Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

25.06.2008 | Общество

Традиции стародачной жизни-2

Николина гора

   

Вопросы: Екатерина Жирицкая

Портреты Н.А.Кравченко из статьи Л. Акимовой "Одна многоликая модель" ("Наше наследие", №69, 2004)

Продолжение. Начало тут.


- Любое место «с историей», обрастает мифами. Своя мифология, безусловно, есть и у Николиной горы. 

- На Николиной горе жили люди с яркими и драматическими судьбами, дававшие пищу для таких легенд. В части поселка, называемой Заречье, располагается дача выдающегося ученого, ноблевского лауреата академика Капицы. С 1921 года Петр Леонидович работал в Кембридже с физиком Э.Резерфордом и в начале 1930-х периодически наезжал в Россию повидать родителей. В 1934 году Сталин запретил ему вернуться за границу. Тогда был создан Институт физических проблем, где Капица получил должность директора, а фактически стал пленником советского режима.

В послевоенные годы П.Л.Капица, несмотря на огромные заслуги перед советской властью, за ссору с Берией был сослан Сталиным на дачу на Николину гору. Это, конечно, был достаточно мягкий вариант ссылки. Но жить на даче и нигде официально не работать Капица не мог и - нашлись люди, которые взяли на себя риск принять опального ученого  на работу. С 1950 г. Петр Леонидович числился сотрудником института кристаллографии, в котором тогда директором был А.В.Шубников, а позднее -  мой отец Б.К.Вайнштейн. Даже на даче Капица не прекращал исследований. Он оборудовал лабораторию, которой присвоил ироническое название «Изба физических проблем» - в несколько перестроенном виде эта изба существует до сих пор. На участке Капицы сохранился еще один раритет – лодка «Гелий», которую строили несколько поколений семьи Капицы.

Более драматичная история связана с дачей Серебряковых. Этот участок находился на высоком берегу, откуда открывался чудный вид на реку.

Частым гостем Серебрякова был прокурор Вышинский. Попивая с хозяином чай на веранде, он нахваливал пейзаж. Вскоре Серебряков был репрессирован, а Вышинский, срочно принятый в члены кооператива, стал законным хозяином этой дачи.

В годы перестройки эта история всплыла, потомки Серебрякова подали в суд, и – уникальный случай – им вернули дачу. Сейчас она принадлежит наследникам первых владельцев – семьям Гордона и Серебряковых.

Живая легенда Николиной горы – художница Наталья Алексеевна Кравченко, хранительница местных традиций. В молодости она была изумительной красавицей,  ее портреты писали А.Фонвизин, А.И.Кравченко, С.Дудник, Д.Даран, Р.Барто, К.Рудаков, С.Герасимов, А.Мыльников, П.П.Соколов-Скаля.

Портретам Натальи Кравченко посвящена статья Лидии Акимовой «Одна многоликая модель» // Наше наследие, № 69, 2004. 

- Символическую ценность места повышают и его многолетние традиции.

На Николиной горе немало традиций именно в культурной жизни. Есть, к примеру, замечательная студия детского творчества – «Чудо-кисточка». Среди детских кружков на Николиной горе выделяется хореографическая студия, созданная почти восемьдесят лет назад. Можете представить, сколько поколений никологорцев там занималось? В мои школьные годы в студии преподавала бывшая балерина Большого театра Вера Николаевна Светинская. Я до сих пор помню ее изящные движения и мысленно слышу ее голос: «Третья позиция!». Отчетные концерты студии проходили - и проходят до сих пор - в старом деревянном клубе, центре культурной жизни поселка. Это огромная деревянная изба и выходящая на улицу сцена-веранда.

На этой сцене – еще одна традиция Николиной горы – дают открытые музыкальные концерты. Раньше они проводились как открытые репетиции знаменитых музыкантов - Прокофьева, Рихтера, Башмета, а сейчас прекрасные классические концерты организует флейтистка Татьяна Ларина, а рок-концерты – Александр Липницкий.

На никологорские концерты было не принято наряжаться. По залу порой пробегала собака, между рядов бродили  дети. Это было почти домашнее музицирование, поэтому прийти  на Рихтера можно было с собаками и детьми.

Вообще же ауру Николиной горы сформировало то, что здесь жили несколько поколений людей, которые придерживались своих традиций не только в сфере культуры.  Действовала никологорская солидарность: если кто-то голосовал на шоссе, останавливались и подвозили. Проходя по берегу, здоровались со всеми встречными. Я до сих пор на прогулке со всеми здороваюсь, даже если не знаю этих людей близко – здесь у каждого большой круг «шапочных» знакомств. Или вот найти время, чтобы сходить на реку просто посмотреть на красивый закат - тоже традиция.

- Образ жизни на даче задает и организация пространства. Как выглядел традиционный участок на Николиной горе – ведь в каком-то смысле это была и проекция интеллигентского отношения к миру как таковому?

- Классическая никологорская дача - это коричневые, потемневшие от времени деревянные дома с остроконечной многощипцовой крышей. Некоторые дачи носят отпечаток позднего модерна, потому что их строили архитекторы, еще заставшие эпоху начала ХХ века. У таких домов обычно имелась застекленная веранда на первом этаже и открытая терраса с балконами (мы их называли «краешками») - на втором. Как правило, на веранде и на участке протекала основная жизнь.

Дачный быт Николиной горы предполагал существование на открытом воздухе. Изначально в РАНИСе давали большие, в гектар, участки. Владельцы многих сохраняли полноценный лес с подлеском, папоротниками, ягодами и грибами. То есть на большом участке с нетронутым лесом стоял скромный дом. Эти дикие участки, заросшие иргой и бересклетом, были раздольем для детей. Там можно было устраивать тайники и штабы, можно было спрятаться в кустах, если не хочешь идти обедать.

На Николиной горе процветала  детская культура, но ее всеми силами поддерживали и взрослые – гоняли на велосипедах, катались на лодках, играли в бадминтон. Отчасти, конечно, это наследие дореволюционных традиций, когда на дачах люди чувствовали себя привольно – мужчины занимались спортом, а женщины отступали от строгого кодекса дамских туалетов и, скажем, не одевались по полной форме к обеду или ходили без корсетов, чего они не могли позволить себе в городе.

Новые интеллигентские дачи на Николиной горе сохраняют в своей эстетике этот вольный дух – вот, к примеру, дом флейтистки Татьяны Лариной: глядя на него, любой человек невольно начинает счастливо улыбаться: это радужный, переливающийся всеми цветами деревянный домик, одна стена которого целиком расписана детскими рисунками. Это антипод высокомерной новорусской архитектуры. Но самое главное - что это настоящий открытый дом, где всегда рады гостям, собираются талантливые люди и звучит музыка. Тогда понимаешь, что дача – это прежде всего атмосфера любви, юмора и непринужденного дружеского общения.   


Окончание тут



Источник: "Независимая газета", №5 (235), приложение "Антракт", 15.02.2008,








Рекомендованные материалы



МРП

Все крепнет ощущение, что многие, очень многие испытывают настоящую эйфорию по поводу того, что им вполне официально, на самом высоком уровне, разрешили появляться на публике без штанов и гулко издавать нижние звуки за праздничным столом.


Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.