Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

22.01.2013 | Книги / Литература

Вопреки неразличимости

Это отчетливо северные стихи, между землей и небом в них — небольшое расстояние, ровно в человеческий рост

В прошлом году 80-летний Тумас Транстремер получил Нобелевскую премию по литературе, а незадолго до того в Швеции выпустили юбилейное собрание его текстов в одном томе. Теперь стараниями переводчиков Александры Афиногеновой и Алеши Прокопьева оно появилось по-русски.

Такое в российском книгоиздании с современными авторами происходит крайне редко: это действительно весь Транстремер — тринадцать поэтических сборников и маленькая, очень трогательная книжка воспоминаний о детстве и ранней юности.

Временной охват — с 1954 по 2004 годы. В 1990 году Транстремер перенес инсульт, потерял способность к речи и управлению правой половиной тела. Тем не менее долгое время он продолжал писать и публиковаться. Удивительным образом свою болезнь он предсказал в 1974 году: "...Но тут происходит инсульт: правосторонний паралич с афазией, он / воспринимает лишь короткие фразы, произносит не те слова <...> Он писал музыку к текстам, которых больше не понимал — / таким же образом / мы что-то выражаем своими жизнями / в звучащем хоре оговорок".

На подобном стремлении к поиску значительности, необходимости вписывания в большие спокойные масштабы — вопреки суетливой неразличимости жизни — в большой степени основана работа Транстремера.

Он кажется не совсем поэтом XX века. Настоящее в его стихах не отсутствует, но становится непривычным медленным временем, смотрящим скорее назад, чем вперед. Для этого темпа Транстремер нашел идеальную форму: предельно свободный стих, находящийся в одном шаге от прозы, но иногда вдруг оборачивающийся строгими античными размерами. Его древность лишь отчасти культурная. Транстремер скорее не историк, а натурфилософ. Или, точнее, природная и человеческая история для него не очень различаются. Многое в его текстах, кажется, объясняется скандинавским происхождением. Опять-таки — не только в культурном, но и в природном смысле. Это отчетливо северные стихи, в том смысле, что между землей и небом в них — небольшое расстояние, ровно в человеческий рост. И в этом радикальном измерении человека миром (а не наоборот) — одно из главных оснований транстремеровской поэзии.



Источник: Журнал "Коммерсантъ Weekend", №35 (280), 14.09.2012,








Рекомендованные материалы



Праздник, который всегда с нами

Олеша в «Трех толстяках» описывает торт, в который «со всего размаху» случайно садится продавец воздушных шаров. Само собой разумеется, что это не просто торт, а огромный торт, гигантский торт, торт тортов. «Он сидел в царстве шоколада, апельсинов, гранатов, крема, цукатов, сахарной пудры и варенья, и сидел на троне, как повелитель пахучего разноцветного царства».

Стенгазета
04.03.2019
Книги

Пророки и пороки

«Пророки» - детектив о поиске убийцы, «Логово снов» - расследование причины таинственной сонной болезни. Неожиданно здесь то, что сюжет отходит на второй план. «The Diviners», лишь притворяясь чтивом о героях со сверхспособностями, на деле становится увлекательным путеводителем по миру Америки двадцатых годов.