Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

29.04.2008 | Колонка / Общество

Неразрешимые задачки

Как государству распределять деньги на культуру, непонятно

Министр культуры Александр Соколов на днях пожаловался, что «доля финансирования культуры из общего бюджета впервые упала до уровня ниже 1%». На съезде «Единой России» Борис Грызлов вдруг заявил, что «теряя культуру, мы теряем поколение, теряем безопасность государства, и вкладывание денег в культуру -- это по большому счету экономия в гигантских масштабах». В это время на инспирированном партией форуме "Стратегия-2020» проходило заседание секции "Современное искусство: новые времена, новые перспективы", где режиссер Кирилл Серебрянников собрал прогрессивные умы, чтобы поговорить о стратегических целях. Умы просили денег.

ВЦИОМ в начале апреля провел исследование и выяснил, что театр постоянно, то есть чаще, чем раз в месяц, посещают 2% россиян, причем это число заядлых театралов одинаково в любом городе, большом или малом.

Информация произвела на СМИ большое впечатление. Хотя это при самых приблизительных подсчетах составляет (145 млн поделить на сто умножить на два) -- почти три миллиона постоянных и преданных зрителей! При этом 11% россиян ходят в театр примерно раз в месяц (а в столицах их число возрастает до 21%), то есть 16 млн зрителей -- вот активная публика. Это если ВЦИОМ не ошибается, конечно. Всего же в России примерно 570 театров, из них 68 -- оперы и балета, 107 театров кукол, 100 -- ТЮЗов, детских и молодежных театров. По 28 тыс. активных зрителей на одну театральную единицу. Но мы ничего не знаем о том, довольны ли зрители, хватает ли им театров, не нужно ли других каких?

В США, которые мы считаем страной в театральном смысле отсталой, театров примерно полторы тысячи. То есть театров там в три раза больше, а населения -- всего в два. Но у них до недавнего времени все эти театры жили на средства от билетов, то есть их содержала публика, а, следовательно, они были востребованы ровно в той мере, в какой на них хватало зрителей.

У нас, как ни повышают столичные театры цены на билеты, все равно 70% расходов оплачивает муниципальный бюджет (на содержании федеральных властей только 28 театров, из них 18 -- в Москве). Так что не публика платит, не публика и заказывает, что там показывают. Смотри, что дают. Каждый день в 670 репертуарных театрах России играют спектакли. А сколько из них хороших? Вот то-то же.

У нас еще около 2 тыс. музеев. Опять же никто не обсуждает качество. Есть Эрмитаж, а есть краеведческий -- не буду называть где, но все мало-мальски ценное из него вывезли во время эвакуации в неизвестном направлении, и обратно не вернули.

Правда, там есть климатическая карта области и три чучела представителей местной фауны с желтыми стеклянными глазами. И фотографии передовиков за три послевоенных десятилетия. А денег в стране на перепись музейных фондов не хватает.

Еще у нас около семи тысяч усадеб, считающихся памятниками истории и культуры, причем только две трети из них полностью разрушены, а остальные еще ничего, можно реставрировать, только денег нет и взять негде. А вообще в одной только Бурятии выявлено и находится под охраной государства 1632 объекта культурного наследия, но у нас до сих пор нет общего реестра, поэтому никто не знает, сколько этих памятников по необъятной родине нуждается в средствах на реставрацию и эксплуатацию.

В общем, понятно, что культура -- это прорва ненасытная, и никаких бюджетов на нее не хватит. Как ни называй ее «стратегической безопасностью». На всех не напасешься. Армии дать надо? Милиции? Здравоохранению, наконец? Старикам и детям?

Но, допустим, какие-нибудь деньги -- ну чего бы не пофантазировать -- на культуру дадут. И что тогда?

Глава «Роскультуры» Михаил Швыдкой на упреки, что кино у нас снимают на государственные деньги, по сто фильмов в год, и где, мол, это кино, отвечал, что из ста плохих картин десять будут ничего себе, а две хорошие, и что это нормально, так всегда и работала эта малодоходная и рискованная отрасль.

