Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.04.2009 | Общество / Путешествия

Высунув язык

Обучение английскому языку в Китае за последние пятнадцать лет превратилось в многомиллиардный бизнес

«Халло, как дела? Я просто хочу попрактиковаться в английском языке» — слышно каждый вечер на главной пекинской пешеходной туристической улице Ванфуцзин, рядом с которой я живу. Мода на английский язык, охватившая Китай еще в начале 90−х годов прошлого века, счастливо пережила все многочисленные всплески антиамериканизма.

Потенциал рынка образовательных программ в Китае далеко не исчерпан, каждый год урбанизация увеличивает его объемы на сотни тысяч человек.

Сегодня этот рынок крайне раздроблен, обучением английского языка занимаются более 50 тысяч компаний — от крошечных семейных контор до огромных корпораций с сотнями отделений в десятках городах КНР.

Даже в условиях кризиса этот бизнес активно развивается, компании продолжают набирать учителей и менеджеров.

По данным Государственного статистического управления КНР, с 1992 года доля образовательных расходов в семейном бюджете выросла с 5 до 10%. В этой стране даже в тяжелые времена родители начнут экономить на образовании детей в самую последнюю очередь, уже сократив все остальные расходы.

Дикий английский

Обучением английского языка в Китае, помимо самих китайцев, занимаются представители разных национальностей, вплоть до самых экзотических, — русские, нигерийцы, костариканцы. Иностранные учителя считаются изюминкой любой школы, их обычно ищут в университетах среди изучающих китайский язык. При этом цвет кожи часто важнее происхождения или уровня знаний — китайских хэдхантеров в первую очередь интересуют «белые морды», затем африканцы и лишь потом американские или австралийские китайцы.

Особенно это касается детского образования: родители платят достаточно большие деньги за возможность заниматься у «настоящего иностранца», и платят в том числе за западную внешность.

А сами менеджеры школ часто вообще не говорят на английском, поэтому тоже невольно ориентируются на внешний вид. Вне зависимости от национальности учителя, как правило, представляют как «носителя языка», обычно из США — китайцы предпочитают учить (или полагать, что учат) американский вариант английского. «У нас работала русская девушка по имени Мария. Если спрашивали, то мы говорили, что она из Нью-Йорка», — рассказывает корреспонденту «Эксперта» на условиях анонимности менеджер одной из пекинских школ.

Через подобные школы проходит большинство иностранных студентов в Китае. Десять лет назад мне довелось три раза в неделю обучать китайских детей в Пекине, при этом и родители, и директор школы (компания-наниматель просто предоставляла иностранцев нескольким начальным и средним школам) были уверены, что их учитель приехал из Канады.

Легкие деньги

Президент сианьской образовательной компании NaoTu Ли Хайцан — типичный пример китайского бизнесмена от образования. Как и многие в этой отрасли, Ли — в прошлом инженер на одном из китайских госпредприятий — практически не говорит по-английски, но бизнесу это совершенно не мешает. Спрашиваю: «Почему решил занять этим?» — «Это же легкие деньги. Сам подумай, если заниматься производством, надо строить завод, мороки сколько. А тут деньги практически из воздуха».

Ли начинал с работы менеджером в чужой компании, затем решился на собственный бизнес. Впрочем, вслед за легкими деньгами пришло и чувство ответственности, теперь Ли хочет улучшить в Китае обучение английскому языку и вывести его на новый уровень.

NaoTu известна своими английскими комиксами и в основном работает на основе франчайзинга — отделения в других регионах получают методическую поддержку и относительно раскрученное имя в обмен на отчисления от прибыли. Деньги на развитие берутся из прибыли компании, образовательные организации редко прибегают к банковским кредитам — тысячи учеников обеспечивают весьма стабильный и регулярный приток наличности. На 2009 год у Ли Хайцаня запланирован взрывной рост и открытие филиалов в нескольких новых городах. «Кризис? Какой кризис?» — переспрашивает он.

Уверенность предпринимателя зиждется на том, что китайцы привыкли платить за обучение. В КНР бесплатное образование заканчивается на начальной школе, а дальше обучение не просто ощутимо для семейного бюджета, но и не всегда по карману родителям. У Чжан Лифу из деревни в пригороде Сианя двое сыновей, оба ходят в среднюю школу. «В год на обучение и сопутствующие расходы уходит 20 тысяч юаней — почти три тысячи долларов», — сетует она. У нее самой таких денег нет, скидываются многочисленные родственники, потому взнос каждого не так уж велик. Это не благотворительность, а верный расчет: выбившись в люди, бывшие школьники будут работать на всю большую семью. В Китае об этом не забывают никогда.

Понятно, что платное и все дополнительное образование, будь то английский, изобразительное искусство или музыка.

