Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

26.06.2006 | Нешкольная история

Не предать забвению

История семьи Бабининых. Работа десятиклассника из г. Великие Луки Сергея Ласкина

   

АВТОР

Сергей Ласкин, во время написания работы - ученик 10 класса школы № 7 г. Великие Луки Псковской области.

Работа получила 3-ю премию на VII Всероссийском конкурсе Международного Мемориала "Человек в истории. Россия - XX век".

Научный руководитель - И.А Мамедова

Однажды на уроке истории нам дали задание нарисовать своё генеалогическое дерево. Оказалось, что многие ребята не знают не только о  своих прадедушках и пробабушках, но и о бабушках и дедушках мало что могут сказать. К своему стыду, я тоже смутно представлял свою родословную, ребята моего возраста почему-то  не интересуются прошлым своей семьи. Я стал расспрашивать своих родителей, и оказалось, что

мои предки по материнской линии были священнослужителями, а моя прабабушка была даже невестой Василия Беллавина, который вошёл в историю под именем патриарха Тихона. Меня все это так заинтересовало, что я решил более подробно изучить свою родословную.

Я стал расспрашивать свою мать, её родственников о наших близких. Оказалось, что родина моих предков – это погост Пошивкино, который находится рядом с Наумовым и Каревым, где жил великий композитор М. П. Мусоргский. Почти все жители погоста носили фамилию моей матери – Бабинины. Узнавая новые факты о своих предках, я всё больше увлекался и  решил написать о них работу.

Мне пришлось очень много расспрашивать своих близких о наших корнях, прочитать краеведческую литературу о тех местах, где жили наши предки, изучить биографию патриарха Тихона, съездить в Наумово, посетить там местный краеведческий музей, сфотографировать «Следы вершин минувших» на месте бывшего погоста, расспросить местных жителей и «перекопать» наш семейный архив.

При написании работы я всё больше убеждался, что слова А.С. Пушкина – «Гордиться славой своих предков не только можно, но и должно» - можно отнести не только к семьям выдающихся людей нашей страны, но и к простым людям, в частности к моим прабабушкам и прадедушкам, которые тоже оставили свой след в истории страны, в истории своей семьи. Наш долг, мой долг – помнить о своих предках, чтобы не порвалась связующая нить, ведущая от поколения к поколению.

Древний род моих предков Бабининых в течение не одного столетия проживал в погосте Пошивкино, на берегу Жижицкого озера.

Первые упоминания об этих местах мы находим в летописи в 1245 г., когда литовские войска были разбиты Александром Невским «под Жижичем». Этот древний город первоначально принадлежал литовцам, но был отвоёван Россией в 16-м столетии. Сам город не сохранился до наших дней, но до сих пор на его раскопках находят чудесные находки: предметы быта, орудия труда, украшения. Название этого города, видимо, происходило от названия озера Жижицкого, на берегу которого он был расположен. Жижицкое - от слова «жисть», т.е. жизнь. Рядом с древним городом возникали поселения, одним из которых был погост Пошивкино. Название Пошивкино происходит от слова «шивка» - «летний невод». Здесь на восточном берегу исстари селились люди мастеровые, изготовлявшие сети и одежду для рыбаков.

Слово «погост» означает сельское кладбище (в старину  - церковь с прилегающими участками и с кладбищем, в стороне от села). Действительно, там стояла церковь во имя Пресвятой Богородицы Одигитрии, а кладбище было рядом с ней. В начале XIX в. вместо деревянной церкви построили каменную с колокольней. По словам старожилов, крест на ней был позолоченный, купол из жести и покрыт зелёной краской. Фотографии с изображением церкви сохранились в местном музее. В тридцатые годы церковь закрыли, иконы и колокола выбросили. Вначале помещение оборудовали под клуб техникума, а потом использовали под склад. Окончательно храм и звонницу разобрали на кирпич в 1950 году.

Погост Пошивкино находится в 2-х километрах от Наумова. Поместье Наумово было даровано царём Алексеем Михайловичем вместе с другими вотчинами прадеду великого русского композитора М.П.Мусоргского - П. Чирикову, «за ратную службу».

