Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

24.02.2009 | Кино

Если доживем до понедельника

О фильме «Россия 88»

В секции «Форум» Берлинского кинофестиваля показали фильм Павла Бардина (сына известного аниматора) «Россия 88». Спорить об этой картине будут много, она вызывает интерес прежде всего темой: это первый российский фильм о неонацистах. 88 -- закодированное «хайль Гитлер» (Heil Hitler), в немецком алфавите буква H стоит восьмой. Ну а дальше можно интерпретировать этот знак по-своему -- и как бесконечность, и как число заповедей неонацистского идеолога Дэвида Лэйна.

Фильм игровой, в главной роли Штыка, лидера банды скинхедов «Россия 88», снялся Петр Федоров, сыгравший в блокбастере «Обитаемый остров». Но сделана картина в документальной манере, как будто любительской видеокамерой, принадлежащей одному из членов группировки, киноману и эстету по кличке Абрам.

Это второй по значимости герой картины; редко появляясь на экране, он все время присутствует за кадром, именно его глазами зритель увидит быт и нравы неонацистов, их тренировки, их философствования, подготовки к актам, узнает, как их использует милиция и политические партии, как они отдыхают, справляют праздники, как бьют своих «врагов». Некоторые кадры Абрам снимает специально для роликов, которые скинхеды собираются выложить в Интернете, но другие только для себя, для внутреннего пользования. И он до конца остается со своим кумиром, до последнего трагического момента.

В фильме есть сюжет, но раскручивается он в последней четверти картины (такой современный укороченный вариант «Ромео и Джульетты»), большей же частью с экрана публике просто рассказывают о том, как живут, о чем думают и что делают наши современники, молодые люди из спального района Москвы, собирающиеся в тесном подвале, где их физрук, бывший офицер, якобы держит клуб по физической подготовке молодежи. Наставник строг, но справедлив, он не дает ребятам употреблять наркотики, требует дисциплины и хорошей физической подготовки, но при этом готов отправлять своих бойцов проучить непокорных торговцев по заказу местной милиции...

При очевидной антифашистской направленности фильм вовсе не стремится представить своих персонажей в карикатурном виде; напротив, он порой слишком близко подходит к пониманию их человеческой, обычной природы. По версии авторов, эти люди вовсе не злобные выродки от природы, они просто молодая гопота, попавшая под влияние страшной, уродующей, но по-своему и привлекательной идеологии и эстетики. Всю одежду, все атрибуты создатели картины нашли в Интернете и в магазинах, которые есть в Москве, диски с нацистской музыкой, которую слушают и исполняют герои, куплены на Горбушке, а диалоги Штыка и представителя некоей партии, вербующего скинхедов в свое молодежное крыло, дословно взяты из переписки нацистов, которую антифашисты-хакеры взломали в Интернете...

В общем, слоган «этот фильм основан на реальных событиях», который теперь украшает каждый второй российский проект, к «России 88» относится с полным основанием.

В фильме есть подлинные документальные сцены. Когда Штык берет микрофон и подходит к людям в электричке или на Пушкинской площади с вопросом: «Согласны ли вы, что Россия для русских?» -- и большинство отвечает ему, что, да, согласны, -- это реальная съемка. Петр Федоров и группа провели серию блицинтервью среди обыкновенных людей. Процентное число согласившихся было примерно таким же, как в фильме. И это самый пугающий и самый сильный его момент.

Неонацизм -- это не только бритые черепа, накачанные мышцы и устрашающие черные одежды молодых самцов, внушающих прохожим страх и, надеюсь, негодование, но и образ мыслей обывателей, внутренне готовых одобрить любое насилие, особенно если оно угрожает не им и не их детям, а самим не надо принимать в нем участие. Попустительство и равнодушие -- это база, на которой вырастает его пассивная поддержка.

Герои фильма Бардина действительно мало чем отличаются от своих сверстников -- они только объединились, чтобы силой заставить мир измениться по их образу и подобию, они готовы бить и убивать, не задумываясь, что и для них может наступить миг, когда снести себе полчерепа покажется лучшим выходом.

«Россия 88» -- кино несовершенное. У него много проблем, прежде всего со сценарием; развитие сюжета, характеры могли быть интереснее и глубже. Но это как раз тот случай, когда предъявленного качества вполне достаточно, чтобы сделать фильм событием не столько художественной, сколько общественной жизни.

Режиссеру и сценаристу фильма Павлу Бардину 33 года, он получил режиссерское образование, но много работал журналистом, и вероятно, от этого в его картине есть ощущение правды, ее действительно можно принять за документальный фильм, в ней почти нет лажи, наигрыша, фальши. Это честная работа команды, соединившейся не для того, чтобы откатать государственные деньги (инициаторами проекта были помимо Бардина Петр Федоров и Василий Соловьев). Устрашающая группа из пяти известных продюсеров появилась, когда фильм уже был снят, чтобы помочь его продвижению. То есть фильм задуман и сделан без господдержки, исключительно собственными силами и, что называется, на голом энтузиазме -- и это радует. Впрочем, написала и задумалась: а не лучше ли было бы, если бы государство помогало именно таким проектам?



Источник: "Время новостей", 06.02.2009,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.07.2019
Кино / Театр

Поезд дальнего исследования

Речь пойдет о фильме «Насквозь» Ольги Привольновой, выпускницы Школы документального кино и театра Марины Разбежкиной и Михаила Угарова. Почему “Насквозь” оказался ключевым фильмом для обозначения роли Школы в современном документальном кино и каковы возможности взаимодействия документалистики с литературой и театром.

Стенгазета
26.06.2019
Кино

Слон где-то рядом: от чего бегут герои современных фильмов.

Герои Ху Бо мечтают увидеть безмятежного слона, который находится в одном из зоопарков Маньчжурии, и этот слон становится для них символом иной реальности, в которую можно сбежать от жестокого и равнодушного мира. Куда (и как) еще бегут другие герои-беглецы?