Потому что нельзя давать деньги только талантливым, нет объективных критериев. Измерению не подлежит. Давать надо всем в надежде, что из этой груды хлама сами собой вырастут пара-тройка шедевров. Не управляемо.

Такой подход совершенно невозможен для государственных финансистов, они упорно требуют: получил деньги -- отчитайся, куда и на что потрачены. Лучше до того, как потратил. Ввели даже тендер -- народ со смеху покатывается: из трех проектов постановки «Гамлета» в театре города N должен выиграть тот, что будет более экономичным. То есть неизвестный режиссер, начинающий художник, одевающий актеров из подбора, ну и желательно, чтобы каждый актер играл по три роли? В театрах смеются, но липовых конкурентов на всякий случай готовят, чтобы формально соблюсти условия Минэкономразвития.

А если денег добавят, то ведь отчитываться придется еще более тщательно. И так -- по каждому гвоздю, по каждой тряпке -- отдельная статья. И потому все врут, и все знают, что врут, но как же иначе ставить спектакли, снимать кино?

Нельзя же дать безотчетно сколько-то денег и сказать -- вот вам, развивайтесь, а через год-два посмотрим, сколько сыграно премьер, сколько написано рецензий, сколько получено премий, сколько приглашений на фестивали, гастроли... Тогда может так случиться, что любимые театры разного уровня начальства окажутся в худшем положении, чем те, кого начальство не жалует. А потом, положа руку на сердце, вы вообще сами кому-то доверяете? То есть мы вот доверяем - одним, а вы -- вполне вероятно, совсем другим.

К тому же всегда есть такие критики, такая пресса, такие премии, которые отлично подтвердят качество там, где вы лично его никак не видите. Или, уже не о театре, как например, отличить один проект будущего фильма от другого? По идеологии пока еще нельзя -- задразнят. По именам не работает, мастера сегодня ничего не гарантируют.

Как государству распределять деньги на культуру, непонятно.

С другой стороны -- рыночные механизмы. Конечно, оно вроде и правильно, заложил квартиру, взял кредит, поставил спектакль и играй себе, пока зритель готов платить. А не готов -- сам виноват. Но почему-то и этот механизм не работает. Или работает, но как-то не так. Наверное, потому, что платежеспособная публика у нас -- дура, ей бы только "сиськи-пиписьки" да "хаханьки". Вот, например, умнейший человек, Михаил Жванецкий, недавно сказал, что как только в России снова станут востребованы инженеры и научные работники, в ней снова появится публика, которая сможет отличать хорошее от плохого. Но время технического прогресса закончилось, наступило торжество сферы обслуживания, и хотя в нашей стране с этим традиционно плохо, и нам никуда не деться.

Размножается офисный планктон, охотно читают и смотрят кино многочисленные охранники и продавцы, туристические агенты, педикюрши, специалисты по фэн-шуй, тренеры по фитнесу. Боюсь, организовать из них алчущую духовных высот и требовательную в художественном смысле публику довольно сложно.

А может быть, и вообще не реально. Отдельные духовно развитые особи есть и среди охранников, кто бы спорил, но все-таки в массовом порядке, Михал Михалыч, я бы не рассчитывала.

В сущности, дело представляется совсем безнадежным.

Критерии не работают, публика беспринципна, просвещенные меценаты отсутствуют как класс, дикая страсть к животному наслаждению портит нравы... Слава достается не тем, деньги, как правило,тоже. И нет никаких гарантий, что увеличение финансирования решит проблему, тем более что у нас -- так повелось -- деньги дают не на дело, а на -- лицо, то есть конкретному человеку, который по каким то причинам деньги дающим -- милее.



Источник: "Время новостей", № 69, 22.04.2008,








Рекомендованные материалы



Величина точки

И во всем разнообразном и сложном многоголосье звучали, конечно, и голоса, доносившиеся из кремлевской людской. «Полиция и в этот раз, — доверительно сообщил нам кто-то из этой медиа-дворни, — действовала предельно деликатно и точечно».


Прение живота со смертью

Мы оказались просто вне всякой реальности. Мы оказались в символическом мире, где живая реальность вовсе не служит универсальным критерием хотя бы приблизительной истинности того или иного утверждения или материальным обеспечением того или иного знака».