Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

15.11.2007 | Книги

В Россию, к варварам

В новом романе Бегбедера русские крестьяне носят каракулевые шапки, а русские олигархи торгуют девичьими слезами

Француз Фредерик Бегбедер — автор бестселлеров «99 франков», «Windows in the World», «Романтический эгоист». За последние годы стал в России частым гостем. Бывал в Москве, в Петербурге, в Нижнем Новгороде, везде был тепло принят и выступал с триумфом. В ноябре Бегбедер вновь посетит Москву, чтобы представить свой последний роман «Идеаль». Книга вышла во Франции в прошлом году, внушительным тиражом в 160 тысяч экземпляров; несколько дней назад «Идеаль» поступил в московские магазины и немедленно стал хитом. Видимо, не только потому, что Бегбедер — модный автор. Но и потому что книга посвящена России. Октав Паранго (известный читателю по «99 франкам») бросил рекламное дело и рыщет по заснеженным русским дорогам в поисках красивой девушки, лицо которой украсит продукцию косметического гиганта «Л'Идеаль».

Французы писали о России много, поскольку и путешествовали, и жили в галломанской Российской империи подолгу. Шарля Массона, служившего при дворе Екатерины, изумляло равнодушие русских к вшам. Желчного маркиза де Кюстина поразило торжество тирании и страха в николаевской России, а поэта Теофиля Готье — мохнатые русские шубы. Романист Александр Дюма путешествовал по России так много, что ему приписали даже выражение «развесистая клюква», под которой он якобы обедал у тамбовского губернатора. Но это не более чем анекдот — в письмах и сочинениях Дюма нет ничего подобного.

Роман Бегбедера «Идеаль» — те же путевые заметки. Но в отличие от многих своих предшественников Бегбедер стремится не к точности изображения, а к максимальному эффекту, воздействию на предельно широкую читательскую аудиторию. А потому и оперирует архетипами иностранного восприятия России — дороги, женщины, «вельможи», народ, — делая это с неизменным, но осторожным юмором, будто и сам до конца не понимает, какова доля истины в его шутках. И вот она — современная Россия по Бегбедеру.


Русские коммуникации

Россия — огромное заснеженное пространство, «равное тридцати Франциям», которое населяют олигархи, красавицы и «крупная беднота» — по аналогии с крупной буржуазией. Здесь два мегаполиса: Москва и Санкт-Петербург, но даже между ними транспортное сообщение не на высоте. Другие города существуют, но до них добираться еще сложнее, герой Бегбедера так и не рискнул путешествовать на старом Ан, залатанном кусочками липкой ленты.

Цитата: «Ночью поезд часто останавливался — под колеса то и дело попадались медведи, волки и крестьяне в каракулевых шапках».


Русские женщины

Все они сплошь красавицы. Но к горящей избе или скачущему коню не подойдут и близко. Это девочки-нимфетки с голубыми глазами и светлыми волосами. Они ходят по клубам, нюхают кокс и встречаются с поклонниками. Могут вспомнить кое-что из Бодлера, причем на языке оригинала, легко ориентируются в Канте и Платоне. В своем блоге самая прекрасная из них, Лена Дойчева, описывает сексуальные приключения. Пользуясь поддержкой богатых спонсоров, она вовсе не прочь побыстрее смыться куда-нибудь в Европу.

Цитата: «Одна, я помню, сказала: «Я не тусуюсь с парнями, у которых price/earning ratio (price/earning — отношение цены акции к доходу по ней. — “Пятница”.) ниже восьмидесяти».


Русский олигарх

Человек, получивший несметные богатства во время приватизации и поддерживающий свое состояние каким-нибудь сомнительным бизнесом. Так, нефтяной магнат Сергей Орлов по прозвищу Идиот занимается производством токсичных ингредиентов для дорогой косметики. Идиот не так уж глуп — он распространяет порнографию и за большие деньги торгует натуральными девичьими слезами и материнским молоком. Свободное время проводит в алкогольно-наркотических оргиях. Компанию ему составляют девочки от 15 до 18, поскольку олигарх твердо уверен, что «женщина старше двадцати четырех — та еще рухлядь». Может заглянуть и в церковь, которую поддерживает финансово.

Цитата: «Как и всякому уважающему себя миллиардеру, Сергею нравилось окружать себя начинающими модельками и обдолбанными джетсеттерами, он тусовался не переводя дыхания, как будто ссылка в Сибирь уже назначена на завтрашнее утро…»


Русский батюшка

Настоящий священник по Бегбедеру — рангом не ниже настоятеля храма Христа Спасителя и свободно изъясняется по-французски. Об исповеди с ним можно договориться по старой дружбе, а затем использовать батюшку в качестве психотерапевта. Он внимательно выслушает полуеретические откровения, стерпит ернические обращения вроде «старец», «зампатриарха» или «поп». И даже не слишком разозлится на неуважительное сравнение Алексия II с Папой Римским.

Цитата: «Вряд ли я заслужу прощение вашего Господа, зато мой рассказ поможет мне не меньше психоанализа, а обойдется наверняка дешевле. При всем желании трудно найти диван роскошнее вашего огромного, перегруженного иконами храма».


Русский народ

Никак не преодолеет последствий коммунизма. Проходя по Лубянке, русский натягивает на уши шапку, чтобы не слышать воплей заключенных, доносящихся из пыточных камер. Три четверти века народ не имел других развлечений, кроме пьянства, доносов и секса. Поэтому русские особенно преуспели в этих трех занятиях. Кроме того, они краснорожи, обожают кафетерии из рыжего пластика, разваренную и пересоленную пищу и кошмарные виды алкоголя вроде табуретовки. Настоящий русский мужчина обязан посещать баню и ездить на «Ладе». Дети читать начинают рано, поскольку их родители чаще всего не могут купить игровую приставку.

Цитата: «Россия огромна, а жители ее бедны — единственное их развлечение состоит в чтении стихов, прогулках по березовым рощам и послеобеденном сне на берегах широких медленно текущих рек».

Путешествие Октава завершается печально, он мстит и Лене Дойчевой, и так долго слушавшему его батюшке, и всей этой сумрачной стране, словно бы так и не сумев ей простить, что она не показала ему ничего, кроме набора штампов.



Источник: "Ведомости. Пятница" № 43, 09.11.2007,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.10.2019
Книги

О двух друзьях и горе

Сюжет романа почти автобиографичен. Влюбленный в горы Коньетти сам ведет уединенный образ жизни и очень походит на главного героя своей книги — Пьетро. «Восемь гор» — это его посвящение другу.

Стенгазета
26.09.2019
Книги

Смерть превращается в память, память превращается…

Книга Смит сохраняет стиль и развивает тематику первой книги – это роман-коллаж. Если «Осень» была собрана из разрозненных кусков повествования, то в основе «Зимы» лежит одна линия — семейная. И читатель сразу замечает эту поэтичность, когда открывает первую страницу книги.