Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

11.05.2011 | Арт / Книги

Мигрант сурового стиля

Автор самого большого портрета Ленина в мире наконец-то удостоился признания в России

Фонд наследия художника А.Д.Тихомирова представил 28 апреля в московском магазине «Библио-Глобус» две новые книги альбомного формата, посвященные творчеству Александра Тихомирова, почти не известного не только широким кругам любителей искусства, но и профессиональному сообществу. До 16 мая в санкт-петербургском Русском музее (филиал Мраморный дворец) проходит выставка живописных и графических работ художника, посвященная 95-летию со дня его рождения.

Лениниана была во всех смыслах самой заметной частью творческого наследия художника, но, убежден, не самой для него главной. Александр Тихомиров (1916–1995) живописал портреты вождя пролетариата, работая на протяжении четверти века (1949–1976) в Московском комбинате монументально-декоративного искусства. Самое большое в мире лицо Ленина (42 на 22 м) регулярно вывешивали на фасад МИДа.

В праздничные дни тихомировский Ильич материализовывался в образе многоглавого змея. Гигантские залитые алым головы его анфас и в профиль ворочались и на МИДе, и на Кутузовском проспекте, и на Библиотеке Ленина. Сегодня ассоциируются портреты с какими-то инфернальными героями оперных постановок рубежа веков. Подобные аллюзии, наверное, не случайны, если обратиться к творческой биографии мастера, вехи которой отображены в экспонатах выставки Русского музея.

Бакинец по происхождению, Тихомиров прошел две принципиальные для русского искусства XX века живописные школы: репинскую (учился в Баку в мастерской ученика Репина Ильи Рыженко) и сезаннистскую (после переезда в конце войны в Москву начал курс в Суриковке у члена «Бубнового валета» Александра Осмеркина). Эти «университеты» определили особую восприимчивость к различным изобразительным методам нового искусства — постимпрессионизму, неоклассике, вплоть до фовизма, кубофутуризма и аналитической школы Павла Филонова. А жизнь в Баку, где юный мастер подвизался писать афиши для цирка, подарила особое восприятие действительности, уловленной в гримасах клоунского грима, в акробатической пантомиме, в жаркой иллюминации арены, всклокоченной бурным представлением страстей. Так что мефистофельский Ленин случился не просто так.

Театр, балет, цирк стали верными спутниками творческих скитаний Тихомирова. Эти темы определили путь отшельника, ведь официально они считались неблагонадежными. Помимо того что из Суриковки художник был выгнан за формализм (вместе с педагогом Осмеркиным), имя Тихомирова сознательно замалчивалось до самого последнего времени. Даже в девяностые и двухтысячные смотров работ мастера было до обидного мало.

Причина еще и в том, что в лагере неофициального искусства «своим» художника тоже не считали. Восхитительные по цвету горящих в морозной ночи углей работы Тихомирова с трагическими титанами-паяцами, отдавшими свой дар зрения маленьким птичкам и куклам, с мистериями на тему Шекспира и итальянского маньеризма, с вариациями vanitas (суеты сует, натюрмортов с атрибутами бренности — картами, вином, трубками) определяют его в стан тех не покинувших Советы мигрантов, что спасались чувством сопричастности мировой культуре, «прозретой» сквозь щель театрального занавеса. Эта миссия несущего свой крест Наблюдателя лицедея — лейтмотив постоттепельной культуры, влюбленной в Феллини, Бергмана, Стравинского и Бахтина. Более того, в своем даре интеллигентского Прозрения герой той поры совершает подвиг, сравнимый с тем, что делают немногословные работяги на картинах и в пьесах «сурового стиля». В этом понимании лицедейства как титанического, чуждого легкомыслия труда художник отвечает принципам поэтики суровых актерских будней Московского театра на Таганке.



Источник: "Московские новости", 26 апреля 2011,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
25.01.2021
Книги

Все нормальны, никто не нормален

Российский читатель начинает знакомство с Руни с ее второго романа «Нормальные люди», который менее чем за полгода успел собрать тираж в 60 тысяч. Оба этих текста — о любви и дружбе в современном мире. И пока одни критики хвалят Салли Руни, другие пишут разоблачительные статьи о том, что в этих романах нет ничего особенного. Третьи констатируют факт: Салли Руни — феномен, в котором стоит разобраться.

22.01.2021
Книги

Из Рейкьявика в ад под названием «восьмидесятые»

Сёлви приезжает на хутор Аспен убежденный, что его бабушка — сумасшедшая нацистка, и он попал в ад под названием «восьмидесятые». Но проходят дни, затем недели, постепенно Сёлви привыкает к новой рутине, начинает общаться с соседями и работать по дому, читать старые книги и слушать The Smiths, пробует водить машину, сгонять овец с гор и впервые влюбляется.