Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.04.2009 | Общество / Путешествия

Высунув язык

Обучение английскому языку в Китае за последние пятнадцать лет превратилось в многомиллиардный бизнес

«Халло, как дела? Я просто хочу попрактиковаться в английском языке» — слышно каждый вечер на главной пекинской пешеходной туристической улице Ванфуцзин, рядом с которой я живу. Мода на английский язык, охватившая Китай еще в начале 90−х годов прошлого века, счастливо пережила все многочисленные всплески антиамериканизма.

Потенциал рынка образовательных программ в Китае далеко не исчерпан, каждый год урбанизация увеличивает его объемы на сотни тысяч человек.

Сегодня этот рынок крайне раздроблен, обучением английского языка занимаются более 50 тысяч компаний — от крошечных семейных контор до огромных корпораций с сотнями отделений в десятках городах КНР.

Даже в условиях кризиса этот бизнес активно развивается, компании продолжают набирать учителей и менеджеров.

По данным Государственного статистического управления КНР, с 1992 года доля образовательных расходов в семейном бюджете выросла с 5 до 10%. В этой стране даже в тяжелые времена родители начнут экономить на образовании детей в самую последнюю очередь, уже сократив все остальные расходы.

Дикий английский

Обучением английского языка в Китае, помимо самих китайцев, занимаются представители разных национальностей, вплоть до самых экзотических, — русские, нигерийцы, костариканцы. Иностранные учителя считаются изюминкой любой школы, их обычно ищут в университетах среди изучающих китайский язык. При этом цвет кожи часто важнее происхождения или уровня знаний — китайских хэдхантеров в первую очередь интересуют «белые морды», затем африканцы и лишь потом американские или австралийские китайцы.

Особенно это касается детского образования: родители платят достаточно большие деньги за возможность заниматься у «настоящего иностранца», и платят в том числе за западную внешность.

А сами менеджеры школ часто вообще не говорят на английском, поэтому тоже невольно ориентируются на внешний вид. Вне зависимости от национальности учителя, как правило, представляют как «носителя языка», обычно из США — китайцы предпочитают учить (или полагать, что учат) американский вариант английского. «У нас работала русская девушка по имени Мария. Если спрашивали, то мы говорили, что она из Нью-Йорка», — рассказывает корреспонденту «Эксперта» на условиях анонимности менеджер одной из пекинских школ.

Через подобные школы проходит большинство иностранных студентов в Китае. Десять лет назад мне довелось три раза в неделю обучать китайских детей в Пекине, при этом и родители, и директор школы (компания-наниматель просто предоставляла иностранцев нескольким начальным и средним школам) были уверены, что их учитель приехал из Канады.

Легкие деньги

Президент сианьской образовательной компании NaoTu Ли Хайцан — типичный пример китайского бизнесмена от образования. Как и многие в этой отрасли, Ли — в прошлом инженер на одном из китайских госпредприятий — практически не говорит по-английски, но бизнесу это совершенно не мешает. Спрашиваю: «Почему решил занять этим?» — «Это же легкие деньги. Сам подумай, если заниматься производством, надо строить завод, мороки сколько. А тут деньги практически из воздуха».

Ли начинал с работы менеджером в чужой компании, затем решился на собственный бизнес. Впрочем, вслед за легкими деньгами пришло и чувство ответственности, теперь Ли хочет улучшить в Китае обучение английскому языку и вывести его на новый уровень.

NaoTu известна своими английскими комиксами и в основном работает на основе франчайзинга — отделения в других регионах получают методическую поддержку и относительно раскрученное имя в обмен на отчисления от прибыли. Деньги на развитие берутся из прибыли компании, образовательные организации редко прибегают к банковским кредитам — тысячи учеников обеспечивают весьма стабильный и регулярный приток наличности. На 2009 год у Ли Хайцаня запланирован взрывной рост и открытие филиалов в нескольких новых городах. «Кризис? Какой кризис?» — переспрашивает он.

Уверенность предпринимателя зиждется на том, что китайцы привыкли платить за обучение. В КНР бесплатное образование заканчивается на начальной школе, а дальше обучение не просто ощутимо для семейного бюджета, но и не всегда по карману родителям. У Чжан Лифу из деревни в пригороде Сианя двое сыновей, оба ходят в среднюю школу. «В год на обучение и сопутствующие расходы уходит 20 тысяч юаней — почти три тысячи долларов», — сетует она. У нее самой таких денег нет, скидываются многочисленные родственники, потому взнос каждого не так уж велик. Это не благотворительность, а верный расчет: выбившись в люди, бывшие школьники будут работать на всю большую семью. В Китае об этом не забывают никогда.

Понятно, что платное и все дополнительное образование, будь то английский, изобразительное искусство или музыка.