В Наумово сохранился дом Чириковых, в котором после реставрации располагается музей М. П. Мусоргского. Красивый господский дом с мезонином, балюстрадой, белыми колоннами стоял на высоком холме, возвышаясь над просторами Жижицкого озера. Из верхней комнаты виднелся другой холм с сельцом Каревым, расположенном в полутора верстах от барского дома. Погост Пошивкино находился на краю Наумова и соединял земли Чириковых и Мусоргских. Из окон барских домов Чириковых и Мусоргских была видна Одигитриевская церковь, которая стояла на высоком холме.

Погост являлся и духовным центром. Здесь начинался и заканчивался круг жизни всех окрестных жителей – здесь крестили, венчали, а затем отпевали и хоронили на местном кладбище.

Здесь регистрировались все знаменательные события помещиков Мусоргских и Чириковых и их крестьян. Здесь они встречались не раз на богослужении, участвовали в семейных обрядах, как радостных, так и печальных, крестили детей, о чём свидетельствуют записи в метрических книгах.

На кладбище находится семейный склеп Чириковых. Здесь в 1865 году была похоронена мать Мусоргского. Об этом траурном дне известил всех соседей колокольный звон Одигитриевской церкви. Когда церковь рушили сломали и склеп, уцелела только усадьба в Наумово, т.к. ещё до гражданской войны здесь была создана латышская коммуна.

На погосте также устраивали гульбища и ярмарки, особенно людные и приходские праздники. Здесь встречались, знакомились, сводили молодых  - и не на забаву, чаще на всю жизнь.

К ярмаркам готовились, шла торговля всякой всячиной, тут и корзинки, и лапти, и упряжь конская.

Вот таким центром был погост. Теперь мало что осталось от того времени. Побывав на месте бывшего Пошивкино летом этого года вместе со своей мамой, я увидел печальную картину. На месте церкви лишь фундамент, кладбище не сохранилось, дом, где жили предки моей матери  Натальи Вячеславовны, тоже разрушен. Лишь приблизительно моя мать смогла определить, где он мог стоять. Остался только заброшенный дом моей бабушки, перешедший по наследству к родственникам моей мамы, но в нём никто не живёт. Недалеко от церкви находится не так давно построенная часовня во имя Новомучеников Российских. Стоят жилые дома, но их немного.

Жители уже не называют свою деревню Пошивкино, а относят себя к посёлку Наумово. О том, что здесь был погост Пошивкино, помнят только старожилы, уйдут они из жизни и вместе с ними уйдёт и название погоста – Пошивкино. 

Коренными старейшими жителями Пошивкина были Фёдоровы, Яковлевы и Бабинины, связанные между собой родством. Основатель династии священнослужителей находился в сане священника, но позже его потомки относились уже к низшему сословию и занимали должности дьяконов, дьячков пономарей, псаломщиков.

К концу XVIII в. окончательно закрепилась одна фамилия – Бабинины. Бабинины соучаствовали в венчании родителей М. П. Мусоргского и при крещении композитора и его брата Филарета. Эти исторические записи сделаны в «Метрических книгах» рукой пономаря Василия Фёдоровича Бабинина и подкреплены подписью дьячка Тимофея Яковле¬вича Бабинина.

Дьячок Т. Я.Бабинин был моим далёким предком, приходился дедом моей прапрабабушке Марии, с которой связана очень интересная история, но о ней позже. Из «Словаря русских фамилий» Никонова я узнал о происхождении фамилии своих предков. В словаре даётся значение фамилии Бабин, от которой вероятнее всего происходит фамилия Бабинин. Вот ,что там написано: «Бабин - отчество от нецерковного мужского личного имени Баба, это имя было частым в Польше с XIV века». Не исключено значение сын «бабы», т.е. повивальной бабки (акушерка того времени). Если учесть, что до 16 в. город «Жижич» принадлежал литовцам, т.е. был в составе Речи Посполитой, действительно верно, что фамилия Бабинин происходит от польского мужского имени Баба.

После изучения архивных документов нашим краеведом Н.С. Новиковым выяснилось также, что Бабинины были не только летописцами, но и прототипами музыкальных произведений Мусоргского.

