Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

10.07.2007 | Архив "Итогов" / Искусство

Дважды украденное искусство

Зловещее для любого музейщика слово "реституция" все громче звучит в настороженной тишине музейных залов Европы и США

В респектабельном музейном мире паника. Рушатся незыблемые традиции, надежнейшие договора и гарантийные обязательства превращаются в клочки бумаги, директора престижных музеев отбиваются от репортеров и адвокатов.

Долгое время о реституции говоришь только в связи с бесконечным российско-германским спором о произведениях искусства, вывезенных в СССР сталинскими трофейными бригадами или похищенных нацистами. Теперь ситуация резко изменилась. "Культурные ценности, перемещенные во время Второй мировой войны", стали всемирной проблемой.

 

"Дорога к храму" через банк

О том, что в музеях мира находятся тысячи произведений с "темным" военным прошлым, было известно всегда. Но музеи давным-давно научились ставить на место тех, кто предъявлял претензии на картины или скульптуры, осевшие у них после войны. Правила срока давности, бесконечные требования все новых и новых подтверждений прав собственности, ссылки на многочисленные законы и предписания отбивали у охотников за наследством желание тратить деньги, время и силы на бесплодную борьбу.

Кроме того, срабатывал культурный стереотип восприятия музеев как "храмов искусства", сформировавшийся еще в XIX веке. Каждый, даже обоснованно посягающий на "всеобщее достояние", заведомо оказывался в неловком положении.

Вроде как требовал для себя то, что принадлежит всему человечеству. Даже если возврата своих военных потерь добивались не частные лица, а государства, музеи тоже особенно не спешили. Главный аргумент был такой: если раздать все "по месту прописки", то и музеев не останется.

Но вот грянул скандал с золотом погибших евреев, хранившемся в швейцарских банках. Прозорливые наблюдатели уже тогда поняли, что если перед требованием справедливости по отношению к жертвам Холокоста не устоял авторитет банка - святая святых современной цивилизации, то уж "храму искусств" - музею - не устоять и подавно.


Утраченные музеи

Первыми под огонь критики попали французские музеи. В 1996 году американский  журналист Гектор Фелициано выпустил книгу "Утраченный музей". В ней он рассказал о том, что после войны Франция получила от союзников 61 000 произведений искусства, захваченных нацистами у евреев и других "врагов рейха" на ее территории. Эти произведения должны были быть возвращены законным владельцам. Но отдано было только 43 000. На остальные, как утверждали французские власти, не нашлось претендентов.

Часть из них была продана, а оставшиеся 2000 разошлись по французским музеям, где они числились как фонды специально созданной организации под названием "Национальный музей возвращения" (MNR).

Французы на книгу отреагировали мгновенно: в апреле 1997 года в Лувре и других крупнейших музеях страны открылись выставки картин из "утраченного музея", а их список был помещен в Интернет. Владельцы не заставили себя ждать. В июле 1997 года было возвращено первое произведение из списка MNR - кубистический пейзаж Альберта Глеза, который нацисты захватили в 1940 году вместе со 1200 картинами знаменитого коллекционера Альфонса Канна. Сам Канн, одноклассник и друг Марселя Пруста, успел уехать в Англию, но его имущество, как и имущество других евреев, было конфисковано. Внучатый племянник Канна Френсис Уорин сумел доказать свои права на картину и получил ее обратно.

Дальше - больше. Настырный племянник потребовал одну из лучших картин в экспозиции Центра Помпиду - "Гитариста" Жоржа Брака, конфискованного у Канна. Шедевр Брака поменял многих хозяев, пока в 1981 году не был куплен Центром Помпиду за 9 миллионов франков. Музей утверждает, что ничего не знал о прошлом картины.

Вслед за Францией выяснилось,что и Голландия имеет свой "утраченный музей". 3709 картин, возвращенных в страну после войны, оказались в музеях - ведь большая часть владельцев погибла в немецких концлагерях. Среди них такие шедевры, как "Маковое поле" Ван Гога из Гемеентемузеума в Гааге (страховая стоимость - 35 миллионов долларов), "Натюрморт с павлинами" Рембрандта из Рийксмузеума в Амстердаме и многие другие. Голландцы уверяют, что эти произведения находятся в музеях на временном хранении и будут немедленно возвращены тем, кто докажет свои права собственности.


