Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.12.2008 | Арт / Книги

Лекарство против страха

Английское средство от русской хандры

Сначала кажется, что публикация русского перевода книги Луизы Бак и Джудит Грир "Искусство в собственность", осуществленная агентством "marka:ff", чуть-чуть припоздала: финансовый кризис резко снизил функциональность практического руководства для начинающих собирателей с красноречивым подзаголовком "Настольная книга коллекционера современного искусства". Это в безоблачном 2007-м коллективный труд знаменитого арт-критика Бак и крупного коллекционера Грир (право слово, звучит как имена какой-нибудь мультяшной парочки!) стал бестселлером на лондонской ярмарке "Frieze", где улетало по книге в минуту, а издатели ночами допечатывали тираж. В этом году сама "Frieze" уже была коммерчески безуспешной. Но главной обнадеживающей новостью было появление на ней Романа Абрамовича как наиболее реального клиента. Наверное, поэтому именно в России найдутся сегодня самые заинтересованные читатели и почитатели английского пособия для коллекционеров. Тем более его московская презентация происходила на новой арт-площадке столицы: несмотря на кризис и вопреки ему, на территории шоколадной фабрики "Красный Октябрь" открылся центр "BAIBAKOV art projects" с немыслимыми амбициями, ставший соиздателем книги.

То есть пышно обставленное появление сочинения Бак и Грир должно вселять оптимизм: никакого уныния, инвестируйте в искусство, особенно в современное - вам зачтется. Ну а как инвестировать, авторы вам расскажут с превеликим удовольствием.

Они в самом деле это делают с прямолинейностью и наивностью советской инструкции по технике безопасности. Названия глав и параграфов имитируют рубрикации учебника, причем в школе для дураков. "Зачем вообще собирать?", "Как построить коллекцию: различные стратегии", "Что такое современное искусство?", "Как обращаться с произведениями искусства". При этом наставления подкреплены занимающими больше половины текста высказываниями галеристов, музейщиков, арт-дилеров, коллекционеров, художников, философов: авторы взяли более сотни интервью и пролистали не меньше профессиональной прессы и каталогов.

Собственно, эта своеобразная антология и является причиной рекомендовать эту книгу тем, перед кем не стоит проблемы "проверить, пройдет ли в дверной проем их приобретение" (что, например, советует начинающему коллекционеру директор одной из лондонских частных галерей) - за отсутствием приобретения. Еще более ценен заключительный "Словарь терминов", откорректированный научным редактором книги, лучшим российским арт-критиком Екатериной Деготь "соответственно потребностям, знаниям (и пробелах в знаниях) русскоязычного читателя".

Целью создать историю современного искусства авторы не задавались (потому в книге перфекционистского дизайна нет ни одной иллюстрации и почти нет названий работ художников), но так или иначе панорама актуальной арт-жизни выстраивается сама собой.

Ну и можно втихую потешаться над богатыми коллекционерами, с которыми создатели текста общаются словно с полными лохами. Но и те хороши. Не могу удержаться от еще одной цитаты. "Работу Мэри Франк "Женщина" (1975)... предполагалось поставить на основание с песком. Наши кошки решили, что лучшего лотка и не придумаешь, так что песок пришлось убрать" (Агнесс Гунд, коллекционер и попечитель, Нью-Йорк).

Наконец, это в самом деле успокаивающее чтение в период кризиса. Воспринимается как своего рода розовая утопия из другой жизни. Но если у вас есть друзья с дачей на Рублевке, они оценят ваш подарок.



Источник: "Культура" № 50, 25.12.2008-14.01.2009,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.10.2019
Книги

О двух друзьях и горе

Сюжет романа почти автобиографичен. Влюбленный в горы Коньетти сам ведет уединенный образ жизни и очень походит на главного героя своей книги — Пьетро. «Восемь гор» — это его посвящение другу.

Стенгазета
26.09.2019
Книги

Смерть превращается в память, память превращается…

Книга Смит сохраняет стиль и развивает тематику первой книги – это роман-коллаж. Если «Осень» была собрана из разрозненных кусков повествования, то в основе «Зимы» лежит одна линия — семейная. И читатель сразу замечает эту поэтичность, когда открывает первую страницу книги.