Выгода та, что по поводу Шекспира защитники культуры не смогут пуститься в сетования, что вот, мол, уходит настоящая книга, тихий товарищ уединенных часов, и какие-то пищащие и мигающие механизмы приходят на ее место — не смогут, потому что это для романов или поэтических сборников книга — родной формат, это с "Капитанской дочкой" или "Стихами о Прекрасной Даме" мы знаем, что сама их душа присутствует в книге, а для пьес Шекспира тихая книга — лишь случайная оболочка. Оболочка, может быть, даже более чуждая, чем айпэд, который своим писком, миганием и потенциальной коллективностью напоминает театр.)

У меня, как и у всякого русского человека, очередная западная выдумка первым делом вызывает желание дать совет начальству. В данном случае совет хочется дать такой. Пусть "Сколково" (то есть та часть начальственного сознания, которая верит, что нас спасут инновации) поймет, что именно в таких приложениях культура идеально соединена с новыми технологиями и поэтому айпэды с "Евгением Онегиным" или с "Одним днем Ивана Денисовича" должны запищать и замигать в каждой сельской школе. Для этого надо дать много денег не только программистам, а прежде всего научным колективам, которые занимаются текстологией и комментированием классиков. Повысить им зарплаты, дать книгоиздательские гранты и, главное, дать денег и вакансий для обучения новых людей — которые научились бы, например, читать рукописи Пушкина. Сейчас в стране есть всего четыре человека, умеющих разбирать его почерк, а ведь никакие компьютерные гении в золотой сколковской клетке не смогут сделать приложение "Евгений Онегин" без выверенного учеными текста.

Если этот совет не исполнить, то (как при неисполнении любого совета начальству в сфере культуры и образования) нас ждет гуманитарная катастрофа. Академические издания зачахнут без денег и новых специалистов, дети без новых, понятных им, способов преподавания не научатся читать и понимать классических авторов, а главной формой классического шедевра будет не старый милый томик, а "роскошно оформленные эксклюзивные издания с ляссе в кожаном переплете с объемным тиснением и трехсторонним окрашенным обрезом",— издания, которые начальники помельче дарят друг другу на не самые важные праздники.



Источник: "Коммерсантъ Weekend", №44 (289), 16.11.2012,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
01.11.2019
Книги

Флешбеки с двойными стандартами

Образ двойного агента довольно популярен в литературе и кинематографе: Джеймс Бонд, Штирлиц, Фандорин, Лисбет Саландер — на любой вкус и цвет. Но «Сочувствующий» сильно отличается от затертых поп-культурой произведений: в первую очередь потому, что в центре романа стоит не сам герой, а эмпатия и последствия, к которым может привести даже самое искреннее и хорошее чувство.

Стенгазета
14.10.2019
Книги

О двух друзьях и горе

Сюжет романа почти автобиографичен. Влюбленный в горы Коньетти сам ведет уединенный образ жизни и очень походит на главного героя своей книги — Пьетро. «Восемь гор» — это его посвящение другу.