Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

31.05.2006 | Книги

Евразийский синдром

О невообразимой растяжимости детективного жанра

Роман турецкого классика Орхана Памука «Снег» — лишний повод задуматься о невообразимой растяжимости детективного жанра. Похоже, упаковать в эту обертку можно нынче все что угодно: дисциплинируя автора необходимостью выполнить известный набор сюжетных прыжков и приседаний, детектив оставляет ему практически безграничную свободу в том, что касается сути повествования.

На этот раз эргономичная жанровая ниша приютила вещь уж вовсе беспримерную — несмотря на несколько трупов, аккуратно выложенных Памуком в нужных местах романа, на самом деле «Снег» — это трактат о нынешнем противостоянии Востока и Запада.

Сорокалетний турецкий поэт по фамилии Ка, много лет проживший в Германии, по возвращении на родину отправляется в приграничный Карс, — приятель-журналист предложил Ка посетить этот город с тем, чтобы написать статью о тамошней эпидемии самоубийств среди женщин. Однако стоит герою добраться до Карса, как начинается снегопад, блокирующий въезды и выезды, а к самоубийствам добавляется еще и пара убийств. Не успеет Ка и глазом моргнуть, как вокруг него закрутится сложная политическая интрига с участием исламистов, кемалистов (сторонников европеизации Турции), курдских сепаратистов и прочих экзотических личностей.

Впрочем, настоящим детективом роман Памука так и не становится.

Честно отбывая номер с расследованием смертей в Карсе, на полную мощность автор включается только в те моменты, когда ему удается предаться рассуждениям о судьбах современной Турции — и о том, что применительно к дикой и нищей турецкой провинции даже шариатские установления оказываются порой более гуманными, чем узколобые в своей «европейской просвещенности» светские законы.

Из уст человека, на протяжении последних лет фактически единолично представляющего Турцию на мировой культурной арене, подобного рода сообщение звучит пугающе.



Источник: "Эксперт", №20(514), 29.05.2006,








Рекомендованные материалы


22.01.2021
Книги

Из Рейкьявика в ад под названием «восьмидесятые»

Сёлви приезжает на хутор Аспен убежденный, что его бабушка — сумасшедшая нацистка, и он попал в ад под названием «восьмидесятые». Но проходят дни, затем недели, постепенно Сёлви привыкает к новой рутине, начинает общаться с соседями и работать по дому, читать старые книги и слушать The Smiths, пробует водить машину, сгонять овец с гор и впервые влюбляется.

Стенгазета
28.12.2020
Книги

По Фрейду. Почти

Нево подчеркивает зыбкость этих историй: вот-вот страшная тайна выплывет на поверхность, и открытый финал превратится в настоящую трагедию. Вот сейчас твоей жене скажут об измене. А вот тебя, женщину со второго этажа, обвинят в «прикрытии» преступника, да и ты сама вот-вот сойдешь с ума, как когда-то твоя мать. И твою дочь тоже давно пора отдать в психбольницу.