Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

30.07.2006 | Общество

Обретение авторства (1)

Примечания

(1) Здесь и далее под словом «текст» подразумевается не только словесный, но и музыкальный текст произведения.

(2) Характерно, что Н. Богомолов, выдвигая эти утверждения, использует термин «СП», т. е. «самодеятельная песня» и никогда не применяет термин «авторская песня».

(3) Впрочем, даже столь радикальный подход не снимает всех проблем. Допустим, глава из поэмы Некрасова «Коробейники», послужившая основой для народной песни «Коробушка», – фольклорная. А остальная поэма – фольклорная или нет?

(4) Видимо, потому, что АП не делится на «надводную» и «подводную» части. В письменной поэзии граница между ними – публикация, в прочих искусствах – платные концерты, заказы/покупка картин и т. д. и везде – членство в соответствующей корпорации. (Заметим, что примерно теми же критериями руководствовалось обвинение на процессе Бродского, парируя попытки злостного тунеядца причислить себя к поэтам.) В АП же никакой подобной, хотя бы и условной границы нет – даже признанные классики жанра сегодня находятся в том же положении, что и начинающие авторы.

(5) Этот термин к тому времени уже давно существовал в музыковедении, обозначая всякую песню, у которой известны конкретные авторы – в противоположность фольклорной, народной песне.

(6) Как мы уже видели, даже десятилетием позже термин «самодеятельная песня», постепенно теряя позиции, все же был в ходу и даже находил убежденных защитников. Более того – всеми, кто хоть немного причастен к субкультуре АП, этот термин и до сих пор понимается без специальных пояснений, что не позволяет считать его окончательно вышедшим из употребления.

(7) «Он характеризуется своей формой бытования» – писал великий советский фольклорист Владимир Пропп. Он же настаивал на том, что даже при полном совпадении сюжета, композиции и имен персонажей миф и сказка принципиально отличаются друг от друга назначением и отношением слушателей – т. е. критичными для определения жанра произведения могут быть именно особенности его бытования.

(8) Ниже нам еще предстоит оценить тот факт, что именно в рассматриваемые годы процесс формирования песенных клубов протекал особенно бурно.

(9) Уже сейчас видны некоторые подводные камни этой работы: те, кому придется ее выполнять, должны будут обращать внимание не столько на даты слетов, решения разного рода «советов командиров» и прочие хоть как-то документированные следы деятельности движения, сколько на настроения, вкусы, предпочтения, стили – т. е. все то, что чрезвычайно плохо поддается реконструкции задним числом и к чему наименее применим понятийно-методологический аппарат истории как науки.

(10) Однако, как свидетельствует тот же Сачковский, анчаровские песни достигли ушей Клячкина стараниями некой команды питерских коллекционеров-магнитофонщиков, привезших из Москвы записи Михаила Леонидовича. Причем ездили они не вообще «в Москву за песнями», а именно записать Анчарова – уже зная его имя и выделяя его среди прочих авторов. То есть в описываемое время (а дело было в 1964 году) все пели всех, и это еще было нормально, но слушателей – по крайней мере, наиболее продвинутых – уже интересовало, кто что сочинил.

(11) Ярчайшие примеры можно найти в интересной и оригинальной работе А. Е. Крылова «Галич-«соавтор»».

(12) Причем из разных эпох: наряду с «Глобусом» и «Люди идут по свету» пелись и «Крамбамбули», и «От зари до зари…»; авторские стилизации вроде «По тундре, по железной дороге…» или «Стою я раз на стреме…» соседствовали с вековечной «Течет речка…», в том же ряду звучали и «Хас-Булат», и «Трансвааль», и «Раскинулось море широко…»…

(13) В сущности, это не более удивительно, чем возникновение млекопитающих и птиц из древних рептилий или, скажем, французского, португальского и румынского языков из классической латыни. Но представляете, во что превратились бы зоология или сравнительное языкознание, если бы ведущие специалисты с удручающей регулярностью приписывали современным животным и современным языкам черты их древних предков!











Рекомендованные материалы



Норма и геноцид

Нормальным обществом я называю то, где многочисленные и неизбежные проблемы, глупости, подлости, ложь называются проблемами, глупостями, подлостями и ложью, а не становятся объектами национальной гордости и признаками самобытности.


Свобода мелкими глотками

Урок фестиваля 57-го года — это очередной урок того, что свобода не абсолютное понятие. Что свобода осязаема лишь в контексте несвободы. Что она, вроде как и материя, дается нам лишь в наших ощущениях. Что свобода — это всего лишь ощущение свободы и не более того. А оно, это ощущение, было тогда. Нам не дали свободу, нам лишь показали ее сквозь дырку в занавеске.