Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

10.10.2008 | Кино

Смотри не замутируй

Сюжеты большинства этих картин — ахинея. Так почему же одни из них нравятся, а другие нет?

Мы уже писали в связи с «Явлением» М. Найт Шьямалана, что у кинематографистов мира не осталось сомнений по поводу неизбежного конца света. Вопрос лишь в том, из-за кого или чего он наступит. The Mutant Chronicles откладывают Апокалипсис до 2707 г. И прогноз дают такой: в ходе мировой войны, которую будут вести между собой четыре поделившие планету корпорации, случайно откроется доступ к космической машине, которая превращает людей в кровожадных мутантов. Эту машину надежно закопали древние, подходы к ней охранял особый монашеский орден. Теперь этот орден набирает отряд, чтобы уничтожить машину изнутри, руководствуясь древним манускриптом и прокладывая себе путь освященными мечами, которыми только и можно убить мутанта.

Раздумываю вот над чем. Многие фильмы сложены, как из лего, из более ранних картин. Сколько уже было фильмов про тайный орден, про Избранного, про последний бой за человечество, про набор отряда добровольцев, которому переться в очередной Мордор, и т. д. Бывали и картины, в которых, как в «Хрониках мутантов», будущее выглядит отчасти как прошлое (по причине деградации общества или по какой-то другой). Родственник «Хроник» (кстати, по визуальному ряду вообще) — «Небесный капитан и мир будущего».

Сюжеты большинства этих картин — ахинея. Так почему же одни из них нравятся, а другие нет?

Ответ единственный: всегда заметно, когда ахинея сделана халтурно, а когда авторски и с удовольствием. «Хроники мутантов» — работа прямо-таки ручная. Удивительно показана война, похожая своими окопами, касками, шинелями и даже газовой атакой (со стороны корпорации «Баухаус», солдаты которой изъясняются по-немецки) на Первую мировую. Там пушки с гигантскими жерлами — как знаменитая немецкая (впрочем, из другого времени) «Дора». Удивителен воздушный корабль: у него есть топка, в нее подбрасывают уголь, корабль в полете весь трясется, но, оказывается, способен долететь до Марса.

Продуманы одежды: умышленно смешаны костюмы XII, XIX и различных периодов XX в. Шуточки тоже те, каких не встретишь в какой-нибудь мейнстримной «Мумии-3».

Диалог с будущим добровольцем: «Есть задача спасти человечество и спасти мир. – Д в ж… человечество, в ж… мир и в ж… лично вас!». Характеристика другой принятой в отряд: «Мать-одиночка. Убила уже шестьдесят одного человека. Такая молодая!..»

Из всего этого вырисовывается нелепая, но занятная смесь из киберпанка и Жюля Верна, «Безумного Макса» и «Кин-дза-дза», «Обители зла» и «Имени Розы», Дина Кунца и «Метрополиса», не говоря уже про X-Files.

Одна беда: стиль и детали в таких арт-жанровых фильмах настолько самодостаточны, что сюжет и развитие действия уже не нужны. Причем не нужны и режиссеру со сценаристом, ведь самое увлекательное (особый ретрофутуристический стиль) они уже продемонстрировали. Так нет же: сиди, смотри дурацкое мочилово, из которого состоит вся вторая половина, мучайся.

 

 

Малковича видел?

Угадать, претендует ли немейнстримная фантастика на то, чтобы считаться артом, можно и по составу актеров. В «Хрониках мутантов» снялись Томас Джейн, всегда играющий в хороших независимых триллерах, Джон Малкович, Рон Перлман и модная (в том числе как модель) американо-японка Девон Аоки.



Источник: Ведомости, №146 (2168), 07.08.2008,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.07.2019
Кино / Театр

Поезд дальнего исследования

Речь пойдет о фильме «Насквозь» Ольги Привольновой, выпускницы Школы документального кино и театра Марины Разбежкиной и Михаила Угарова. Почему “Насквозь” оказался ключевым фильмом для обозначения роли Школы в современном документальном кино и каковы возможности взаимодействия документалистики с литературой и театром.

Стенгазета
26.06.2019
Кино

Слон где-то рядом: от чего бегут герои современных фильмов.

Герои Ху Бо мечтают увидеть безмятежного слона, который находится в одном из зоопарков Маньчжурии, и этот слон становится для них символом иной реальности, в которую можно сбежать от жестокого и равнодушного мира. Куда (и как) еще бегут другие герои-беглецы?