Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

12.05.2010 | Колонка / Общество

Сенсация

Как отставной генерал министра подкузьмил

В конце предпраздничной недели начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Василий Смирнов произвел настоящую сенсацию. Выступая в Совете Федерации, он просветил сенаторов относительно предложений Министерства обороны в новый закон «О военной службе». Я бы назвал эти предложения «Спасайся, кто может». Итак, призывной возраст должен быть увеличен до 30 лет. Время весеннего призыва продлено до 1 августа (что делает призыв фактически круглогодичным). 70 процентов вузов должны лишиться права предоставления отсрочки от призыва (что позволит забрить лбы студентам 1 и 2 курсов большинства институтов страны). Наконец, пора отказаться от неудобной для Минобороны практики, когда каждому потенциальному рекруту надо лично расписаться на врученной ему повестке. Почему бы не посылать им смс-уведомления, а потом не подвергать их судебному преследованию за неявку в военкомат.

Что же, по крайней мере, откровенно. Весь последний год Василий Васильевич яростно боролся с теми, кого он называл «псевдоправозщитниками». Вина этих зловредных людей заключалась в том, что они без конца мучили достойнейшего господина Смирнова неприятными вопросами.

Главный из которых: каким образом он намерен обеспечить ежегодный призыв в 750 тысяч человек, в то время как в этом году (как и все ближайшее десятилетие) количество юношей, достигших 18-летнего возраста, будет составлять 600-650 тысяч в год. В ответ Смирнов заявлял: призывной потенциал (мужчины в возрасте от 18 до 27 лет) составляет около трех миллионов, в стране более 200 тысяч «уклонистов». Главное, утверждал Смирнов, заставить этих самых «уклонистов» надеть военную форму, надо потребовать от органов МВД насильно препровождать уклоняющихся в военкоматы.

Теперь заместитель начальника Генштаба сказал, наконец, правду: для того, чтобы обладать Вооруженными силами численностью в 1 миллион, под ружье следует поставить все мужское население в возрасте от 18-ти до 30-ти. Всякие глупости вроде развития производства, увеличения ВВП (об инновациях уже не говорю) при ежегодном изъятии 750 тысяч представителей наиболее креативного возраста выполнять будет просто некому.

Однако кроме этой вымученной правды все остальное, что сообщил Смирнов сенаторам, представляет собой характерную для него смесь откровенного вранья и передергиваний. Выступая в Совете Федерации, он заявил, что эти зубодробительные предложения новой редакции закона «О воинской обязанности граждан РФ» прошли обсуждение в комитете Государственной Думы по обороне и в Администрации президента России. Два независимых источника сообщили мне, что никакого обсуждения в комитете по обороне не было вовсе.

Смирнов уверяет, что во многих странах мира призывной возраст превышает 30 лет. Взглянем же, о каких странах идет речь. Ангола – предельный возраст призыва 46 лет, Боливия – 49, Египет и Камбоджа – 30, Эритрея – 40, Норвегия – 44 года, Греция – 45. Зато в Германии, на которую так любят ссылаться поклонники призыва, предельный возраст – 25 лет, в Китае – 22 года. А в Малайзии до недавнего времени набор на военную службу и вовсе проходил через лотерею… Без анализа того, почему в той или иной стране сложилась определенная система строительства Вооруженных сил, ссылки на зарубежный опыт являются чистой манипуляцией.

При этом военные начальники старательно обходят вопрос о том, что большинство европейских государств – не только Великобритания и Франция, но также не слишком богатые Румыния с Болгарией – перешли к добровольной военной службе.

На наших глазах человек, который сознательно провалил Федеральную целевую программу по частичному переводу Вооруженных сил на службу по контракту, человек, который виновен в бессмысленной растрате 80 миллиардов рублей, теперь бодро толкает армию и государство к новому тупику. Ведь даже если власть сделает все, что предлагает Смирнов, то, сломав жизнь целому поколению, она все равно не сможет сформировать миллионную армию. Людей все равно не хватит. К тому же не исключаю, что, услышав о предложениях Генштаба, уже сейчас люди в возрасте 25-30 лет посчитают за благо побыстрее покинуть страну. Однако Василий Васильевич сможет более-менее спокойно просуществовать при должности год-два.

Надо сказать, что Смирнов не первый раз прибегает к такому средству. В 2002-ом, когда после гибели «Курска» стала очевидна необходимость перемен в армии, Смирнов огорошил общество: любые, мол, реформы приведут к тому, что в армию придется набирать студентов. Тогда получилось. Может, и теперь прокатит…

Главное же, что, объявляя о сенсационных инициативах, Смирнов весьма серьезно подставил своего начальника – министра обороны Анатолия Сердюкова.

Всего за неделю до смирновских откровений Сердюков встречался с представителями общественных организаций. Он совершенно покорил собеседников рассказами о том, как будет «гуманизирована» военная служба: у солдат-срочников будут выходные, им не придется готовить еду, убираться в казарме и мести плац. А потом пришла и вовсе фантастическая новость – об отмене экстерриториального принципа формирования Вооруженных сил. Опять-таки источником, похоже, был Сердюков, встречавшийся с несколькими журналистами. При этом министр ни словом, ни намеком не дал понять, что грядут перемены, которые коснутся тысяч и тысяч людей.

Таким образом, получилось, что все эти позитивные разговоры Сердюкова – не более чем пропагандистское прикрытие для гадостей, которые военное ведомство придумало для граждан. При этом министру отведена роль то ли болвана, то ли прожженного циника… 



Источник: "Ежедневный журнал", 04.05.2010,








Рекомендованные материалы



Шаги командора

«Ряд» — как было сказано в одном из пресс-релизов — «российских деятелей культуры», каковых деятелей я не хочу здесь называть из исключительно санитарно-гигиенических соображений, обратились к правительству и мэрии Москвы с просьбой вернуть памятник Феликсу Дзержинскому на Лубянскую площадь в Москве.


Полицейская идиллия

Помните анекдот про двух приятелей, один из которых рассказывал другому о том, как он устроился на работу пожарным. «В целом я доволен! — говорил он. — Зарплата не очень большая, но по сравнению с предыдущей вполне нормальная. Обмундирование хорошее. Коллектив дружный. Начальство не вредное. Столовая вполне приличная. Одна только беда. Если вдруг где, не дай бог, пожар, то хоть увольняйся!»