Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

26.09.2007 | Театр

Не радует

В Ленкоме сыграли гоголевскую «Женитьбу»

«Женитьбу» в постановке Марка Захарова показали на 80-летие Ленкома – в театре был большой съезд гостей, и критики уже подробно описали и слова главного режиссера о том, что он давно хотел собрать на сцене всех «народных», и то, как начальство в казенных приветствиях путало фамилии артистов. Юбилеи созданы для того, чтобы их так описывали: речи, туалеты, меню приема и лишь в конце два слова о развлекательной части – представлении.

Но потом начались хоть и премьерные, но рядовые спектакли, и пусть зрители, добывшие билет на постановку с небывалым букетом звезд все так же восторженно аплодировали каждому их выходу, со сцены дохнуло чем-то совсем не юбилейным.

Вроде бы все, как всегда: ученик Шейнциса Алексей Кондратьев придумал декорацию, где все вертится и движется – раздвигаются дощатые стенки, из пола выныривают, будто из преисподней, кушетка и буфет, и сам буфет, словно лифт, ездит вверх-вниз, а кусок стены вращается как мельничные лопасти. Метафоризм тоже соблюден: музыканты выходят на сцену в гоголевских париках, крылатках и в узнаваемых носатых полумасках - семь Гоголей в одном спектакле и музыка гремит. Любимые артисты являются в изумительных гоголевских ролях, где каждый имеет свое немаленькое соло: сваха – Инна Чурикова – в юбках ярусами юлой носится по сцене, Анучкин – Александр Збруев – расчесан на прямой пробор, морщит нос и заикается. Жевакин – Олег Янковский – всклокочен, броваст, все время норовит всплакнуть, и завершает роль неожиданным скорбным монологом, почти цитирующим гоголевскую «Шинель». Леонид Броневой – Яичница - все так же иронически невозмутим в свои почти 80 лет, как 30 лет назад в спектакле Эфроса. Подколесин – Виктор Раков – косноязычен, все время озабочен плохо сщитыми панталонами и по обстоятельствам выглядит то придурком, то кавалером хоть куда. Агафья Тихоновна – Александра Захарова – имеет длинную косу, страдает и беспрестанно говорит «Ух ты!». В роли Кочкарева заболевшего Абдулова заменяет Сергей Чонишвили – он так же энергичен, является из шкафа, будто черт в инфернальных всполохах света и носит черный костюм с котелком. А в финале является, как раненый партизан на костылях с перевязанной головой, – мимоходом выясняется, что его отделали уставшие ждать свадебные гости.

Как и в прежних спектаклях Ленкома, классические реплики тут беспрестанно чередуются с отсебятиной, по большей части на скабрезные темы, и даже когда актеры держатся в рамках гоголевского текста, они не уходят от выбранной темы («подсядет бабеночка… и ручкой тебя», - соблазняет Кочкарев, хватая Подколесина за причинное место). В общем, все как прежде.  Но не радует.

В Ленкоме сейчас явно чувствуется атмосфера беды. И дело не в том, что новый спектакль вышел клочковатым, бессвязным и не слишком осмысленным, а хорошие артисты комикуют кто во что горазд, не зная, к чему себя приложить, и веет от них не весельем, а усталостью.  Почему-то именно сейчас, на премьере спектакля, собравшего звезд Ленкома, невозможно избавиться от ощущения: «неблагополучно в этом доме». Посреди фойе стоит маленькая выставка «Юноны и Авось» с костюмами, эскизами и портретами молодых счастливых Олега Шейнциса, Николая Караченцова, Александра Абдулова. По стенам рядом со старыми фотографиями с Леоновым из «Иванова» и «Поминальной молитвы» повесили галерею с летних гастролей, на которых Абдулов успел сыграть Кочкарева. Капельдинеры продают глянцевые журналы в фонд поддержки Караченцова. Нет, и не в этом тоже дело. А, пожалуй, во всем вместе. Отчего гоголевская комедия вопреки всем театральным усилиям имеет вид отчаянный и слезный. Как инфаркт, перенесенный на ногах.



Источник: "Время новостей", №174, 25.09.2007 ,








Рекомендованные материалы


02.08.2019
Театр

Семь из двадцати двух

Чеховский фестиваль – один из самых длинных у нас, нечего и надеяться увидеть все. Так что сначала составляешь список самого желанного, а потом высчитываешь, на что попасть действительно удастся. У меня получилось семь спектаклей.

22.07.2019
Театр

Победа над хаосом

На представлении степного цирка «Байконур» из Казахстана, который театр «ARTиШОК» сочинил вместе с инженерным театром AXE, дождь лил с самого начала. Помост выстроили на площади Промышленности прямо рядом с ракетой, что очень подходило космической клоунаде, которую мы увидели.