Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

20.09.2005 | Колонка

Системная ошибка

У любой вертикали власти, хоть в Америке, хоть в России, есть врожденный порок: чиновники уходят от ответственности

То, что террористическая атака на Нью-Йорк и Вашингтон в 2001-м, захват и гибель сотен заложников в Беслане в 2004-м , а также нынешняя трагедия в Нью-Орлеане пришлись на первые дни сентября, – просто совпадение (поиск в данном случае закономерностей оставим астрологам). Но совпадение это подвигло отечественных журналистов на бесконечные сравнения и сопоставления. Как правило, в своих рассуждениях они не идут дальше того, что и в Беслане, и в Нью-Орлеане власть проявила вопиющую неэффективность и некомпетентность, которая, мол, изначально присуща власти в любом крупном государстве. В этом обнаруживается даже некоторое оправдание путинского режима: чего с наших-то спрашивать, когда у американцев такое вот творится. При этом пишущие упускают из виду то общее, что в самом деле объединяет трагедии в Беслане и Новом Орлеане. И Кремль, и Белый дом допустили одну и ту же ошибку – системную.

Путин, столкнувшись с кризисом государственной власти в начале десятилетия, увидел панацею в ускоренном формировании так называемой «вертикали власти». Все сколько-нибудь важные решения стали приниматься только и исключительно в Кремле. Окончательно эта система оформилась, когда буквально на следующий день после гибели заложников Путин потребовал упразднить губернаторские выборы.

Столкнувшись с террористической атакой в 2001-м, Джордж Буш не нашел ничего лучше как начать строить собственную вертикаль. Отменять выборы губернаторов он, конечно, не стал. Но решил создать суперсиловое ведомство министерство внутренней безопасности, – которое включило в себя около двух десятков ведомств, включая таможенную и иммиграционную службы, береговую охрану, секретную службу. Казалось, достаточно объединить всех в единый кулак – и удастся избежать параллелизма в действиях, появится возможность легко концентрировать силы, быстро маневрировать ими в момент кризиса. Теми же соображениями руководствовался и Путин.

Однако при внешней логичности у любой вертикали власти, хоть российской, хоть американской, есть несомненный врожденный порок. Оказавшись внутри построенной начальством многоэтажной конструкции, чиновники старательно уходят от ответственности: всегда есть возможность переложить ее на выше- или нижестоящих.

Именно поэтому до сих неизвестно, кто конкретно командовал оперативным штабом в Беслане, кто отдавал идиотские приказы, обернувшиеся смертью детей. По той же причине через пень-колоду идет спасательная операция в Новом Орлеане. Власти действуют как в замедленной съемке. Сначала медлят с посылкой национальной гвардии, потом – с направлением регулярных войск. Различные службы долго выясняют, кто именно должен отвечать за вывоз тел погибших. Выделенная гигантская помощь пострадавшим постоянно задерживается, не доходя до тех, кто в ней нуждается. Дело в том, что ФЕМА – американское агентство по чрезвычайным ситуациям, которое в 80-е годы, будучи самостоятельным ведомством, готовилось к действиям в условиях ядерной войны, – оказалось одним из многочисленных департаментов министерства внутренней безопасности. Его руководитель Майкл Браун просто не обладал необходимой властью и полномочиями. Точно так же у губернатора штата Луизиана Кэтлин Бланко не оказалось необходимых людских и материальных ресурсов, которые можно было бы немедленно направить для спасения терпящих бедствие. И это плата за умозрительную, не реализуемую в действительности возможность концентрировать ресурсы, якобы предоставляемую вертикалью власти.

Но Америка все-таки не Россия. Проявившего пассивность Брауна убрали мгновенно – Патрушев и Нургалиев командуют ФСБ и МВД по сей день. Но главное даже не это.

Можно не сомневаться: Штаты переболеют властной вертикалью как корью и получат надежную прививку от попыток впредь концентрировать всю власть в одном ведомстве. Российская же вертикаль готова просто развалиться. Вместе со страной.



Источник: Ежедневный Журнал, 13.09.2005,








Рекомендованные материалы



Приключе­ния значений

Многие важные слова, точнее их значения, подвергаются со временем значительным мутациям. Следить за этим процессом всегда интересно и поучительно, хотя иногда и тревожно. Необычайные приключения таких, например, слов, как «фашизм», а также «фашист, фашисты», так до конца и не осознанных, впечатляют особенно.


Системный сбой

У меня довольно много немецких друзей и знакомых. В основном это филологи-русисты. И в основном это примерно мои сверстники. Некоторых из них я спрашивал, почему они выбрали именно эту профессию. Почему именно русский язык и русская литература? И большинство из них отвечали почти одинаково: их отцы побывали на Восточном фронте.