Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

27.12.2005 | Просто так

Голоса

Это опять непридуманная история. Все, включая имена, в ней правда. Это случилось в субботу, 24 декабря

Мы собрались в гости. К Кате Б. На детский праздник. Там надо было водить во дворе хоровод вокруг елки и петь песни. А меня обещали нарядить Дедом Морозом. А еще нам обещали, что хоровод будет недолго. А потом можно будет пойти в дом. Мы вышли на улицу. Я открыл машину и посадил крошку Лю в детское креслице. А потом сразу завел мотор. Когда заводишь мотор, вентилятор начинает обдувать стекла. Сначала холодным воздухом. А потом теплым. А еще начинает играть радио.

А потом пришла Машка. И стала пристегивать крошку Лю к креслицу. А Марта сметала снег с машины. А я курил. А потом мы поехали. Я сделал радио погромче. Из него донесся шум каких-то помех. Я переключил станцию. Потом опять раздался шум помех и еще какие-то звуки. А Марта все никак не могла пристегнуться. А Машка с ней ругалась. Потом крошка Лю начал плакать. Он не любит быть пристегнутым.

Я сделал радио погромче и переключил обратно. Опять раздался шум. Как из рации у магазинного охранника. Потом сквозь музыку стали прорываться какие-то голоса. А Машка уже не ругалась с Мартой. Она спросила: «Ты слышишь?». А я ответил: «Да». И поставил на паузу. Музыка прекратилась. Голоса остались.

Какой-то ребенок произносил длинный монолог. Можно было даже различить отдельные слова. А еще один ребенок заплакал. Он был маленький. А где-то вдалеке еще говорила какая-то женщина. Но о чем говорила, было непонятно. Машка спросила: «Что это?».  А я подумал: «Как будто у кого-то на телефоне нажалась кнопка с твоим номером, а ты подошел и слушаешь чужую жизнь». И я ответил «Не знаю» и включил звук. Я не люблю чужую жизнь. А Машка сказала: «Это наверное твой телефон». И я стал доставать из кармана штанов телефон.

А еще у меня замерзло зеркало. И я пытался его поправить. А еще мне надо было перестроиться и затормозить перед светофором. Это был не телефон. И Машка опять отключила звук радио. Голоса и шуршание были из динамика. И того, который с моей стороны. А мне надо было выехать на встречную и объехать снегоуборочный трактор. Я включил радио и сигнал поворота. А Машка поставила на паузу и сказала, что ей интересно. А я сказал, что по радио объявили песню, которую я хотел послушать. И включил звук. А потом песня закончилась. И я переключил станцию.

Голоса на заднем плане стали громче. Я выключил звук. И мы стали слушать голоса. Там опять заплакал ребенок. Машка сказала: «Похоже на Илюшу». А я сказал: «нет». А Марта тоже сказала: «Похоже». А я сказал: «Нет».

Я опять включил музыку. Машка сказала: «Хорошо бы услышать кого-то из взрослых». А я сказал: «Лучше слушать музыку». Потом на заднем плане послышался женский голос. И Машка сказала: «Дай послушать». Я выключил звук. Какая-то женщина говорила. Говорила с длинными паузами. Машка спросила: «Это не я?». Я ответил: «Нет, это не ты». Мы еще послушали. Голос стал слышнее. Машка сказала: «Это точно я». И я тоже сказал: «Похоже на тебя». А Машка сказала: «Это я вчера говорю с Катей Б. Про праздник». Голос сказал: «Ладно, Кать, тогда подумай еще, может что купить. Время есть, если что перезвони. Пока».

Мы еще какое-то время не без интереса слушали запись нашего вчерашнего дня. Качество записи было то лучше, то хуже: очевидно мы то приближались, то удалялись от микрофона. Через некоторое время раздался механический писк, похожий последний из передававшихся некогда по радио сигналов точного времени, и больше никаких посторонних звуков в машине не раздавалось.











Рекомендованные материалы



Что-нибудь про шпионов

Заветная детская мечта поймать шпиона и мечта найти клад шли нога в ногу. Наверное, потому что и то, и другое имело отношение к сокровенному. И поэтому драгоценный «Остров сокровищ» в детском сознании встраивался до поры до времени в один ряд с одноразовыми картонными изделиями «про шпионов». Как же страстно мы мечтали поймать шпиона! И ведь это казалось так просто!


Мусорный ветер, или Сущие пустяки

Когда-то я стеснялся признаться даже себе самому, что, бывая в разных странах и городах, я посещению музея предпочитаю поход на блошиный рынок. Сейчас я перестал этого стесняться, вспомнив, что в детстве меня ничто так не завораживало, как возможность побывать на дачном чердаке, содержимое которого и до сих пор кажется мне куда увлекательнее, чем, например, все то, что можно обнаружить в антикварном магазине.