Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.07.2007 | Колонка / Общество

Исключительные обстоятельства

России самое время выходить из ДОВСЕ

После благополучного завершения российско-американского саммита и олимпийского триумфа в Гватемале, некоторые аналитики предположили, что стремительное ухудшение отношений Москвы и Запада хотя бы замедлится. И, как водится, ошиблись. Владимир Путин, который с недавнего времени совмещает в себе функции плохого и хорошего полицейского, сделал очередной ход. Сославшись на некоторые «исключительные обстоятельства, влияющие на безопасность Российской Федерации», президент подписал указ о приостановлении участия в Договоре об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ).

Таким образом, Путин выполнил свою, прозвучавшую в Послании Федеральному собранию, угрозу. Если учесть, что ДОВСЕ не включает в себя механизма «приостановления» действия договора, можно предположить, что Россия начала процедуру выхода из него.

Напомню, что главная идея договора – в том, чтобы установить для стран-участниц такие уровни вооружений, которые никому не позволяли бы сконцентрировать необходимое для широкомасштабной наступательной операции (то есть агрессии) количество военной техники. Первоначально ДОВСЕ устанавливал ограничения на блоковом уровне – для НАТО и стран Варшавского договора. Однако уже через несколько месяцев после его подписания в 1990 году развалился сначала Варшавский договор, а затем и Советский Союз. Потребовалось адаптировать ДОВСЕ к новым реалиям. Адаптированный вариант ДОВСЕ, который вводил ограничения не на блоковом уровне, а для каждого отдельного государства, был одобрен в 1999 году. Но в силу он не вступил, так как страны НАТО его не ратифицировали. Они требуют выполнения обязательства России вывести войска из Приднестровья и Грузии. Эти обязательства в одном случае зафиксированы в самом Соглашении об адаптации ДОВСЕ, в другом – в приложениях к нему.

И вот, если принимать заявления об «исключительных обстоятельствах» всерьез, то можно представить, что в нарушение Договора вражеские танковые и авиационные армады концентрируются на рубежах Отчизны. И для того, чтобы защитить страну, Кремлю ничего не остается, как отказаться от ограничений ДОВСЕ.

На самом деле никакого ухудшения обстановки в сравнении с прошлым или позапрошлым годом не происходит. Москва усматривает в нежелании стран НАТО ратифицировать адаптированный договор попытку получить военные преимущества. Собственно говоря, до недавнего времени это обстоятельство и выступало главным предлогом для выражения российского недовольства. Однако согласимся, что эту ситуацию, которая существует уже несколько лет, вряд ли можно интерпретировать как «чрезвычайную». Впрочем, справка, сопровождающая путинский указ, приводит и другие обстоятельства, столь же «чрезвычайные». Например, «уклонение Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, Словакии и Чехии от оформления изменений в составе групп государств — участников ДОВСЕ в связи с присоединением указанных стран к НАТО» и «превышение государствами – участниками ДОВСЕ, присоединившимися к НАТО, «групповых» ограничений ДОВСЕ в результате расширения альянса», а также «невыполнение Венгрией, Польшей, Словакией и Чехией принятых в г. Стамбуле обязательств по корректировке территориальных предельных уровней». Нетрудно заметить, что в одних случаях Москва апеллирует к ДОВСЕ в варианте 1990 года (где есть групповые лимиты), а в других к приложениям к адаптированному ДОВСЕ (самое забавное, что при этом она умудряется отрицать собственные обязательства, оформленные такими же приложениями). 

Россия также считает дестабилизирующим и нарушающим ДОВСЕ намерение Вашингтона разместить войска на базах в Болгарии и Румынии.

При этом Кремль предпочитает умалчивать, что речь идет о 2-3 тысячах военнослужащих, которые не будут развернуты постоянно, а будут пребывать там временно по несколько месяцев в году. Не любят вспоминать и о том, что в последние годы американцы выводят свои войска из Европы, цель — вывести из региона более 40 тысяч военнослужащих, сократив общую численность со 110 до менее чем 70 тысяч. При этом из Германии выводятся 1-я механизированная и 1-я пехотная дивизии – некогда ударный кулак американской группировки в Европе. Если бы Вашингтон планировал добиться решительного военного перевеса над Россией, вряд ли он выводил бы эти войска из Европы.

Да и адресованные к НАТО требования устранить превосходство, которое Североатлантический альянс якобы получил в результате двух волн расширения, выглядят не слишком серьезными. Натовские «новички» проводят кардинальные военные реформы, предусматривающие радикальные сокращения как численности вооруженных сил, так и количества военной техники. Они намерены как можно быстрее избавиться от того, что Москва рассматривает как потенциал превосходства. Как это ни парадоксально, сотни танков Т-55, доставшиеся Румынии, Болгарии, Венгрии, другим странам в наследство от эпохи Варшавского договора не усиливают НАТО, а ослабляют ее. До тех пор, пока этот металлолом находится на вооружении — а утилизировать его и перевооружить армию в одночасье невозможно, — национальные армии не могут соответствовать натовским стандартам и считаются небоеготовыми.

Наконец, самое любопытное. Страны НАТО имеют гораздо меньше вооружений, чем это разрешено тем самым адаптированным ДОВСЕ, выполнение которого требует Россия.

Но допустим невозможное, а именно: Путин всерьез верит, что за последние пять лет (после того, как состоялась вторая волна натовского расширения) вокруг России сложились «чрезвычайные обстоятельства», которые несут угрозу ее безопасности. В таком случае совершенно непонятно, почему Россия последовала примеру натовских партнеров и даже не пытается выбрать все положенные ей лимиты. У нее на полторы тысячи танков, две тысячи бронемашин, полторы тысячи самолетов и 400 вертолетов меньше, чем разрешено. Самое забавное, что Москва и не планирует выбрать свои лимиты. В свое время, выступая в Думе, Сергей Иванов поведал, что до 2015 года Вооруженные силы оснастят «новыми и модернизированными образцами одну эскадрилью дальней авиации; по 6 авиационных и вертолетных эскадрилий; 7 танковых и 13 мотострелковых батальонов». То есть и через восемь лет Россия не собирается выбирать лимиты. Так есть угроза или нет? И какой смысл в демаршах вроде приостановки выполнения ДОВСЕ?

Как видим, в нарастающую военную угрозу не верят даже те, кто кричит о ней. Но Кремль предпочитает облекать свое недовольство Западом в рассуждения о его намерении достичь военного превосходства.

Что же такого чрезвычайного случилось в последнее время, что заставило Путина вспомнить о своих угрозах? Ну конечно, Лондон продемонстрировал, что не намерен мириться с отказом Москвы выдать предполагаемого отравителя Андрея Лугового, и заговорил об ответных мерах. Не желают эти надутые британцы во имя хороших отношений с Москвой спускать на тормозах радиоактивное заражение своей столицы. А все потому, что не желают возрождения России. Стало быть, готовят агрессию. Так что России самое время выходить из ДОВСЕ.  



Источник: "Ежедневный Журнал", 16.07.2007,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.