Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.02.2016 | Колонка / Общество

Рубль валят заговорщики

Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин обвинил в обвале рубля инсайдеров

Всякий раз, когда банки и население в панике начинают избавляться от национальной валюты, российские следственные органы публично начинают искать заговор. В декабре 2014-го эти поиски предварялись поручением президента Владимира Путина наказать спекулянтов, виновных в памятном обвале рубля. Тогда даже делались попытки увязать обваливших рубль финансистов с пятой колонной, действующей по наущению коварного Запада, который душит санкциями поднимающуюся с колен страну. Теперь и поручения никакого не потребовалось. Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин решил заранее дать свою оценку поведению рубля, радующего Минфин и нервирующего всех остальных жителей России. «Некоторые крупные участники валютного рынка строили свои спекулятивные стратегии финансовыми инструментами таким образом, словно им было во всех деталях известно о динамике дальнейших курсовых колебаний национальной валюты. Представляется, что без знания соответствующей инсайдерской информации они вряд ли совершали бы подобные спекулятивные сделки, связанные с высокими рисками, и использовали бы для этого практически всю доступную им ликвидность», — заявил Бастрыкин на круглом столе «Актуальные проблемы науки уголовного права и правоприменительной практики стран СНГ». И тут же предложил ужесточить наказание за использование инсайдерской информации и манипулирование рынком. Борьба с инсайдерской торговлей и манипулированием — дело, конечно, благородное, кто бы спорил. Вот только когда человек в погонах начинает рассуждать (причем не отвлеченно, а весьма предметно, имея в виду конкретную ситуацию) о материях, от которых он бесконечно далек, становится не по себе.

Сегодня говорить об инсайдерской торговле на российском валютном рынке бессмысленно. Курс рубля в точности следует за котировками нефти на мировых биржах, причем колебания эти менее выражены, чем скачки нефтяных цен. Для того чтобы «во всех деталях» заранее знать обо всех колебаниях рубля, необходимо точно в таких же деталях знать, как поведет себя нефть, а еще лучше — иметь возможность манипулировать мировым нефтяным рынком. При всем уважении к российским финансовым институтам, даже таким солидным, как Сбербанк и ВТБ, подобного рода задача им явно не под силу. И если с самого верха поступит задание найти и покарать виновных в коллапсе российской экономики, можно не сомневаться, что найдут и показательно накажут. Проблема лишь в том, что следователи едва ли будут разбираться в подобных тонкостях.

И связи с иностранными финансистами обнаружат (а их у российских банков не может не быть просто по определению), и заговор раскроют. Это не столь уж фантастический сценарий для современной России. Власти ничего не могут сделать с экономическим кризисом, который сильнее всего бьет по населению. А лояльность поддерживать необходимо — для путинской команды это действительно вопрос жизни и смерти. Если недовольство падением уровня жизни выплеснется на улицы, придется назначить виновных. И ведомство Бастрыкина, судя по всему, уже активно собирает материалы на случай, если нефть скоро не вырастет

Источник: The new times, 15.02.2016,








Рекомендованные материалы



Проблемы неотомизма

В детстве все мы играли в магазин, в больницу, в милицию, в почту… Играли также и в выборы. Помню, как в тупиковой части огромного коммунального коридора был нами обустроен «Избирательный участок № 97». В посылочный фанерный ящик, закутанный в старый халат чьей-то бабушки, кидались обрезки тетрадных листков, на каждом из которых было написано: «Света. Дипутат».


Зима патриарха. Бесконечная

2019-й год был переломным в деградации российской государственности. Дело не только в том, что в ходе выборов в Мосгордуму российская власть продемонстрировала: она не уверена, что за нее проголосуют. И под надуманными предлогами отстранила своих оппонентов от участия в выборах. А потом устроила судебную травлю тех, кто протестовал против этого. Дело еще и в том, что человек, обладающий абсолютной, ничем не сбалансированной властью, решительно перестал стесняться.