«Так устроена традиционная китайская семья, даже в тяжелых условиях они будут всеми силами пытаться дать своему ребенку лучшее образование», — поясняет владелец сети музыкальных школ в Пекине и Тяньцзине Цзян Цзе. Политика ограничения рождаемости, принятая в Китае в начале 80−х годов прошлого века, лишь усилила этот эффект: ради единственного ребенка китайские родители действительно готовы расшибиться в лепешку. Сам Цзян Цзе собирается в 2009 году открыть два новых отделения и увеличить число учеников с 30 до 35 тыс. человек.

Лидер отрасли

Директор по развитию бизнеса крупнейшей в Китае сети английских школ New Oriental Джозеф Кауффман раньше работал на китайское отделение Coca-Cola и признается, что с бутылками было легче. «Это совершенно другой бизнес. На том рынке мы сражались с несколькими крупными хищниками, тут нас кусают десятки тысяч пчел», — объясняет он на восточный манер.

New Oriental совершила переворот в отрасли, первой из образовательных китайских компаний разместив акции на Нью-Йоркской фондовой бирже в 2006 году. Успех размещения (стоимость акций за день выросла на 45%) привлек к образовательной индустрии в Китае внимание западных инвестиционных фондов и стал толчком к созданию других крупных компаний.

Рыночная доля New Oriental составляет, по разным оценкам, от 5 до 7%. У остальных конкурентов показатели и того меньше. При этом консолидация отрасли не грозит, порог входа на рынок слишком низок, для открытия своей школы в провинциальном городе достаточно найти пару учителей со свободным графиком и установить хорошие отношения с одной из местных средних или начальных школ — дополнительные уроки можно проводить прямо там.

«Такова специфика этой индустрии, мы быстро растем, быстрее рынка, но стать Coca-Cola от образования вряд ли сможем», — говорит Джозеф Кауффман.

По данным исследования China Education and Training Industry Research Report, общий объем рынка обучения английскому языку в Китае составляет около 4 млрд долларов в год и ежегодно увеличивается на 12%. «Мы растем со скоростью 20–30 процентов в год», — приводит данные Кауффман. В ближайшее время New Oriental собирается сконцентрироваться на поглощениях, последние два года рынок был слишком разогрет из-за эффекта IPO New Oriental, но сейчас цены на компании пошли вниз. В прошлом году сеть уже приобрела двух мелких игроков и укрепила свои позиции в сегменте подготовки к экзамену гаокао (аналогу российского ЕГЭ). По результатам этого экзамена, который проводится один раз в год, осуществляется прием в китайские вузы. Общий объем рынка подготовки к гаокао (далеко не всем удается поступить с первого раза) оценивается более чем в 3 млрд долларов в год, зачастую проваливших экзамены детей отправляют в специальные школы на полный пансион.

«Мы будем развивать не только английские курсы, но и подготовку по другим предметам — математике, литературе и так далее», — говорит Джозеф Кауффман. Сегодня на обучение детей приходится около 90% всех доходов компании, и в New Oriental собираются развивать именно это направление. Это поможет компенсировать потери на рынке курсов для взрослых — в кризис компании сокращают бюджеты на переподготовку сотрудников, да и сами ученики могут принять решение подождать с дополнительным образованием до лучших времен.

Глубже и шире

В целом модель развития New Oriental отражает общую тенденцию в отрасли. Компании, начавшие работать в нескольких основных китайских мегаполисах — Пекине, Шанхае, Гуанчжоу, Тяньцзине — выходят в города второго или даже третьего эшелона. Основной показатель, влияющий на решение открыть филиал, — уровень среднедушевого ВРП, к которому привязывается и цена на обучение. В каком-нибудь Наньнине или Ланьчжоу она может быть в два раза ниже, чем в Пекине.

Впрочем, несмотря на образовательный бум, уровень знания английского в Китае все еще низок, в интернете можно найти сайты, где собирают примеры «китайского английского»

Chinglish — несуразные объявления и вывески, которые можно встретить и в частном секторе, и в государственных учреждениях. В Пекине перед Олимпиадой власти провели ревизию всех существующих английских указателей, исправив ошибки. Но кое-кого это даже огорчает. В одной из социальных сетей в интернете уже появилось сообщество «Остановим уничтожение Chinglish — спасем исчезающую культуру Китая».

Сиань—Пекин



Источник: «Эксперт» №14, 13 апреля 2009,








Рекомендованные материалы



Высокие процентные отношения

Заранее, чтобы не томить уважаемую публику, скажу, что по результатам опроса постоянно действующий президент стал моральным авторитетом примерно для трети опрошенных, а, допустим, тоже не бездействующий патриарх Кирилл набрал что-то около одного процента.


Смысл российской демократии

Когда-то считалось, что демократия – это в том числе и право граждан на выбор. Разные политические партии, выпрыгивая из собственных штанов, старались понравиться избирателю, строили ему глазки, клялись в любви до гроба, обещали, если что, жениться. В общем, занимались черт знает чем, какой-то бессмысленной и к тому же затратной ерундой. Во многих странах, как это ни прискорбно, занимаются этим до сих пор. Ну, что взять с отсталых!