Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.12.2011 | Колонка / Наука

«От жажды умираю над ручьем…»

Cвобода информации без возможности оценить компетентность источников для обычнго пользователя страшнее цензуры.

Средневековый европеец, желая узнать о том, что делается за пределами известных ему мест, обращался ко всякого рода «космографиям» и «физиологам» – сводам естественно-научных и географических знаний. Сочинений такого рода в тогдашней Европе было немало, но как правило в них переписывались одни и те же сведения. Что-то было взято из античных авторов (зачастую неверно понятых), что-то – из сообщений уникальных путешественников вроде Марко Поло, что-то – просто из поверий и местных мифов и т. д. В любом случае проверить их можно было единственным способом: самому отправиться в описываемые края. Что для нормального читателя всей этой литературы было примерно то же, что для нас с вами – слетать на Луну: в принципе возможно, но практически нереально.

К счастью, те скудные на информацию времена давно миновали. Сегодня любой из нас может, не выходя из дома, получить массу сведений о чем угодно. Достаточно лишь набрать соответствующее слово в окошке Гугла или Яндекса...

Давайте представим себе, что некто хочет узнать поподробнее о чем-то вроде бы и общеизвестном, но таком, с чем сам он реально не сталкивается ни по работе, ни в повседневной жизни – ну, скажем, о саранче. Он набирает слово «саранча» – и ему вываливается миллион (без преувеличения) ссылок. Из которых больше половины – имена собственные (названия романов, фильмов, рок-групп и т. д.), цитаты из Библии, толкования снов и прочая не имеющая отношения к делу информация. Ладно, допустим он ее отсеет (хотя это придется делать вручную – поисковик, отличающий буквальное значение слова от метафорического, еще не изобрели). Все равно останется море ссылок – в основном новостных (очень интересно узнать, что семь лет назад саранча угрожала Саудовской Аравии, а пять – Челябинской области!). А среди тех, которые повествуют о предмете более-менее подробно, – масса всякой ерунды вроде того, что все личинки саранчи вылупляются одновременно, как по команде. (Кстати, отличить ее от дельных сведений просто по неправдоподобию наш герой не сможет – некоторые подробности реальной биологии саранчи еще более фантастичны.) Кое-где вкраплены и намеренные выдумки – например, о боевой трансгенной саранче, натасканной на демаскировку, а при случае и уничтожение противника. Венчает картину подборка фотографий, на абсолютном большинстве которых – мирные кузнечики семейства Tettigonidae, которых в народе почему-то упорно называют саранчой.

Разумеется, среди этих гималаев болтовни, чуши, позапрошлогодних новостей и прямого вранья можно найти и вполне содержательую и достоверную информацию. Но как ее отличить от недостоверной? Разве что предприняв серьезное самостоятельное исследование – что для нормального пользователя Интернета столь же реально, как для средневекового грамотея сплавать в Индию.

Все рассказанное – не плод воображения, а краткое изложение итогов маленького эксперимента, проделанного автором этих строк. Предмет поиска нарочно был выбран так, чтобы он не затрагивал напрямую распространенных религиозных, политических и т. п. учений. Можно сделать вывод: свобода информации без возможности оценить компетентность источников блокирует доступ к искомой информации эффективнее, чем самая свирепая цензура.



Источник: «Наука в фокусе» № 11 (003), ноябрь 2011,








Рекомендованные материалы



Изгнание злых однополых духов

Время от времени тот или иной человек, не вполне утративший адекватности, но сохранивший неуместное в наши времена простодушие, гневно и при этом вполне риторически вопрошает: «Какое-нибудь дно там есть вообще? Не может же быть, чтобы совсем не было дна!» Это почему же не может? Очень даже может.


Кто виноват

Всегда считалось, что два главных и, в общем-то, фатально неразрешимых русских вопроса это «Что делать?» и «Кто виноват?». В советские годы к ним почти на равных присоединялись еще как минимум два, по степени непреходящей экзистенциальной актуальности первые два даже, возможно, и превосходившие. Эти два вопроса были такие: «Кто последний?» и «Как ты после вчерашнего?».