Работая над «Хованщиной» Мусоргский обратился «К одному-, как он пишет – «путному попу», чтобы  узнать характер раскольничьих напевов». И тот ему ответил: «Если, живя в деревне, застали и слышали старых дьячков, то и создайте ваших раскольников в обиходном напеве». Модест Петрович с детских своих лет и до конца дней слушал в Одигитриевской церкви «старых дьячков Бабининых», и когда для «Хованщины» понадобилась, как он пишет, самобытность, тут–то и пригодились песнопения Бабининых. А Бабинины, согласно записям в «Клировых ведомостях», вели церковную службу по старинке, так, как слышали от предков, и были «пения и чтения хорошего». Самобытные дьячки стали для Мусоргского настоящим кладом, для них же самих отсутствие «дипломов» сказалось весьма заметно. К концу XIX в. их потомки стали уже заниматься земледелием, рыболовством, даже плотничали, но жить продолжали в Пошивкине, большой семьёй. Сыновья пономаря Владимира Фёдоровича Бабинина были, по воспоминаниям старожилов, хорошими мастерами. Однажды они выпросили лес у Чирикова и срубили на месте старого дома Бабининых новый, точно такой, как у господ в Наумове, и с балконом, и с колоннами, только размером поменьше; после революции дом у Бабининых отобрали, а когда рушили Одигитриевскую церковь, разрушили и дом.

Один из сыновей Т.Я. Бабинина – Фёдор Тимофеевич стал священником и был настоятелем церкви села Харитонова до 1847 г. А  как я уже сказал, с  внучкой Т.Я. Бабинина связана очень интересная история, относящаяся к юношеским годам святейшего патриарха Тихона (в миру Беллавина  Василия Ивановича).

Во многих публикациях о святителе Тихоне говорится, что он чуть ли не с детских лет собирался стать монахом. Однако есть свидетельство, которое опровергает это утверждение.

Обратимся к исследованиям жизни патриарха Тихона в книге Н.С. Новикова : «Колыбель опального патриарха». Эту историю ему рассказала Вера Александровна Бабинина, старожилка погоста Пошивкино, а она слышала её от своей свекрови – внучки дьячка Пошивкинского погоста – Марии Петровны Бабининой. Эту историю в то время знал весь погост, но после революции все старались как можно меньше вспоминать о том, что предки Бабининых были из «духовных», а также были знакомы с «опальным» патриархом Тихоном т.к. боялись преследования со стороны властей. «Во время каникул – рассказывает Вера Александровна, -

Василий Беллавин приезжал к своему родственнику, служившему в нашей Одигитриевской церкви. Здесь он познакомился с моей будущей свекровью. Она выделялась миловидной внешностью и добрым характером. С Василием у них был договор: после окончания духовной академии повенчаться, и он хотел стать священником, получить свой приход.

Но вскоре сестра Марии - Евгения, вышла замуж за латыша с соседнего хутора. Мария стала часто навещать сестру и там познакомилась с братом мужа Карлом Григорьевичем Клявиным и полюбила его. Они стали встречаться против воли родителей». Когда Василий приехал в Пошивкино, вся округа судачила об этом «романе» и он спросил прямо: «Маша, правда ли, что говорят люди?» Мария не отрицала ничего и даже созналась, что беременна.

Мы не знаем, как переживал измену невесты Василий Беллавин, но известно, что больше у него невесты не было, и через какое то время после этих событий он постригся в монахи, а впоследствии стал патриархом. Семью Бабининых всё случившееся сильно огорчало, ведь брак с Карлом был невозможен из-за двойного родства. Родная сестра Марии была замужем за родным братом Карла и в следствие того Бабинины и Клявины уже были родственниками, а замужество между родными церковь запрещала. Но видимо чувства их были настолько сильны, что Мария и Карл без официального брака прожили всю жизнь вместе. У них была мельница в Михайловском, там они растили 8 незаконнорожденных детей. С будущим патриархом Мария Петровна встретилась ещё раз, вот как об этом рассказывает Вера Ивановна: «Вскоре Мария Петровна услышала, что Василий Иванович постригся в монахи. В семье Бабининых это восприняли как трагедию. Благословение из-за двойного родства церковь не дала, и Мария жила с Карлом без венчания. Однажды в Пошивкино приехал Василий Иванович, говорили, что он уже был при большом сане. Мария шла по дороге от матери, на одной руке держала дочь, а в другой несла жбан с мёдом. На крыльце дома, где жил священник, неожиданно увидела Василия во всём чёрном и не смогла идти - ноги подкосились. Потом набралась сил, подошла к нему за благословением, хотела поцеловать руку, но он не разрешил и спросил тихо: «Счастлива ли ты, Маша?».Не услышав ответа, благословил дочь,  больше они никогда не встречались». Хотелось бы сказать подробнее о жизни Василия Ивановича Беллавина.

