Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.04.2011 | Театр

Без неожиданностей

Вручены премии «Золотая маска»

   

Похоже, семнадцатая церемония вручения главной российской театральной премии оказалась самой скучной за весь отчетный период. Все было в меру помпезно и в меру деловито, а главное – быстро (еще бы – надо вручить чуть ли не четыре десятка призов!). В Гостином дворе номинантов и гостей усадили вдоль широченной красной ковровой дорожки, президентский оркестр наяривал марши и галопы, на экранах над головами проносились фотографии спектаклей и актеров, «вручанты» торопливо читали имена лауреатов, и только тут подразумевалась пауза. Победителям следовало так долго под общими взглядами  идти по ковру к подиуму, где их ждала награда, что у многих сдавали нервы и они принимались бежать. На сцене награжденные чаще всего тушевались и, пробормотав что-то про «большую неожиданность», скрывались с маской в руках.

Однако, награды драматического жюри в большинстве своем были ожидаемыми, так что никаким скандалом общий ход стремительного праздника не сорвали. В сущности, все те, кто смотрел церемонию в прямой трансляции телеканала «Культура», ничего не пропустил.

Прошлый театральный сезон, по общему мнению, в Москве особенно удался, поэтому нет ничего удивительного в том, что почти все призы взяла столица. Главным фаворитом московского сезона был эксцентричный и пронзительный вахтанговский «Дядя Ваня» в постановке Римаса Туминаса – он и взял «Маску», как лучший спектакль «большой формы». Насчет награды пушкинскому спектаклю Петра Фоменко «Триптих» в «малой форме» тоже удивляться не приходится – эта постановка, правда, не считается большой удачей режиссера, но известно, что Петра Наумовича все – от зрителей до жюри в любом составе - любят так беззаветно, что его постановки без наград не остаются никогда, и само присутствие Фоменко в конкурсе закрывает двери перед соперниками. Что касается премий за режиссуру и сценографию, отданных, соответственно, Андрею Могучему и Александру Шишкину за эффектный и трагический спектакль «Изотов» из Александринки, - она тоже была вполне ожидаемой. Этот тандем оценен высоко уже давно, но в последнее время он в общем мнении дрейфует от положения экспериментаторов-маргиналов в «большую форму» мейнстрима.

С наградами других художников тоже все вышло без эксцессов: среди художников по свету, с тех пор, как утвердилась эта номинация,  в российском театре уже давно ведут «борьбу нанайских мальчиков» два лучших и чуть ли не единственных высоких профессионала в этой области - Дамир Исмагилов и Глеб Фильштинский, то один возьмет верх, то другой. Вот и сейчас Фильштинского наградили за свет в музыкальном театре, Исмагилова – в драматическом.  Театральная общественность ждет - не дождется, когда у них появится хоть один конкурентоспособный ученик. Зато среди художников по костюмам приз взяла совсем молоденькая Мария Трегубова, недавняя выпускница курса Дмитрия Крымова, сделавшая для его спектакля «Тарарабумбия» невероятное количество очень остроумных и изобретательных костюмов. Такое начало, конечно, выглядит очень вдохновляющее и, теперь Маша нарасхват – только что она выпустила премьеру в Александринке с Фокиным. 

Скандал Единственное шокирующее событие на церемонии вручения «Золотой маски» (впрочем, его постарались не афишировать), состояло в том, что у Игоря Гордина «Маску» украли, лишь только он отошел от драгоценной награды, чтобы расцеловаться с друзьями. Поиски ничего не дали, но, к счастью, оказалось, что специально для форс-мажорных ситуаций делают одну запасную «Маску», ее и отдали актеру. Сам он уверен, что это к счастью.

Некоторые, хоть и не слишком радикальные сюрпризы жюри преподнесло, вручая актерские награды.