Пожар за океаном

Реституционные страсти разгорелись и в США. Первой ласточкой было дело Гутмана. В 1996 году наследники этого амстердамского банкира, погибшего в концлагере Терезиенштадт, потребовали у миллионера и филантропа Дэниэла Серла из Чикаго вернуть пастель Дега из их фамильной коллекции, конфискованной нацистами. Серл уперся и заявил, что он ничего не знал о прошлом пастели и честно заплатил за нее 850 тысяч долларов. Наследники обратились в суд.

В прессе начали появляться тревожные сообщения о том, что немалая часть добычи нацистов через темных дельцов перекочевала в США.

В ходе скандала со швейцарским золотом из документов ФБР стало ясно, что американские антикварные фирмы вывозили через Швейцарию, Буэнос-Айрес и Гавану в Нью-Йорк художественные ценности, конфискованные нацистами в оккупированной Европе. Например, в 1941 году антикварный дом Парке-Бернет увеличил свою прибыль на пятьдесят процентов. Другой антиквар вывез из Франции картину Ван Гога "Человек у моря" и продал ее звезде Голливуда Эрролу Флинну. Более того, оказалось, что многие из произведений с "нацистским прошлым" висят на стенах прославленных американских музеев.

Бывший владелец галерей в Мюнхене и Берлине Джастин Таннхаузер, эмигрировавший в Америку в 30-е годы, поддерживал тесные связи с немецкими и французскими антикварами, которые перепродавали конфискованные нацистами коллекции. Большая часть собрания Таннхаузера с 1965 года находится в Музее Гуггенхейма в Нью-Йорке.

В художественном музее Сиэтла нашлась картина Анри Матисса "Одалиска" из собрания знаменитого парижского антиквара Пауля Розенберга. Она была конфискована нацистами из банка в Бордо, куда Розенберг перед бегством из Франции спрятал 160 своих лучших картин.

"Одалиской" завладел Герман Геринг. Рейхсмаршал использовал "дегенеративное искусство" (как в Третьем рейхе окрестили все "измы" в искусстве ХХ века) в качестве обменного фонда для пополнения своей суперколлекции картин старых мастеров. За Ван Гога и двух Матиссов, включая "Одалиску", он получил от антиквара Рохлитца картину школы Фонтенбло XVI века. После войны через антикварный дом Кнодлер и Ко "Одалиска" попала в коллекцию миллионера из Сиэтла Претиса Броделя, а тот подарил ее родному городу.

В связи с этими неприятными фактами в США одна за другой начали появляться научно-исследовательские организации, занятые сбором информации о коллекциях жертв Холокоста.

В августе 1997 года Национальный еврейский музей в Вашингтоне приступил к созданию компьютерной базы данных о пропавших произведениях. Затем Всемирный еврейский конгресс образовал комиссию по возврату произведений искусства, а внучка бывшего владельца "Одалиски" Элизабет Розенберг-Кларк создала исследовательский центр по сбору документации о потерях в годы войны.

Не остались в стороне и американские власти. В ноябре 1997 года Сенат США принял закон о возмещении ущерба жертвам Холокоста. Организациям, занятым поиском их имущества, выделили 25 миллионов долларов. Казалось, что реституционная лихорадка вошла в бюрократические берега и общественное мнение успокоится. Однако события в Нью-Йорке опровергли эти расчеты.

 

Бей чужих, чтоб свои боялись

В начале января 1998 года окружной прокурор Манхэттена Роберт Моргентау наложил арест на две картины художника-экспрессиониста Эгона Шиле, прибывшие из Австрии на его выставку в Музее современного искусства (МОМА). Прокурор заявил, что возбуждено уголовное дело, в котором картины Шиле являются вещественными доказательствами. Оказывается, американские родственники венских евреев - бывших владельцев картин, потребовали, чтобы Моргентау защитил их права.

Австрийцы немедленно заявили протест: ведь перед началом выставки МОМА дал им все необходимые гарантии возврата картин. Впервые за последние 30 лет были нарушены международные правила выставочного обмена.

И сделал это представитель американского правосудия! Музейный мир был потрясен - под угрозой оказалась вся система международных культурных связей.

Вскоре выяснилось, что одна из картин Шиле - "Мертвый город III" - скорее всего попала в "черный список" по ошибке. Она действительно была конфискована нацистами у венского комика Фрица Грюнбаума, погибшего в концлагере Дахау. Однако после войны "Мертвый город III" был возвращен вдове его брата, а затем куплен Фондом Леопольда. Американские родственники Грюнбаума, обратившиеся к прокурору Моргентау, ничего не знали о возвращении картины австрийской ветви своей семьи. Зато история второй картины вызвала взрыв негодования. "Портрет Валли" был конфискован в 1938 году у галеристки Леа Бонди Джерей. В 1945 году союзники нашли эту работу Шиле в нацистком тайнике и передали австрийским властям с тем, чтобы те возвратили портрет владельцам. Но вместо этого картина оказалась в Фонде Леопольда в Вене.