В декабре 1891 года  Василий был пострижен в монашество. А  21 ноября 1917г. стал Патриархом Московским и всея Руси. За то, что открыто противостоял большевикам, защищал церковь, был несколько раз посажен в тюрьму. Умер в 1925 году.

«Видимо свыше ему была уготовлена судьба - стать патриархом. А Мария возникла на его пути как препятствие для достижения этой цели. А когда она полюбила другого человека, то это препятствие было устранено. Как говорят: «Человек предполагает, а Бог располагает». Если бы Василий Беллавин женился на Марии, то не было бы у нас в России патриарха, который вел церковный корабль в годы смуты.

Но вернёмся к Марии:  В «Клировых ведомостях» Пошивкинского погоста за 1900 год в разделе «сиротствующие» записано:Александра Ивановна Бабинина - 65 лет, неграмотная; при ней дети: Мария Петровна - 30 лет, неграмотная; её дети, незаконнорожденные: Капитолина; Мария; Иоанн; Александр; Пётр». Первая дочь – Полина, которую держала на руках Мария при встрече с Василием, умерла в раннем возрасте. Муж Марии – Карл Григорьевич Клявин, никак не мог смириться с тем, что его дети – незаконнорожденные, что отчество у всех – Ивановичи, и фамилия у них матери.

Раньше незаконнорождённым детям церковь при крещении давало отчество Богдановичи, т.е. Богом данные. Почему дети Марии стали Ивановичами, трудно сказать. Может, потому, что Иван было самое распространенное русское имя, а может быть, имя Карл – отца детей, было непривычно для звучания в русской деревне.

Всю жизнь Карл Григорьевич писал в различные инстанции, вплоть до Синода, чтобы ему разрешили узаконить брак с женщиной, которую он любил и которая родила ему восьмерых детей. Везде он получал отказ и только после революции 1917 г. разрешение было получено,

но его детям это было уже не столь важно, они выросли, имели свои семьи, и уже их дети носили фамилию Бабинины. Никто из детей не захотел менять ни фамилию, ни отчество – всё осталось так, как было. Но в мир иной Мария и Карл ушли став мужем и женой.

Церковь Одигитрии устояла в неспокойное революционное время, пережила Великую Отечественную войну, хотя Пошивкино бомбили немцы, и там шли бои. Но к сожалению в 60-е годы XX в. церковь была разрушена, остался лишь фундамент. Вместе с ней был разрушен дом священника, а также и дом принадлежащий Бабининым. Родовой склеп тоже был уничтожен, могилы фактически сравняли с землёй, когда разрушали церковь.

Один из сыновей Марии Петровны, Иван Иванович Бабинин, стал моим прадедом по материнской линии.

Революция изменила его взгляды на жизнь – он уже не ходил в церковь, был обычным человеком – «как все». Иван Иванович родился в 1898 году. Хотя Мария с Карлом арендовали мельницу, жили они бедно, т.к. имели  много детей, а мельница приносила небольшой доход. Поэтому Ивану со своим младшим братом Петром с семи лет приходилось работать – они пасли барских свиней. Вначале у них всё получалось неплохо, но дети есть дети: однажды Иван и Пётр заигрались, и стадо разбежалось в разные стороны. До позднего вечера перепуганные мальчишки искали по всем задворкам свиней и нашли всех, правда, половина стада каким-то образом попала в глубокий овраг: свиньи все были очень грязные и у одной или двух повреждены ноги. Но мальчики так старались, что к вечеру всё стадо было дома. И всё-таки такую оплошность им не простили – «карьера» свинопасов была для них закрыта.

