Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

10.09.2006 | Театр

Привычный детский

В Центре на Страстном сыграли премьеру спектакля «Муми-тролль и комета»

Прежде всего надо решить: вы уверены, что действительно хотите вести своего ребенка в театр? Я имею в виду не какое-нибудь там чудо искусства, а классический детский спектакль, где взрослые актеры изображают детей или зверюшек, пищат, прыгают, и от смущения, крутят носком ботинка, как Карлсон из мультфильма.

Если вам все-таки кажется, что вашему ребенку для социализации полезно сходить в настоящий театр, где много народу, есть звонки, буфет, а потом нужно долго и тихо сидеть в темноте, то премьера  «Муми-тролля и кометы» в постановке Константина Богомолова вам вполне подойдет.

Раньше утренники для детей обязаны были делать все «взрослые» театры, а теперь никто ничего не обязан, так что на приличные детские представления в Москве пойти, кроме двух специализированных театров почти некуда. В этом смысле «Муми-тролль» попал в правильную нишу. Да и  рассказы о том, что никто другой в России до сих пор не смог добиться от правообладателей наследия Туве Янссон лицензии или разового разрешения на спектакли по книгам о Муми-троллях, тоже настраивают на сочувственный лад. Во всем остальном – это вполне привычный детский театр. Есть взрослая женщина, которая семенит и пищит (актриса театра Гоголя Анна Галинова играет Хемуля), есть море в виде волнующейся голубой тряпочки, есть муми-мама и папа – такие сладкие, будто явились из американской мыльной оперы 50-х годов. Есть некоторое количество псевдодетского кривлянья, типично тюзовские преувеличенные реакции, больше напоминающие немое кино, и милый двухэтажный домик, построенный художницей Ларисой Ломакиной (все говорят, что он голубой, но голубого цвета там нет и в помине). Но все это в порядке вещей.

Когда молодым актерам удается забыть, что они играют спектакль для детей и начать просто играть, получая удовольствие, они становятся вполне симпатичными.

И сам крепыш Муми-тролль (Андрей Беляев из театра АПАРТЕ), похожий на героя старого советского фильма – эдакий хороший рабочий парень в кепке и штанах на лямках. И длинный жадина Снифф, который носит шапку-шлем с ушками и шантажирует всех тем, что он маленький (Сергей Епишев из Театра им. Евг. Вахтангова).  И хорошенькая фрекен Снорк (Дарья Семенова из РАМТа). Но забывают они не всегда, и только диву даешься – откуда такие интонации у актеров, которых последний раз заставляли зайчиков играть, наверное, в детском саду. Зато всех взрослых, утомившихся от сюсюканья, веселит исполняющий сразу пять ролей студент РАТИ Ильяс Тамеев. То он с карканьем пролетает на тросе через весь зал, изображая Кондора. То – выходит в платье и шляпке доброй старушки. Особенно смешно он играет мрачного, затянутого в латекс Выхухоля – взъерошенный, с вечной сардонической ухмылкой и пафосом усталого от жизни философа, нехотя предупреждающего всех о скорой катастрофе.

Да, кстати. Спектакль этот имеет подзаголовок «сказка о конце света». И во время действия режиссер все время нагнетает страх по поводу того, что вот-вот на землю упадет комета и все превратятся в «пюре». Тревожная музыка звучит, огромная круглая луна-комета краснеет, персонажи в разные моменты путешествия по очереди бьются в истерике от ужаса. Но кончается это все нагнетание, как ни странно, – ничем.  То есть режиссер, отправив всех героев в пещеру спасаться от кометы, просто закрывает занавес и оставляет детей без катарсиса, без финала и вообще без понимания того, что все спаслись, а спектакль закончился. И перед этим удручающим проколом постановки меркнут все ее прочие просчеты.

Сделать бессмысленный «открытый» финал за пол страницы до конца книги, отбросив такое счастливое финальное преодоление опасности… Зачем? Не дает ответа.

Кстати, если все-таки поведете маленьких детей на «Муми-тролля», имейте в виду: он длится почти два часа без антракта. Это не каждый дошкольник выдержит.



Источник: "Время новостей", № 162, 7.09.2006,








Рекомендованные материалы


13.05.2019
Театр

Они не хотят взрослеть

Стоун переписывает текст пьесы полностью, не как Люк Персеваль, пересказывающий то же самое современным языком, а меняя все обстоятельства на современные. Мы понимаем, как выглядели бы «Три сестры» сегодня, кто бы где работал (Ирина, мечтавшая приносить пользу, пошла бы в волонтерскую организацию помощи беженцам, Андрей стал компьютерным гением, Вершинин был бы пилотом), кто от чего страдал, кем были их родители

Стенгазета
18.01.2019
Театр

Живее всех живых

Спектакль Александра Янушкевича по пьесе Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен» начинается с того, что все оживает: шкура трофейного медведя оборачивается не прикроватным ковриком, а живым зеленым медведем и носится по сцене; разрубленная надвое лошадь спокойно разгуливает, поедая мусор и превращая его в книги.