Несмотря на то что МОМА поддержал протест австрийцев, дело передано в Верховный суд Нью-Йорка. Смятение, воцарившееся в музейной среде после решительных действий махэттенского прокурора, получило название "шок Шиле".

Ассоциация музейных директоров США немедленно учредила комиссию по проверке собственных коллекций. Американские музейщики хотят знать, какие "скелеты" они хранят в своих шкафах. И на то есть серьезные основания. Юристы - "охотники за сокровищами" - выискивают по всему миру наследников жертв Холокоста. Процессы против американских музеев, в которых теперь хранятся произведения, конфискованные нацистами, могут принести адвокатам многомиллионные прибыли.

Грабеж в законе

Однако основные последствия "шока Шиле" испытала Австрия. Венский журнал "Стандарт" писал: "Произведения искусства были сначала украдены нацистами, а затем второй раз австрийскими властями". Эти обвинения тем обиднее, что Австрия считалась страной "идеальной реституции".

Еще в 1996 году австрийцы устроили благотворительный аукцион картин, возвращенных союзниками и не нашедших своих хозяев. 14,5 миллиона долларов поступили в фонд жертв Холокоста. Однако после нью-йоркского скандала стало ясно, что часть наиболее ценных картин еще в 40-е годы была передана  крупнейшим государственным собраниям.

Австрийская бюрократия разработала целую систему  присвоения собственности жертв Холокоста, используя "законные" методы. Уцелевшие евреи не желали оставаться в стране, где пережили ужасы геноцида, и хотели увезти с собой возвращенные союзниками коллекции.

Однако закон 1918 года запрещает вывоз из Австрии "национального достояния". Поэтому желающим уехать из страны власти делали предложение: отдать австрийским музеям лучшие произведения в обмен на разрешение вывезти остальное. Например, семья Ротшильдов была вынуждена "подарить" Музею изобразительных искусств в Вене 10 шедевров старых мастеров. Еще 12 картин Ротшильды оставили в музее Бельведер. Значительная часть их коллекций поступила в Музей прикладного искусства и собрание графики Альбертина.

Наследники промышленного магната Фердинанда Блох-Бауэра получили разрешение вывезти 18 картин. За это они оставили в Вене 22 полотна известных художников (в том числе 7 шедевров Густава Климта) и в придачу коллекцию ценнейшего фарфора.

Особенно оскорбительно для наследников жертв Холокоста было то, что произведения искусства оставались в тех самых музеях, куда их распределили нацисты после конфискации 1938 года.

Факты были столь убийственны, что в начале марта министр культуры Австрии Элизабет Герер пообещала вернуть ценности истинным владельцам. Она назначила комиссию по проверке происхождения всех музейных экспонатов. Министра поддержали директора крупнейших музеев. Новое поколение музейных работников не хочет иметь ничего общего со своими предшественниками, устроившими пятьдесят лет назад позорную торговлю с жертвами Холокоста. Если австрийцы вернут картины, будет создан прецедент, способный потрясти музейные традиции.


Опасные архивы

"Шок Шиле" отозвался и в Голландии. Дочь крупного антиквара Жака Гоудстиккера потребовала у голландского правительства вернуть ей "украденные у семьи в годы войны картины". Сам Гоудстиккер погиб во время бегства из страны в 1940 году. Его коллекция работ мастеров XVII века попала в руки немецкого дельца Алоиза Мидля, поставлявшего шедевры живописи Гитлеру и Герингу. В 1945 году американцы нашли картины и вернули в Голландию. Однако вдова Гоудстиккера не смогла получить их обратно. Голландское правительство предложило ей "компромисс" - коллекция в обмен на дома и виллу ее мужа, перепроданные в годы оккупации. Понимая, что тяжба с властями может длиться годами и ее исход неясен, вдова согласилась отдать часть, чтобы не потерять все.

Так 150 произведений Рембрандта, Хальса, Виварини и других художников оказались в музеях Голландии. Теперь дочь антиквара хочет восстановить справедливость.