Потом Иван Иванович устроился работать на пекарню и  за короткое время стал очень хорошим кондитером. У него всегда были заказы. А по воспоминаниям одной из родственниц жены  Ивана Ивановича - Милитины Сергеевны Чагиной уже после революции, когда был какой-либо праздник, все соседи собирались в доме Бабининых, приносили муку, яйца, масло  и т.д. Иван Иванович пёк пироги  и другие сладости. Особенно запомнились тёте Миле «гороховые» пряники. Гороховыми они назывались за свой зеленоватый цвет, но были очень вкусные: «Я больше таких никогда нигде не ела» - говорит Милитина Сергеевна.

Когда пришла пора жениться, мой прадед выбрал себе невесту - это была учительница церковно-приходской школы Антонина Васильевна Бойкова.

И хотя она была отнюдь не красавица,  только он был ей не ровня – мать Антонины была из дворянского рода Масловых и имела швейную мастерскую в городе Торопце, а отец был начальником почты станции Жижица, что по тем временам было большой должностью.

Семья будущей жены Ивана Ивановича была очень зажиточной, а у прадедушки было закончено только 3 класса церковно-приходской школы, да и жил он бедно. Но вышло так, что и Антонина полюбила его, оставалось только уговорить её родителей.

Но родители были непреклонны - никакого благословения на брак с Иваном они не дадут, не для того семья тратила деньги на обучение  и воспитание своей дочери в гимназии города Великие Луки, чтобы она вышла замуж за какого-то «оборванца».

Тогда Иван Иванович придумал хитрый выход - в те времена было принято всей семьёй по воскресеньям ходить в храм на литургию. Утром Антонина пожаловалась на головную боль и осталась дома одна. Когда все ушли в церковь, Иван подъехал на тройке лошадей и выкрал её из родительского дома. Через сутки он, как ни в чём не бывало, вернул её обратно. Но т.к. она не ночевала дома, честное имя самой Антонины, а также и всей семьи было запятнано – вряд ли кто-то захотел бы на ней женится, да и её сестре было бы трудно найти жениха. Родителям ничего не оставалось, как выдать её замуж за похитителя.

Говорят, свадьба была очень бедной, приданного Антонине не дали, и до последних дней не одобряли её выбор. Жизнь у них и правда сложилась трудно, первые два сына – Вячеслав и Леонид умерли ещё в младенчестве. Маленького Славика загрызли соседские собаки - он случайно забрался на чужой двор, и спасти его не смогли. А Леонид умер от несварения желудка в первые же дни после своего рождения.

В 1926 году родилась дочь Вера , а следующим был мой дед,

его почему-то тоже назвали Вячеслав, хотя одного сына с таким именем они уже потеряли. Но прабабушке очень нравилось это имя, и, несмотря на плохую примету, что в честь умершего родственника нельзя называть ребёнка, иначе он повторит судьбу покойного, она даёт деду имя Вячеслав. Последним родился Анатолий в 1936 году.

Антонине Васильевне пришлось туго - Иван Иванович был красивым мужчиной и многие женщины заглядывались на него. У него периодически случались «романы», которые моя прабабушка очень переживала. До войны Антонина Васильевна продолжала работать в школе, а он на пекарне пекарем - его талант кондитера был не востребован, времена были голодные, но у всех была надежда, что ещё немного и жизнь в стране наладится, станет лучше.

Когда народ стал только-только приходить в себя после потрясений Октябрьской революции 1917 года, на Россию обрушилась новая беда - война с гитлеровской Германией. Уже в августе 1941 г. Псковская земля была захвачена фашистами. По воспоминаниям моей прабабушки, жильцы в Жижице «не стояли», а погост Пошивкино и окрестности часто бомбили самолёты. Среди местного населения долгое время после войны говорили, что в озере «Глухое», которое  находится неподалёку в лесу, лежат останки подбитого немецкого самолёта. Ещё и моя мама слышала эту легенду в детстве, но этот факт пока остаётся неподтвержденным.

Именно в переломный момент 1943 г., когда немцы стояли в Торопце, мой прадед ушёл на фронт.

