Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

09.04.2006 | Просто так

Как меня заподозрили в измене

Я пообещала сделать его знаменитым

Позавчера я прилетела в Москву из Техаса, а сегодня решила зайти в "Рамстор" на Трифоновской улице. Очень удобный магазин, правда, однажды я там забыла свежекупленный хлеб, но зато в другой раз случайно украла совершенно ненужный мне тональный спрей. Ну да все это было давно, еще до моего отъезда.

Сегодня я что-то ничего не купила, но зато зазвенела на кассе. Этим я привлекла внимание белобрысого охранника.

Недолго думая, обладатель бычьей шеи и бесцветных глазок попросил меня предъявить ему содержимое сумки.

У меня в голове что-то щелкнуло, и посыпались обрывки прав и обязанностей охранников, милиционеров, правила поведения при задержании и прочая недоусвоенная в свое время информация.

Из обрывков, однако, складывалось, что бесцветный друг на мое достояние по собственной инициативе взглянуть никак не имеет права. О чем я ему и рассказала. А если ему так уж интересно узнать, не поживилась ли я тампоном-другим или там баночкой шпрот, то пускай вызывает милицию. Кажется, моего несимпатичного знакомца вполне устроил такой вариант, и он предложил мне спуститься вниз. Заходить с ним вдвоем в охранницкую мне как-то не захотелось, я читала себе в коридоре книжку и пыталась не слушать моего заинтересованного кавалера. Он тем временем осведомлялся, начитанная ли я ("Не жалуюсь", - другого ответа я не смогла придумать), учусь ли, что именно взяла во вверенном ему магазине, зачем попросила вызвать милицию, зачем мне неприятности и что пишут в книжке. (В книжке тем временем писали несусветную чушь, но делиться наблюдениями с кавалером я не стала.) Лейтмотивом его расспросов было "Ну что вы так переживаете", -- видимо, чтение книги никак не вписывалось в рамки привычных для него действий.

Наконец явилась милиция в лице трех упитанных хрюнделей в форме. Один меня сразу расположил к себе, потому что, выслушав моего бойца, предложил вызвать двух понятых. Откуда-то возникли две усталые девочки с варварскими бейджиками "мерчендайзер".

Я попросила у мента удостоверение, и вместе с документом получила краткий ликбез о том, на что нужно обращать внимание: во-первых, на номер, который должен быть одним и тем же на обеих страницах, во-вторых, на фамилию носителя, в-третьих, на срок действия удостоверения. Запомните, это может пригодиться (я, честно говоря, была уверена, что внимательно разглядывать нужно только штамп).

Дальше милый мильтон, похожий на Карлсона, предложил мне вытаскивать по очереди все предметы из сумки. Я согласилась, и не зря. Знаете, что мы там нашли? Удостоверение выпускницы РГГУ, служащее бессрочным пропуском в университет! А я-то числила его потерянным и собиралась заказывать себе пропуск! Честно говоря, тут я просто не справилась с эмоциями и крикнула: "Я Вас люблю!" Мой Карлсон оказался не промах и не отходя от кассы сделал мне предложение, которое я, увы, вынуждена была отклонить (я в некотором роде, как городничиха, замужем). Карлсона, видимо, разочаровал мой отказ, потому что он буркнул "Ну вот, замужем, а мужу изменяете". Последовавшие за удостоверением мятые "Дюрексы", боюсь, укрепили его в этом убеждении.

В процессе обыска менты сообщили, что если у меня ничего краденого не найдут, то мне принесут извинения. Когда у меня и впрямь не нашли ничего подозрительного, кроме книжки, дюрексов и ключей, менты с быкообразным охранником проводили меня до выхода. Я остановилась в ожидании извинений. Менты засмущались и кивнули на охранника. "Ну давайте, - подбодрила его я. - Жду. Подсказываю: вежливо извиняетесь за то, что Вы отняли у меня полчаса моего времени." 

Впервые с начала нашего общения на его малоосмысленной физиономии мелькнуло что-то человеческое, - больше всего это было похоже на обиду несправедливо наказанного ребенка.

"Это, Вы... да это Вы отняли у меня полчаса моего времени!" - проблеял бесцветный боец. "Ой, - удивилась я. Я-то думала, это Ваша работа. Впрочем, извиняйтесь как захотите. Мне уже интересно послушать." Боец-таки внял моей просьбе и буркнул "извините". Я испытала чувство полного удовлетворения, пообещала ему сделать его знаменитым, назвала адрес "Стенгазеты.Нет" и отправилась вон из "Рамстора" на Трифоновской.

Если вдруг зачем-нибудь там окажетесь, передавайте привет. Зовут его, как и полагается всем несимпатичным бесцветным охранникам, Вованом.











Рекомендованные материалы



Севастопольский рассказ

Я очень любил, когда они приезжали. И не только во фруктах было дело, хотя и это тоже. Мне казалось, что они привозили с собой какой-то неуловимый, но отчетливый черноморский дух, дух своего нарядного белокаменного города.


Годовщина инициации

68-й год — это год рождения… Нет, не так, не рождения. Правильнее сказать «инициации», инициации целого поколения. И не какого-то там вообще поколения, а вполне определенного. То есть моего.