Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.11.2007 | Книги

Европа всех сортов

Перед нами генеалогия Европы современной – ее феноменов, инстититутов, надежд и страхов

Слово «европейский», начиная с Петра,  служило нам синонимом слов «цивилизованный», «современный», «какой надо», «к какому мы стремимся».  Сейчас это значение осталось только у слова «евроремонт». И понятно почему – мы решили, что европеизировать мы можем (или хотим) только собственные квартиры, а все остальное европеизации не поддается или в ней не нуждается.

Но за 200 лет мы настолько привыкли к тому, что Европа - образец и идеал, а не просто часть света, что, лишив ее образцовости, вообще перестали понимать, что она такое и какое она к нам имеем отношение.  Некоторую ясность в этот вопрос может внести серия «Становление Европы», которая начала выходить в издательстве «Александрия». Это русский вариант серии, издающейся совместно пятью европейскими издательствами – «Бек» (Мюнхен), «Бэзил Блэквелл» (Оксфорд), «Критика» (Барселона), «Латерца» (Рим) и «Сёй» (Париж). Уже вышли три книги – Жак Ле Гофф «Рождение Европы», Умберто Эко «Поиски совершенного языка в европейской культуре» и Франко Кардини «Европа и Ислам». В ближайшее время обещаны еще три – Массимо Монтанари «Голод и изобилие», А.Я. Гуревич «Индивид и социум на Средневековом Западе» и Массимо Ливи Баччи «Демографическая история Европы (1000-2000)».

Открывает серию книга выдающегося французского историка и составителя всей серии, Жака Ле Гоффа,  «Рождение Европы».  (Его книга «Цивилизация средневекового Запада», вышедшая по-русски в 1992 году, давно стала нашим главным вузовским учебником по истории средневековья и, несмотря на многочисленные переиздания, всегда в дефиците). Основная идея книги «Рождение Европы» – что «это время (IV – XV вв.) было ключевым для развития Европы и что из всех составляющих европейского наследия, которые имеют значение сегодня и будут не менее важны в будущем, средневековая составляющая – самая значимая».

Поэтому перед нами не столько история средневековой Европы, сколько генеалогия Европы современной – ее феноменов, институтов, надежд и страхов.

События и темы недавней истории во многом предопределяют отбор фактов и формулировок: «IV Латеранский собор (1215) повелел христианским правителям давать клятву бороться с ересью. Кроме того, он предписал евреям носить на одежде специальный знак – пришитый кружок. Как правило, он делался из красной материи. Так зарождалась будущая эпоха желтых звезд».

Книга написана очень сжато, в ней больше обобщений и выводов, чем примеров и анекдотов.  Почти каждая главка завершается резюме – вот так возникла «Европа университетов», «Европа гонений», «Европа налогов» и «Европа уклонения от налогов».

Все эти Европы, видимые и невидимые, материальные и ментальные, переплетаются и образуют единое целое.

Иногда они доступны взгляду туриста – например, Европа пивная и винная: в XI-XII веках в Европе «утверждаются два главных напитка: во-первых, вино, значение которого со времен Древнего Рима возросло, поскольку оно используется в христианской литургии, - из-за этого виноградарство распространяется за пределы своей естественной климатической зоны, вплоть до севера Франции и юга Англии; во-вторых, ячменное пиво, предок пива современного. Европа разделяется на винную и пивную так отчетливо, что в XIII веке францисканцы заговорят о разделении монастырей их ордена на винные и пивные. На крайнем западе континента утверждается еще и третья Европа, в которой царит сидр».

Некоторые Европы давно включены в наш обиход – например, «Европа хороших манер»: «не есть из одной тарелки, не плеваться, мыть руки перед едой и после нее – и еще целый ряд правил, родившихся в Средневековье и сохранившихся по сей день». Или же Европа «поцелуя в губы»: «в завершение рассказа о куртуазном универсуме верности и любви упомянем о славной судьбе, которая была уготована в Европе обычаю, пришедшему из Средневековья, а именно поцелую в губы. Сперва, и довольно долгое время, такими поцелуями обменивались между собой мужчины; еще недавно так поступали коммунистические лидеры стран Восточной Европы. Поцелуй в губы свидетельствовал о мирных намерениях и уважении; со временем он становится также знаком любви. В этом качестве ему было уготовано в Европе большое будущее». Но гораздо больше Европ, от нас далеких, – например, «Европа милитантизма», то есть общественного активизма. Ле Гофф возводит это явление к воинствующим монашеским орденам времен крестовых походов – тамплиерам, госпитальерам, тевтонцам.

Благодаря книге Ле Гоффа за каждым, даже самым абстрактным, элементом сегодняшней европейскости встает живая фигура монаха или рыцаря, короля или крестьянина. А с людьми устанавливать и выяснять отношения  намного проще, чем с идеями и стандартами.



Источник: «Коммерсантъ – Weekend», № 62, 02.11.2007,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
24.06.2019
Книги

Две стороны одной морали

Пелевин промахивается с трендами. Герои выглядят неактуально, олигархов средней руки забыли несколько расследований Навального назад. Не удалась и пародия на стартапы — по сути, в романе нет никакой технологичности, да и Сколково уже несколько лет не ассоциируется с передовыми разработками. Феминизм даёт больше поводов для тонкой иронии, чем простодушное высмеивание волосатых подмышек.

Стенгазета
29.05.2019
Книги

Человек против мира

Как и в предыдущем романе «Зулейха открывает глаза», за который Яхина получила премии «Большая книга» и «Ясная поляна», писательница снова выбрала главным героем представителя малого этноса — татарскую крестьянку сменил немецкий колонист.