Почему его не забрали в армию в 1941 г., я так и не смог выяснить, может быть, по причине какой–либо болезни. Что он делал в годы войны с 1941 по 1943 - тоже неясно.

На передовую Иван Иванович не попал, его поставили писарем при штабе, т.к. у него был красивый почерк и писал он достаточно грамотно. Сведения о нём и его службе позднее очень скудные, но точно известно, что победу советских войск мой прадед встретил где–то за границей и в июле–августе 1945 г. уже был дома.

Известно ещё, что за войну Иван Иванович не получил ни одного ранения. На фронте у него был хороший друг из Риги, который звал его после войны переехать вместе с семьёй в Латвию, обещая помочь с устройством. После недолгих сборов Бабинины продают дом, который достался Антонине Васильевне от родителей, и уезжают в Ригу.

В Риге Иван Иванович устроился работать комендантом речного жилого корпуса, там же ему с семьёй выделили жильё. Антонина Васильевна преподавала  в вечерней школе. Но случилось так , что уже  будучи немолодым Иван Иванович в очередной раз завёл «роман» с женщиной, моложе его на 15 лет. Оскорблённая  жена не смогла простить очередную измену и, забрав детей, ушла «куда глаза глядят».

С жильём было очень тяжело, и она была вынуждена уйти из школы и устроиться в общежитие завода ВЭФ уборщицей, чтобы получить там же небольшую комнату. Старшая дочь Вера в это время уже закончила педагогический институт и работала учительницей в Красногородске, Славик учился в ремесленном училище, а младший Анатолий в школе. Так они прожили несколько лет, Вячеслав после ремесленного пошёл работать на ВЭФ, а Анатолий учился на радиста.

Довольно намаявшись в чужом краю, Антонина Васильевна в 1955 году уезжает на родину, в Жижицу. Вячеслав, как передовик производства, по комсомольской путёвке уезжает осваивать целину в далёкий Казахстан, Анатолий отправляется работать на Камчатку.

Через полгода в Жижицу вернулся и Иван Иванович. Он расстался с той женщиной и решил просить прощения у жены. Но сначала он решил заручиться поддержкой дочери Веры. Вот что рассказала сама Вера Ивановна об этой встрече: «Отец приехал ко мне в 1956 году, я работала учительницей в Красногородске и была уже беременна вторым ребёнком. Вид у него был очень жалкий, я его даже не сразу узнала. Он умолял простить его и помочь помириться с мамой. Выглядел он неважно: худой, сильно постаревший, совсем седой – от былого «ловеласа» ничего не осталось. Мне стало его жаль, и я сама повезла его в Жижицу, чтобы помирить их. Мама долго плакала, но сердце у неё было доброе - она его простила. Потом он ездил на целину к Славику, просил прощения и у него». Умер Иван Иванович в 1961 году 1 августа от рака желудка на 64-м году жизни.

Как было уже сказано выше, один из сыновей Ивана Ивановича Бабинина – Вячеслав - стал моим дедом. Он родился 1 ноября 1931 г.  Когда  началась Великая Отечественная война, ему было 10 лет. Тогда все мальчишки рвались на фронт, но по возрасту оставалось сидеть дома и помогать старшим. Жижицу сильно бомбили. «Когда начиналась бомбёжка, все прятались в подвалы и погреба, а Славик залезал на крышу и следил  за происходящими воздушными боями. Он говорил, что сидя в подвале ничего не увидишь, а там, глядишь, война кончится, нечего будет вспомнить. Мы ведь и правда тогда думали, что война вот-вот кончится» - вспоминала его сестра Вера.

После войны в 1949 г Вячеслав Иванович в Риге заканчивает ремесленное училище и идёт работать на завод ВЭФ.

Жизнь у него была насыщенна: на заводе он был передовик производства, после работы занимался в драмкружке, хорошо играл на аккордеоне, а по вечерам вместе со своими друзьями в «Народной дружине» и охранял  улицы Риги от хулиганов.

