Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

06.02.2008 | Книги

Книга о перестройке

"Прощай, грусть" пианистки Полины Осетинской – рассказ о мучительстве, которое стояло за ее вундеркиндством

Когда мы открываем книжку «ангела перестройки», прославившейся в конце 80-х пианистки Полины Осетинской «Прощай, грусть» и читаем подробный – страшный – вызывающий абсолютное доверие рассказ о мучительстве, которое стояло за ее вундеркиндством, о «постоянном, разъедающем страхе», об унижениях, об отцовских «побоях, разврате и пьянстве», как она написала в заявлении в милицию, когда 13-летней девочкой не побоялась от отца убежать, - то мы, конечно, либо охаем – такого не может быть, либо говорим – а как же иначе, с вундеркиндами всегда так. И когда в декабре 1988 года в невзоровских «600 секундах» она рассказала правду об отношениях с отцом – то «все наперебой загалдели: во-о-от, мы давно подозревали, что там не все в порядке! Другие кричали: позор, Павлик Морозов, как ей не стыдно! Некоторые плевали мне в лицо на улице».

Конечно, дело не просто в подозрениях – на самом деле мы хотим, чтобы за чудо-виртуозом стояло какое-то мучительство; зловещий вид сидящего на трибуне в неизменных черных очках отца Марии Шараповой придает остроты ее обаянию (пусть бы в реальности у них были и самые идиллические отношения).

Демонический импресарио с кнутом входит в миф о вундеркинде, и в глубине души мы об этом помним, когда умиляемся карапузу за роялем или за шахматной доской, и оттого хлопаем еще сильнее. 

Тут, конечно, играет свою роль еще и особый стиль советского умиления – кажется, что за такими пассажами рецензентов: «Сказка, музыка, Москва – прекрасен мир, в котором живет девочка» или: «Была – Ратуша. И – рояль. А за роялем – девочка. Хрупкие пальцы касались клавиш. И – рождался Моцарт. Это было – невероятно. Это было – непостижимо. Это было» обязано скрываться что-то чудовищное.

Типичная сцена  – «отец стаскивал меня с кровати и бил ногами, крича: ты ничтожество! Это я тебя создал! Я гений, а ты никто! Без меня ты сдохнешь под забором, тварь! Бездарная амеба!». «Отец требовал непохожести любой ценой: ничто он так не ненавидел, как совковую уравниловку, подстригание всех под одну гребенку». Олег Осетинский о себе: «Я отказался от шаблонных казарменных методик обучения, принятых в СССР». Его теперешнее интервью: «Я музыкант от рождения и нуждаюсь в высказывании. Она была моими руками. Все, что Полина имеет удивительного, достигнуто моим каторжным трудом – и только моим». Теперешние письма: «Ты торгуешь кровью отца, его мужеством, его борьбой с совками за залы, поездки и оркестры, его огненностью!» Вера Горностаева о нем: «Он произвел на меня впечталение человека крайне раскованного, которому все позволено, для которого не существует моральных барьеров. В нем было что-то ницшеанское, этакий сверхчеловек».

Место злодея при вундеркинде было одной из немногих легальных ниш для позднесоветского инфернального активиста. Завладев чудо-ребенком, он получал уникальный для позднего СССР шанс успеха, славы и власти; ребенок оказывался слабым звеном в советском монолите.

И книжка Полины Осетинской – в первую очередь важная рассказом о чудовищных испытаниях несчастного и, к счастью, не сломавшегося ребенка – еще и дает нам редкую возможность увидеть яркий портрет этого типа - одного из ключевых для переходного периода.



Источник: "Коммерсантъ Weekend", № 3, 01.02.2008,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
27.05.2020
Книги

Бога в небе не видал

На первой странице “Первого человека на земле” дети смотрят на небо. Мальчика зовут Юра. Тот самый Юра, который совершил знаменитый виток вокруг Земли 12 апреля 1961 года. Из-за правовых проблем всем известная фамилия главного героя ни разу не упоминается. К тому же, со временем становится понятно - это история не совсем о том Юрии, которого знает каждый житель нашей планеты.

Стенгазета
15.05.2020
Книги

Без сна, любви и солнца

Под детективной интригой отчетливо проступает психологический роман о том, как люди пытаются переработать свое прошлое, — зацикливаясь на нём или отвергая. Именно эта тема превращает крепкий полицейский детектив в сложную психологическую драму о душевных травмах и отношениях дочерей и отцов.