«Так устроена традиционная китайская семья, даже в тяжелых условиях они будут всеми силами пытаться дать своему ребенку лучшее образование», — поясняет владелец сети музыкальных школ в Пекине и Тяньцзине Цзян Цзе. Политика ограничения рождаемости, принятая в Китае в начале 80−х годов прошлого века, лишь усилила этот эффект: ради единственного ребенка китайские родители действительно готовы расшибиться в лепешку. Сам Цзян Цзе собирается в 2009 году открыть два новых отделения и увеличить число учеников с 30 до 35 тыс. человек.

Лидер отрасли

Директор по развитию бизнеса крупнейшей в Китае сети английских школ New Oriental Джозеф Кауффман раньше работал на китайское отделение Coca-Cola и признается, что с бутылками было легче. «Это совершенно другой бизнес. На том рынке мы сражались с несколькими крупными хищниками, тут нас кусают десятки тысяч пчел», — объясняет он на восточный манер.

New Oriental совершила переворот в отрасли, первой из образовательных китайских компаний разместив акции на Нью-Йоркской фондовой бирже в 2006 году. Успех размещения (стоимость акций за день выросла на 45%) привлек к образовательной индустрии в Китае внимание западных инвестиционных фондов и стал толчком к созданию других крупных компаний.

Рыночная доля New Oriental составляет, по разным оценкам, от 5 до 7%. У остальных конкурентов показатели и того меньше. При этом консолидация отрасли не грозит, порог входа на рынок слишком низок, для открытия своей школы в провинциальном городе достаточно найти пару учителей со свободным графиком и установить хорошие отношения с одной из местных средних или начальных школ — дополнительные уроки можно проводить прямо там.

«Такова специфика этой индустрии, мы быстро растем, быстрее рынка, но стать Coca-Cola от образования вряд ли сможем», — говорит Джозеф Кауффман.

По данным исследования China Education and Training Industry Research Report, общий объем рынка обучения английскому языку в Китае составляет около 4 млрд долларов в год и ежегодно увеличивается на 12%. «Мы растем со скоростью 20–30 процентов в год», — приводит данные Кауффман. В ближайшее время New Oriental собирается сконцентрироваться на поглощениях, последние два года рынок был слишком разогрет из-за эффекта IPO New Oriental, но сейчас цены на компании пошли вниз. В прошлом году сеть уже приобрела двух мелких игроков и укрепила свои позиции в сегменте подготовки к экзамену гаокао (аналогу российского ЕГЭ). По результатам этого экзамена, который проводится один раз в год, осуществляется прием в китайские вузы. Общий объем рынка подготовки к гаокао (далеко не всем удается поступить с первого раза) оценивается более чем в 3 млрд долларов в год, зачастую проваливших экзамены детей отправляют в специальные школы на полный пансион.

«Мы будем развивать не только английские курсы, но и подготовку по другим предметам — математике, литературе и так далее», — говорит Джозеф Кауффман. Сегодня на обучение детей приходится около 90% всех доходов компании, и в New Oriental собираются развивать именно это направление. Это поможет компенсировать потери на рынке курсов для взрослых — в кризис компании сокращают бюджеты на переподготовку сотрудников, да и сами ученики могут принять решение подождать с дополнительным образованием до лучших времен.

Глубже и шире

В целом модель развития New Oriental отражает общую тенденцию в отрасли. Компании, начавшие работать в нескольких основных китайских мегаполисах — Пекине, Шанхае, Гуанчжоу, Тяньцзине — выходят в города второго или даже третьего эшелона. Основной показатель, влияющий на решение открыть филиал, — уровень среднедушевого ВРП, к которому привязывается и цена на обучение. В каком-нибудь Наньнине или Ланьчжоу она может быть в два раза ниже, чем в Пекине.

Впрочем, несмотря на образовательный бум, уровень знания английского в Китае все еще низок, в интернете можно найти сайты, где собирают примеры «китайского английского»

Chinglish — несуразные объявления и вывески, которые можно встретить и в частном секторе, и в государственных учреждениях. В Пекине перед Олимпиадой власти провели ревизию всех существующих английских указателей, исправив ошибки. Но кое-кого это даже огорчает. В одной из социальных сетей в интернете уже появилось сообщество «Остановим уничтожение Chinglish — спасем исчезающую культуру Китая».

Сиань—Пекин



Источник: «Эксперт» №14, 13 апреля 2009,








Рекомендованные материалы



Время политики

Завязывайте вы, ребята, с этой вашей гребаной политикой! Чего вы как эти?! Депутаты-шмепутаты, допустили не допустили — какая разница?! Что изменится-то?! Расслабьтесь! И не мешайте вы уже проходу других граждан! Затрахали уже своими протестами, ей богу! Как вы сказали? Достоинство? А на хрена оно, если его на хлеб не намажешь?


Все, что шевелится

Механизм державной обидчивости и подозрительности очень схож с тем, каковые испытывают некоторые люди — и не обязательно начальники — при соприкосновении с тем явлением, которое принято называть современным искусством. Это искусство вообще и отдельные его проявления в частности непременно вызывают прилив агрессии у того, кто ожидает ее от художника. «Нет, ну вот зачем? Нет, я же вижу, я же понимаю, что он держит меня за дурака».