Однажды и ему досталось – при задержании пьяных хулиганов, которые приставали к женщине, один из них ударил Вячеслава по голове бутылкой – на всю жизнь у него осталось 4 шва на затылке. Его очень любили и уважали все его друзья, и даже было прозвище у него было - «Батя». Оно осталось с ним и в Казахстане, когда кому–то было плохо, все шли со своей проблемой к «Бате», он всегда готов был выслушать и помочь.

17 – 18 февраля 1954г. состоялись первые комсомольские собрания, посвящённые обсуждению  вопроса об участии молодёжи в освоении целины. Среди первых добровольцев были комсомольцы московского автозавода имени Лихачёва. Их примеру последовали сотни, тысячи комсомольцев, и мой дед по комсомольской путёвке 15 марта 1955 г. отправляется в далёкий Казахстан.

Но  условия жизни и работы там были достаточно тяжёлыми. Жить приходилось в вагончиках, ели в основном консервы. Местное население неохотно делилось с приехавшими комсомольцами. По рассказам моей бабушки Валентины Павловны: «Очень хотелось мяса, а его не было, одни консервы. Были ребята, которые ловили в степи тушканчиков, жарили и ели. У местных казахов были барашки, но нам они не предлагали, смотрели на нас недоверчиво. Видимо не очень  верили, что мы надолго». Но несмотря на все трудности, работали все отлично.

Мой дедушка был комсоргом и бригадиром бригады трактористов. Молодёжь в те времена была активная - после работы многие спешили в кружок художественной самодеятельности, постоянно устраивали какие-то концерты, шуточные капустники, высмеивали тех, кто недобросовестно трудился. Там же он и познакомился с моей бабушкой Валентиной  Павловной Тарасовой.

Бабушка неплохо пела - в родном Смоленске она несколько лет ходила в хор, а дедушка неплохо играл в разных сценках - сказывался опыт посещения драмкружка в Риге. Между ними возникла некая борьба за лидерство, в итоге закончившаяся большой любовью.

Вячеслав долго ухаживал за Валентиной, прежде чем сделать ей предложение. В 1957 году они сыграли комсомольскую свадьбу. К этому времени уже велось строительство небольших домиков для молодожёнов, а так же для лучших работников. Они должны были получить жильё одни из первых и планировали жить и работать в Казахстане, но всё получилось иначе…

По воспоминаниям моей матери, её отцу пришлось вытаскивать трактор, ныряя в ледяную воду, когда тот провалился в реку при переправе. Об этом событии писали даже в газете. Моя мама помнит, что газета лежала долгое время у бабушки под подушкой вместе с письмами от Вячеслава, там же бабушка хранила и иконку, т.к. вешать её на стену в то время было нельзя, да и дети её уже были комсомольцами. Но бабушка в Бога верила и тайком молилась. В 1957 году Вячеслава Ивановича за отличный труд награждают медалью «За освоение целинных земель» и значком «За освоение новых земель». Награждение происходит в Москве на ВДНХ. Но здоровье  деда было подорвано, и врачи в1959 г. ставят диагноз – «туберкулёз».

Поначалу его пыталась вылечить одна старая казашка - она поила его кумысом и какими-то травами. Когда стало ясно, что её лечение не помогло дедушка с бабушкой решают вернуться на родину Вячеслава, в Жижицу.

Дедушку долго лечили, но из-за запущенной формы лекарства не помогали. В конце концов, он получил инвалидность и в 1977 году умер, оставив жену и трёх несовершеннолетних детей: Татьяну, Наталью и Алексея.

Я считаю, что мой дедушка стал жертвой той системы, он слепо верил в светлое будущее и в победу коммунизма, изо всех сил старался способствовать этому, а в итоге поплатился за это собственным здоровьем, а потом и жизнью. Вначале, после его отъезда из Казахстана, ему писали письма, иногда приезжали друзья, но постепенно все о нём забыли, он стал никому не нужен кроме собственной семьи. И страна, для которой он готов был поехать хоть на край света, забыла о нём. Очень жаль, но тогда так умирали многие.

Когда Вячеслава Ивановича не стало, моей матери было всего 6 лет. Дедушка, несмотря на то , что в роду Бабининых было несколько поколений священнослужителей, был даже не крещёный, и умер без причастия и без отпевания, вера в коммунизм заменила ему веру в Бога. Произошёл некий разрыв поколений.

