Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

12.02.2007 | Колонка

Почему Госдума — не парламент

Реальная жизнь иногда складывается покруче любого остросюжетного романа

Не мной замечено, что реальная жизнь иногда складывается покруче любого остросюжетного романа. Позавчера на «Эхе Москвы» вместе с известным военным экспертом генералом Эдуардом Воробьевым и депутатом Госдумы Геннадием Гудковым я обсуждал проблемы дедовщины в российской армии. В ходе дискуссии я задал вполне невинный вопрос, о том, почему бы Государственной думе не воспользоваться своим правом парламентского контроля над Вооруженными силами. Геннадий Гудков отреагировал чрезвычайно искренне и непосредственно: «Не могу не подколоть Александра. Вы всерьез уверены, Александр, что у нас есть в стране парламент, наделенный полномочиями, или прикалываетесь?» После этого откровения говорить о сколько-нибудь серьезном решении любой проблемы Вооруженных сил, уже не приходилось.

И надо же так случиться, что как раз на следующий день министр обороны Сергей Иванов докладывал парламенту о перевооружении Вооруженных сил, а заодно и об их нынешнем блестящем состоянии.

Дабы депутатам сразу было понятно, сколько хорошего сделал Сергей Борисович для армии, министр обороны сравнил нынешнее положение с тем, что было в 2001 году, когда Иванов возглавил военное ведомство. Тогда – для войны в Чечне нужно было напрягаться всем Вооруженным силам, сегодня – для проведения подобной операции достаточно сил одного военного округа. Тогда – все деньги расходовались исключительно для выживания Вооруженных сил, сегодня – новая военная техника поступает на вооружение армии, которая денно и нощно занимается боевой подготовкой. Даже непонятно, почему в такой замечательной армии еще случаются прискорбные случаи дедовщины, вроде истории с рядовым Андреем Сычевым. Но и это ничего, утверждает министр, ведь бывшему солдату будет назначена пенсия после «полной реабилитации». Честное слово, получается, что Сергей Борисович всерьез уверен в собственных сверхъестественных способностях. Мало того, что, благодаря этим способностям, цены на нефть выросли в пять раз, что позволило в три с половиной раза увеличить оборонный бюджет. Иванов еще обладает способностью обеспечить полную реабилитацию юноши, у которого ампутированы ноги и гениталии.

Депутаты вели себя точно, как статисты в заранее поставленном спектакле. Владимир Вольфович мерил разные каски.

Бывший губернатор Кондратенко спрашивал «опытного чекиста» Иванова не было ли иностранного заговора в развале армии в 90-е годы. Кто-то уже успел объявить министра кандидатом в президенты. На фоне этого парада юродивых Сергей Борисович выглядел на редкость разумным и вменяемым человеком.

Между тем, вполне содержательное выступление министра оставляло немало вопросов. Вот Иванов рассказывает о структуре и составе ядерной триады к 2015 году: «...поставить на боевое дежурство 34 шахтные пусковые установки и командных пункта, а также 66 грунтовых подвижных комплексов «Тополь-М» (на самом деле Иванов сказал, что таких комплексов будет больше 50, но официальная стенограмма предпочла уточнить);

– иметь в составе ВВС 50 стратегических ракетоносцев (Ту-160, Ту-95 МС);

– развернуть серийное строительство и планово вводить в состав флота ракетные подводные лодки стратегического назначения проекта 955/955А».

Если бы Госдума была парламентом, там наверняка нашелся бы хоть один человек, который поинтересовался бы у министра, а как, собственно говоря, обстоят дела с поддержанием паритета с США

(не то, чтобы я лично считал это необходимым. Просто поддержание паритета неоднократно называлось одной из важнейших государственных задач). Из представленных Ивановым данных со всей очевидностью следует: даже если устанавливать на «Тополь–М» по пять боеголовок, даже если удастся развернуть морскую ракету «Булава» (испытания которой три раза подряд заканчиваются неудачей), к 2015 году едва-едва удастся удержать уровень в 1700 боеголовок. Между тем, для сохранения паритета Россия должна иметь такое количество и к концу 2011 года. Если бы Кремль решил отказаться от поддержания ядерного равновесия с США, это было бы революционным шагом в нашей военной стратегии, который ставит под вопрос искренность всех разговоров о необходимости «дать адекватный, но ассиметричный» ответ на развертывание американской системы противоракетной обороны. Но ни один из депутатов не задал на сей счет вопросов.

Сергей Иванов рассказал и о реализации федеральной программы о частичном переводе Вооруженных сил на контракт. По его словам, уже сейчас контрактниками укомплектованы более 60 соединений и воинских частей. В них, по словам Иванова, на сегодняшний день проходят службу порядка 78 тысяч солдат и сержантов. К концу этого года контрактными, обещает министр, станут еще 20 воинских коллективов, а это еще 47 тысяч должностей солдат и сержантов.

И опять-таки среди думцев не нашлось ни одного человека, который задал бы очень простой вопрос: почему почти 40 процентов программы будет реализовано в ее последний год?

(О том, что начальник генштаба Юрий Балуевский фактически признал, что в 2006-ом эта программа была практически сорвана, депутатам знать необязательно). Ответ очевиден: в первые годы реализации программы Минобороны ее саботировало, а теперь пытается достичь указанный результат с помощью приписок и штурмовщины.

Таких естественных, напрашивающихся вопросов можно задать Иванову добрый десяток. Не было задано ни одного, хотя среди думцев немало сведущих в военном деле людей. Почему? Просто Дума – не парламент.



Источник: "Ежедневный Журнал", 08.02.2007,








Рекомендованные материалы



Клюшка над Рейхстагом

Так что это все политика, пацаны. Это наша, короче, история, братаны. Мы не дадим ее переписывать и не позволим никому ее это, как это, фальфирицировать. Это политика. А политика — это что? Правильно, война. Потому что нам нужны победы. А без войны и победы не бывает. Не ясно, что ли?


Обыкновенный путинизм

Ну чисто царь Николай Павлович, начертавший некогда, если верить апокрифу, на полях учебника географии: «Россия не есть держава земледельческая, промышленная или торговая, Россия есть держава военная и назначение ее — быть грозой остальному миру».