Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.07.2011 | Анимация / Колонка

Вопросы остались

На что будут потрачены деньги, выделенные на подъем отечественной анимации?

   

С того дня, когда наш премьер-министр встретился с группой отечественных мультипликаторов и пообещал дать им все, что они просили, и даже более того, прошло почти две недели. Черты этого самого «всего» пока не слишком прояснились, и вопросов остается много.

Итак, что же было обещано? Во-первых, ликвидация компании «Объединенная госкиноколлекция», за несколько лет аккумулировавшей фонды старых советских студий «Союзмультфильм», «Диафильм», «Центрнаучфильм», студии им. Горького, Свердловской киностудии и «Ленфильма». Компания эта, возглавляемая бывшим заместителем министра культуры Александром Голутвой, в сущности, присваивала доходы от использования золотого фонда отечественной анимации (по словам министра культуры Авдеева, лишь 25% от прибыли отдавали в бюджет, а 75% оставляли себе). Студии, а также немолодые авторы советских фильмов, которым по закону полагаются отчисления от продажи прав за использование самих картин, а также персонажей, музыки и т.д., оставались практически ни с чем. (Самый известный отечественный режиссер Юрий Норштейн рассказал, что за прошлый год он вместе со своей женой Франческой Ярбусовой, которая была художником всех его фильмов, получил 12 тыс. рублей.)

К ОГК у аниматоров было множество претензий, и Путин пообещал, что теперь, после ее ликвидации, сама коллекция будет передана Госфильмофонду, а прибыль от проката фильмов снова будет отдана студиям, на которых эти фильмы производили. В связи с этим возникает множество вопросов.

Госфильмофонд — это хранилище, и совершенно ясно, что нужна некая управляющая компания, чтобы фильмы работали, а не лежали мертвым грузом. Чтобы их издавали, показывали и продавали права на показ как в России, так и за рубежом. Каким образом это будет решено? Как будут разрешены вопросы с отчислениями студиям-производителям, если на многих уже не производят мультфильмы (как, например, на Свердловской киностудии), получат ли что-нибудь отделившиеся от них анимационные компании? Как будут выбирать правопреемников и что делать с тем, что от старых студий остались одни названия, а знаменитые авторы давным-давно их покинули? И можно ли быть уверенным, что изменится ситуация с отчислениями авторам?

Во-вторых, Путин пообещал существенно увеличить финансирование анимации. Если в этом году предполагается дополнительно выделить отрасли 500 млн руб. (то есть суммарный бюджет утроится), то в следующем году решено дать на кинопроизводство детских и анимационных фильмов уже целых 1,5 млрд руб. (даже с учетом того, что в этот список попадает игровое детское кино, все равно увеличение существенно). Но кто и по какому принципу эти деньги будет распределять? Будут ли учитывать качество фильмов и не забудут ли маленькие, частные провинциальные студии? Ведь такое увеличение бюджета не просто вброс дополнительных денег. Оно должно означать, что государство всерьез решило поднять отечественную анимацию, что уже требует не только денег, но и полного изменения системы финансирования, принципов организации и структуры отрасли.

Стран, где государство считает поддержку анимации одним из национальных приоритетов, не так мало, и результаты такого подхода у всех на виду, недаром в последние годы в мире считается, что анимация (а также напрямую связанные с ней новые технологии и спецэффекты в кино) — это одна из самых коммерчески успешных областей киноиндустрии. Есть развивающаяся бешеными, взрывными темпами анимация юго-восточных стран, есть блестящие киношколы Франции, есть канадский национальный киносовет (NFB), благодаря умной политике которого авторская анимация Канады считается одной из сильнейших в мире. Что станет нам примером? Или бурный денежный поток по старой русской традиции до авторов дойдет прежним жиденьким ручейком?

Третье. Вся эта каша была заварена, чтобы в канун 75-летия «Союзмультфильма» обратить внимание власти на то, что юбиляр является трупом. Теперь принято решение покойника реанимировать: студии будут списаны долги (12 млн руб.) и оказана помощь в ремонте (6 млн руб.). Кроме того, обещано разрешить ситуацию с помещением: сейчас «Союзмультфильм» располагается в здании бывшей церкви, которое РПЦ давно уже требует вернуть. С другой стороны, аниматоры возмущаются, что студийный гектар земли рядом с церковью незаконным образом оттяпала компания «Русские отели», принадлежащая холдингу Дерипаски «Базовый элемент». Если все эти проблемы можно решить, а в студию (которая давно опустела и уже много лет вяло тянет один проект — фильм худрука студии Станислава Соколова «Гофманиада») начнут вливать немалые деньги, то хотелось бы знать: что на ней изменится?

