Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

18.07.2012 | Театр

Спит задушенная птичка

Мини-фестиваль «Другой театр из Франции» показал два спектакля

   

Мне очень нравится гастрольный проект «Другой театр из Франции»  Французского института в Москве, уже шесть лет привозящего в Россию маленькие необычные спектакли. Мечта любого продюсера: представление из одного-двух человек, все оформление помещается в паре чемоданов, а изумления и радости у публики от детской до пожилой – больше, чем от спектакля массивного, серьезного и «настоящего». На этот раз мини-фестиваль в Театре Наций состоит из трех постановок, и в этот уикенд показали два чудесных  и совершенно противоположных друг другу женских моноспектакля. Причем обе эти, полные иронии истории, рассказывают о смерти.

Бессловесный «Go!» играет наша бывшая соотечественница Полина Борисова. Она потомственная кукольница из Омска, училась и даже защитила диссертацию в Петербурге, а потом поехала доучиваться во Францию, и уже несколько лет работает с разными французскими компаниями, полюбившими ее камерные спектакли на стыке предметного театра и пантомимы.

На этот раз ее взяли сразу две: компания «Пупелла-Ногес» и «Одрадек». Молодая женщина в седом парике и полумаске старухи с крупным носом, свесившимся над беззубым ртом – играет сюжет об одиночестве и воспоминаниях. Старая женщина ковыляет в темной комнате между островками света, с трудом стаскивает туфли, по-детски играет с лампой, зажигающейся от прикосновения. Открывает конверт из старой стопки писем - оттуда раздается песня: «Нас утро встречает прохладой…» и невнятные голоса советского радио – скорее пугающие, чем бодрящие воспоминания. И тогда то, что возникает в ее воображении, она рисует лентой белого бумажного скотча на черной стене: печку-буржуйку, куда выбрасывает страшные письма и дверь, в которую хочет выйти, но она оказывается запертой. На стене появляется абрис фигуры мужчины в шляпе, и люди вдали, и звуки вокзала, и она прижимается к этому мужчине, и бежит взять чемодан, чтобы уехать с ним, но колесико скотча в руке стягивает рисунок со стены и, вернувшись, она видит, что любимого нет. И рисует белой лентой крест на черном чемодане, как на надгробном камне. Потом чемодан превратится в окно с нарисованным котом, потом оно откроется, и оттуда  будут слышны крики детских игр, а занавеска в цветочек затрепещет, будто от ветра. Сентиментальность уравновесится иронией (распахнула полу пиджака, а на подкладке нарисована стрелочка, мол, ищи в другом кармане), а затем воображение и вовсе уходит за пределы реальности: под жесткую, ритмичную музыку старуха вдруг превратится в танцующую курицу, притаптывая лапами с длиннющими когтями и размахивая крыльями шали. А потом она вдруг так же просто нарисует вместо закрытой двери – открытую, и исчезнет в темноте.

«Похвалу бороде» в постановке Пьера Менье играет Жанна Мордож, и этот ни на что не похожий философский балаган держится скорее на вызывающем обаянии актрисы, чем на связном сюжете.

Дело в том, что героиня спектакля – Женщина с бородой, ярмарочная актриса, шокирующая публику тем, что гордится своей элегантной бородкой и удивляется прочим женщинам: «где вы прячете свои бороды, может быть, они у вас растут внутрь?». Для героини борода – это некий знак избранности, свободы от условностей, и во всем, что она делает, эта свобода есть. Ее партнеры – куклы, сделанные из скелетов  животных, ожившие мертвецы – череп барана, распевающий оперным голосом и дураковатый череп барсука с телом из крупной тазовой кости. Актриса чревовещает на разные голоса за каждого из них и сама включается в их беседу. Начав с традиционной колыбельной, барсук верещит: «спит убитая лисичка, спит задушенная птичка…», и дальше все действие развивается в духе циркового гиньоля.

Тут есть горы ракушек, которые героиня ногами собирает и забрасывает в таз у себя на голове. И рассказ барсука о том, как он умер - лопнул, обожравшись улиток. Есть поразительный номер с сырым яичным желтком, путешествующим по всему телу актрисы под ее мрачный комментарий: «пусть существо, которое не родилось, получит представление о мире, от которого оно будет избавлено». Есть много пародийного, но высококачественного цирка и шуток на тему смерти. И финал, где героиня руками роет в подполе сцены себе могилу, бормоча из-под гор земли: «Все, пора закапываться». А потом над ней поет реквием сводный хор черепов баранов и барсуков. В сущности, тут нет ничего такого, что не могло бы возникнуть в нашем театре. Но почему-то не возникает.

Последний спектакль фестиваля, под названием «Беспредметно», сыграют 28 и 29 июня, компания «111-Орельен Бари» уже  была однажды в Москве с парадоксальным пластическим действом «План Б», враждующим с законом земного тяготения. Говорят, что новый спектакль не хуже.



Источник: "Московские новости", 25 июня 2012,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
18.01.2019
Театр

Живее всех живых

Спектакль Александра Янушкевича по пьесе Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен» начинается с того, что все оживает: шкура трофейного медведя оборачивается не прикроватным ковриком, а живым зеленым медведем и носится по сцене; разрубленная надвое лошадь спокойно разгуливает, поедая мусор и превращая его в книги.

Стенгазета
21.11.2018
Театр

Крохотные герои огромного мира

«Темная комната» компании Plexus Polaire – галлюцинация изможденной Валери Соланас, доживающей последние дни в одном из безымянных отелей. Авторы постановки, созданной по книге Сары Стридсберг «Факультет сновидений» – биографии Соланас, хотят понять, кто она – женщина, стрелявшая в Энди Уорхола, радикальная феминистка, написавшая «Манифест общества полного уничтожения мужчин».