Впрочем, то, что «женскую» премию получит Ольга Яковлева за роль Бабушки во мхатовском «Обрыве» - тоже было вполне предсказуемо. Неожиданность состояла в том, что ее главной соперницей за «Маску» оказалась не Марина Голуб во мхатовской роли Вассы Железновой, а красавица Анастасия Светлова, бесстрашно сыгравшая заглавную роль в надрывном и скандальном спектакле Евгения Марчелли «Екатерина Ивановна», переполошившем весь Ярославль. Жюри отдало Светловой за эту роль специальную премию, за нее же в интернете ратовали и поклонники, желавшие вообще все призы «Маски» отдать «Екатерине Ивановне». Но то, что «Маску» за лучшую мужскую роль возьмет актер ТЮЗа Игорь Гордин, честно сказать, никто не ожидал. Не потому, что он не был хорош – напротив, Гордин был номинирован сразу за две роли и обе они были отличные, как герой «Кроткой» в постановке Ирины Керученко (за которую он и получил награду), так и Ясон из «Медеи» Камы Гинкаса. Но в общих глазах безусловным лидером этого конкурса был Сергей Маковецкий – дядя Ваня из одноименного спектакля Римаса Туминаса в Вахтанговском спектакле. Бог знает, отчего ему  дали: может, это была политика и, отдавая постановке заслуженный главный приз, жюри сочло, что все ее участники и без того награждены, а может – Маковецкий, как артист неровного, «мочаловского» склада, почему-то сорвался и неудачно сыграл спектакль, когда его смотрели судьи.

Так или иначе, все «Золотые маски», кроме спецприза Светловой, остались в столицах, главным образом, в Москве.

Второй спецприз жюри тоже более, чем ожидаемо ушел москвичам, молодежному проекту РАМТа -  выдвинутым единым блоком четырем детским спектаклям в постановке учеников Сергея Женовача. Этот проект, собственно, с таким расчетом и выдвигался, и приятно было смотреть, как молодые актеры и режиссеры театра толпой с гомоном выбежали за «Маской», и бросились рассказывать публике, кто из них за это время успел и сам обзавестись детьми (тем же, впрочем, хвалился до них и Фильштинский).

Обычно, комментируя подобное «столичное» распределение призов, у нас принимаются отпевать провинциальные театры, в присутствии великих не имеющие шансов на награду. Некоторые даже предлагают создать отдельную, провинциальную театральную премию. Ответом на эти еще не прозвучавшие, но уже заготовленные инвективы, стала на этот раз премия критики, которую принято считать самой продвинутой, рассчитанной не на результат, а на перспективу. Критическую «Маску» получил театр из крошечного города Прокопьевска Кемеровской области за спектакль молодого режиссера Марата Гацалова по «новодрамной» пьесе Вячеслава Дурненкова «Экспонаты», о том, как вот такой же далекий маленький город столичные бизнесмены решили превратить в город-музей, а из жителей сделать экспонаты. Получая награду, директор театра сказала, что раньше Прокопьевск был известен только одним – на его главной площади случилась первая в России шахтерская забастовка. И то, что теперь люди узнают и о прокопьевском театре, звучало вдохновляющее.



Источник: "Московские новости", 18.04.2011,








Рекомендованные материалы


13.05.2019
Театр

Они не хотят взрослеть

Стоун переписывает текст пьесы полностью, не как Люк Персеваль, пересказывающий то же самое современным языком, а меняя все обстоятельства на современные. Мы понимаем, как выглядели бы «Три сестры» сегодня, кто бы где работал (Ирина, мечтавшая приносить пользу, пошла бы в волонтерскую организацию помощи беженцам, Андрей стал компьютерным гением, Вершинин был бы пилотом), кто от чего страдал, кем были их родители

Стенгазета
18.01.2019
Театр

Живее всех живых

Спектакль Александра Янушкевича по пьесе Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен» начинается с того, что все оживает: шкура трофейного медведя оборачивается не прикроватным ковриком, а живым зеленым медведем и носится по сцене; разрубленная надвое лошадь спокойно разгуливает, поедая мусор и превращая его в книги.