Есть ли вообще необходимость возрождать то, что умерло, или лучше поддержать тех, в ком жизнь еще теплится (вроде студии «Пилот»)?

Илья Попов (продюсер «Смешариков» и руководитель группы по детскому и юношескому кино Фонда поддержки отечественной кинематографии), готовивший для встречи с Путиным основной пакет предложений аниматоров, советует подойти к проблеме с другой стороны. Он предлагает создать ассоциацию анимационного кино России — и вот она-то даже не то что реанимирует, а заново создаст «Союзмультфильм», но не как государственную монопольную студию, а как союз независимых студий, для которых СМФ станет коллективным брендом. Как бы завлекательно это ни звучало, пока решительно непонятно, для чего эта ассоциация предназначена, какие студии войдут в нее. Как будет осуществляться коллективный менеджмент и будет ли он? Без полной прозрачности во всех этих вопросах никакое денежное вливание, как говорили Ильф и Петров, «не спасут отца русской демократии».

И наконец, четвертое: создание дома российской анимации. Понятно, что при сочинении этого проекта перед воображаемым взором авторов стояло два образца. Для Ильи Попова и Анатолия Прохорова, создателей главного российского индустриального мульт-проекта «Смешарики», образцом были юго-восточные (к примеру, корейские) анимационные производственно-культурные центры. Для мастеров Норштейна, Назарова, Хржановского — старый «Союзмультфильм», в коллективной творческой среде которого они когда-то учились и работали. И эти два образца трудно объединить.

По замыслу дом должен иметь многозальный кинотеатр с постоянным показом анимации (понятно, что это реакция аниматоров на то, что их фильмы теперь никто не видит), современный музей анимации, отлично оборудованную киношколу и детские мультстудии. А главное — именно тут должны быть оснащенные производственные цехи коллективного пользования, готовые работать по заданию любых студий, многие из которых тоже в идеале переселятся сюда. Таким образом, надеются мастера, в этом доме и возродится старый союзмультфильмовский дух коллективного творчества и взаимопомощи, который за последние годы наша анимация растеряла. Но пока этот волшебный образ разбивается о множество вопросов организационного плана, среди которых главные — кто именно и руководствуясь какими соображениями будет этот дом строить и наполнять жизнью. А руководитель компании «Киносити» Эдуард Пичугин, которому премьер-министр поручил помочь в решении проблем аниматоров, и вовсе считает, что строить специальное здание слишком дорого, сложно, может занять много лет. И предлагает под коллективные цехи переоборудовать одно из пустующих офисных зданий в Москве, к примеру на Ленинградском проспекте, что можно сделать очень скоро, даже в этом году. Понятно, что при таком решении можно осуществить только часть замысла, а идея посещаемого культурного центра с кинотеатром останется за бортом.

Как бы то ни было, идея бухнуть деньги, выделенные государством на один-единственный дом российской анимации в Москве, сегодня выглядит не слишком современно. Да, Советский Союз жил по имперским законам с единым центром, и аниматоры со всей России и из республик должны были ездить сдавать законченные фильмы в Москву и были рады пообщаться с коллегами и перенять опыт на любимом всеми «Союзмультфильме». Но сегодня весь мир пытается уйти от таких центростремительных схем, идея культурных автономий и регионального подхода все шире распространяется и у нас. А значит, домов у наших мультфильмов должно быть создано много, да и весь проект поддержки российской анимации должен иметь в виду, что у нас очень большая страна и в ней поддержанные государством анимационные студии хотели бы расти как грибы повсюду.



Источник: "Московские новости", 11 июля 2011,








Рекомендованные материалы



Итоги года в анимации. 21 лучший

Для этого фильма главное – атмосфера уходящего времени: старый дом с деревянными половицами, заставленный коробками к переезду. Кучи книг, где узнаются те, что были в каждом советском доме, а среди них типовые художественные альбомы, обложки «Нового мира» и «Огонька» с Брежневым. Комната дедушки, где все осталось , как при нем с замершим календарем, шкафом с костюмами, портретом и бюстиком Ленина, который для девочки выглядит манекеном, - ему можно нацепить бусы и накрасить губы. Старая собака, уходящее лето и, в какой-то степени уходящее детство - Лола становится старше.


Приключе­ния значений

Многие важные слова, точнее их значения, подвергаются со временем значительным мутациям. Следить за этим процессом всегда интересно и поучительно, хотя иногда и тревожно. Необычайные приключения таких, например, слов, как «фашизм», а также «фашист, фашисты», так до конца и не осознанных, впечатляют особенно.