Потомки невесты патриарха поныне живут в Псковской области и других местах. У них разные фамилии, судьбы. Но Бог, молитвами святого патриарха, не забыл своих древних служителей. Правнучка дьячков Бабининых – Наталья Вячеславовна Бабинина вышла замуж за священнослужителя Вознесенского Собора г. Великие Луки  отца Дмитрия.

Вознесенский девичий монастырь один из самых значительных и интересных по своей истории памятников города. Этот монастырь, как и ему подобные в Русском государстве, являлся своеобразным просветительным центром нашего края, органически сочетая в себе все виды искусств – архитектуру, живопись, музыку и образование.

История Вознесенского девичьего монастыря своими корнями уходит далеко вглубь веков. Он был построен на месте старого разрушенного Ильинского монастыря в 1715 г. Монастырь был обнесён каменной оградой, внутри находилась каменная Вознесенская церковь, построены деревянные братские кельи и каменные настоятельские, кухня, прачечная, две коровьи, караульная, сарай, конюшня, сеновал для хранения кормов. В одной связи находилась каменная колокольня с девятью колоколами. В церкви хранилась древняя местнопочитаемая икона Богоматери «Всех скорбящих радость» и частицы мощей многих православных святых. В 1913 г. в монастыре жило 36 монахинь и 130 послушниц. Вознесенский монастырь был закрыт в 1918 г. Были сняты колокола, а перед войной разобрали и колокольню. Великая Отечественная война нанесла большой ущерб храму. Однако после не принималось никаких мер по его восстановлению.

Здание было передано городскому торгу, в церкви было оборудовано овощехранилище. С 1988 г. начинается сбор средств на восстановление и реставрацию храма. Сейчас Свято-Вознесенский Собор отреставрирован, в нём ежедневно проходят службы, венчают и крестят людей. С первого дня и по сей день в нём служит о. Дмитрий.

Отец Дмитрий и матушка Наталья являются моими родителями. Также у меня есть сестра Настя и брат Серафим. Прерванная более ста лет назад династия священнослужителей вновь жива.

Работая над составлением своей родословной, записывая воспоминания родственников, изучая семейные документы, я не только узнавал  историю своей семьи, но и смог лучше представить, из чего складывалась жизнь людей. Работа очень меня увлекала и очень многое для меня открыла и, т.к. осталось ещё очень много «белых пятен» в судьбах моих бабушек и дедушек, то работа эта будет ещё продолжена. Я понял, как важно довести эти сведения до своих будущих потомков. Я надеюсь, что моим детям и внукам будет интересен мой небольшой труд по истории нашей семьи, и также надеюсь, что он будет продолжен. Ведь каждый из нас обязан своим предкам происхождением и жизнью. Знаем ли мы их?

Также хочу добавить, что принято решение реставрировать Одигитриевскую церковь в бывшем погосте Пошивкино, где когда–то служили мои предки и восстановить на старом кладбище могилу матери Модеста Петровича Мусоргского. К моему отцу, а он кроме церковного богослужения занимается иконописью и реставрацией, недавно обращались за консультацией по поводу формы креста на могиле Чириковых.











Рекомендованные материалы


Стенгазета

Гибель в «бешеном доме». Часть 1

Старики вспоминают, что до войны летом после работы молодежь веселилась на полевом стане местного колхоза до упада, как бешеная, поэтому стан назвали «бешеным домом». Здесь и встретили матросов немецкие танки, замаскированные скирдами соломы. Их расстреливали в упор. Говорят, даже грохот боя не мог заглушить крики погибающих.

Стенгазета

Окруженцы. Часть 2

Ближе к зиме большой проблемой стала стирка белья. Начался тиф. Нужно было бороться с вшивостью, а без мыла ничего не выходило. Пробовали стирать глиной, терли кирпичом, но после такой стирки белье становилось страшным. Я вспомнила, что моя мама стирала золой. Приступили к делу. Собрали золу, залили водой и дали настояться. На следующий день отстирали белье в замочке и положили в новый зольный раствор. Кипятили часа три. Потом полоскали много раз. Белье вышло желтоватым, но чистым и приятным в носке.