Тем временем назревают новые разоблачения. В Амстердаме нашелся таинственно исчезнувший 25 лет назад архив банка Липпманн-Розенталь. До войны его владельцами были евреи, и сразу после оккупации некие ловкие дельцы-немцы предложили переписать банк на их имя с тем, чтобы он не был конфискован нацистами. За эту операцию владельцы банка и вкладчики должны были заплатить "спасителям". Многие расплачивались произведениями искусства. Архивы банка сохранили подробности сделки. Теперь эти ценности всплывают в государственных собраниях. Например, многие картины и гравюры находятся в Амстердамском архиве. Сейчас наследники начинают борьбу за их возвращение.

Еще одна громкая "архивная история" произошла в Англии. Год назад семья крупнейшего швейцарского антиквара 30-40-х годов Гарри Фишера передала в лондонский Музей Виктории и Альберта его архив.

Там обнаружились документы о продаже через Швейцарию около 10 000 произведений "дегенеративного искусства", конфискованных нацистами в Германии и оккупированной Европе. Среди них не только экспонаты, изъятые из немецких музеев, но и собственность евреев и других "врагов рейха". Картины импрессионистов, мастеров авангарда и экспрессионистов продавились за бесценок. Некий бельгийский банкир купил за гроши "Акробата и Арлекина" Пикассо. В 1988 году эта работа на аукционе Кристис была продана за 77 миллионов марок.

Эксперты обнаружили в архиве Фишера сведения о "нацистском прошлом" многих шедевров, украшающих музеи Англии. Среди них одна из лучших картин лондонской галереи Тейт - "Больной ребенок" Эдварда Мунка. "Список Фишера" еще изучается, но уже сейчас ясно, что многим британским собраниям грозят неприятности.


Дела российские

"Дважды украденное искусство" есть и в российских музеях. В ГМИИ имени Пушкина кроме известной "коллекции Кенигса", есть еще трофеи голландского происхождения. Это несколько произведений из коллекции амстердамского антиквара Гоудстиккера - того самого, чья дочь сейчас требует от правительства Голландии вернуть ей картины отца, некогда облюбованные Гитлером и Герингом. Кроме того, в Реставрационном центре имени Грабаря и Пушкинском музее хранятся произведения из собраний венгерских евреев, погибших в 1944 году. Среди них работы Коро, Мане и Дега из коллекции семьи Хатванн, а также картины Гойи и Эль Греко, принадлежавшие семье Герцог.

Наверняка в России есть и другие художественные ценности людей, пострадавших от нацистов. Сначала они были конфискованы нацистами, а затем попали в руки сталинских трофейных бригад.

Сейчас эти работы числятся среди той части трофеев, происхождение которых неизвестно. А таких произведений "без прошлого" только в коллекции Эрмитажа более 25 000 (среди них 547 картин).

К сожалению, из-за моратория Думы на "принятие любых решений, связанных с возвращением культурных ценностей, перемещенных в годы Великой Отечественной войны, до принятия закона по этому вопросу", специалисты не имеют возможности изучить их и выяснить имена владельцев.

Защитники жесткого варианта Закона о "перемещенных ценностях", одобренного Думой, говорят о нравственном преимуществе России в споре о реституции. Но нравственно ли присваивать "дважды украденное искусство"?

События последних месяцев показали, что музеи и правительства Европы и Америки панически боятся обвинений в том, что они вслед за нацистами завладели собственностью их жертв. Похоже, России этот страх пока неведом.

"Гитарист" Жоржа Брака, купленный в 1981 году Центром Помпиду за 9 миллионов франков, был конфискован нацистами у известного коллекционера Альфонса Канна



Источник: "Итоги", №14, 1998,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
25.09.2020
Книги

Кровь и мак

Ребекка Куанг пишет не просто страшно динамичную и мрачную историю — она замахивается на проблемы посерьезнее. Взяв за основу несколько исторических событий из прошлого Китая (Нанкинская резня), парочку магических сюжетов из комиксов («Люди Икс») и несколько клише из литературы («Волшебник Земноморья», «Гарри Поттер» и «Властелин колец»), писательница неожиданно создает сложный и самобытный роман

Стенгазета
18.09.2020
Книги

Искусство быть бестселлером

Последние книги Пелевина были попыткой проанализировать актуальные события в России и мире. В «Искусстве легких касаний» это тоже есть, но играет достаточно второстепенную роль. Роман состоит из трех историй: «Иакинф», «Искусство легких касаний» и «Бой после победы».