Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

04.11.2006 | Кино

Ускользающая простота

"Яркое и экспрессивное решение" мешает заметить пресловутую "мужественную простоту"

Растрепанный Валерка (Максим Ушаков) полюбил на свадьбе приятеля чужую жену Веру (Полина Агуреева) – за то, что она как-то «так» на него смотрела – пришел к ней объясняться, а та и не знала, что сказать. Потом собака Пират откусила палец дочери Веры, ее муж Павел (Михаил Окунев) застрелил Пирата и напился пьяный, девочку отвезли в район к врачу, а Вера переспала с Валеркой прямо на могиле пса. Потом Вера с Валеркой убежали, Павел спалил дом, убил корову и сел на берегу с двустволкой. Попутно Вера три раза очень живописно стояла на фоне какой-то фиолетовой стены, не менее живописно сидела в полной песка кровати, а Валерка гонял черных коз в подсвеченном чем-то зеленовато-неоновым хлеву. В финале любовники в белых одеждах лежали в лодке, полной красной воды, и тонули в воде речной, печально-зеленой.

В Венеции эта история роковой страсти получила приз студенческого жюри, с формулировкой «за мужественную простоту выразительных средств». То есть, молодые европейцы вняли-таки суровым речам «восточного дикаря», невзирая на кольца в его носу и зеркальца на шее.

Нам сложнее: столько бижутерии на соотечественнике – черные козы, фиалковые стены, лодочки – нас раздражает. Короче, все это «яркое и экспрессивное решение» (как резюмировало жюри «Кинотавра», наградив фильм спецдипломом) мешает заметить пресловутую «мужественную простоту». Хотя разглядеть ее стоит.

Ведь Вырыпаев, в целом, снял действительно неплохой фильм. Во-первых, на схематичный скелет сюжета он сумел нарастить мясо. Бесхитростный сценарий напоминал просто хождение интеллигентных студентов в деревню. В кино же от надсадного народничества мало что осталось, разве что тот самый первый эпизод - где непрофессиональный актер Ушаков с интонациями блатующего менеджера по продажам вопрошает «Ну, чё? Так и чё?», а актриса Агуреева мило отвечает «Не знаю».

Во-вторых, реальность «Эйфории» самостоятельна, не привязана к месту и времени, что в российских фильмах вообще редко бывает. Видно, что Вырыпаев обладает важным для кинорежиссера умением – убирать с экрана лишнее. Но оно почти нивелируется желанием «сделать красиво», которое заставляет автора, напротив, тащить в кадр всякие блестящие фиговины. Потому что степь, мужчины в спецовках и просто любовь – это как-то слишком просто, и не всякий зритель такую простоту поймет. А женщина в красном, живописно обсыпанная песком и сидящая на железной кровати – это очевидная Красота.

А уж двое в лодке – это Красота, которая что-то еще и символизирует, которую можно принять и вопреки голосу разума. К тому же, образ надежный и проверенный - Ким Ки Дуком, например.

Тут, конечно, вспоминаются слова, якобы произнесенные Никитой Сергеевичем Хрущевым в адрес Эрнста Неизвестного (своим квазиантичным пафосом они как раз соответствуют интонации «Эйфории»): «В этом человеке есть дьявол и ангел. Дьявола мы уничтожим, а ангелу - поможем». Но если бы мы могли что-то сделать с режиссером Вырыпаевым.



Источник: TimeOut, №39 2006,








Рекомендованные материалы


29.01.2020
Кино

Уступите место женщине

Как ловко Мари превращается из объекта исследования в исследователя, так ловко режиссер-дебютантка Лу Жене разворачивает, казалось бы, банальную историю о шаблонном любовном треугольнике в манифест эмансипации.

Стенгазета
21.12.2019
Кино

Восхитительная жестокость

В комнате заставленной жуткими куклами (будто родственниками Чакки) и заклеенной порнографическими постерами на грязной кровати с некогда белым бельем лежит труп женщины. Пригубив шнапса, безобразный герой приступает к разделке тела.