Признаться, когда я прочитал в «Известиях» текст за подписью Путина, то подумал, что начальники наконец поняли: после Чистопрудного бульвара, Болотной и проспекта Сахарова они оказались в новой, чрезвычайно для них неприятной, политической реальности

В России существует испуг перед рядом слов и понятий. Одно из них – «революция». Причина понятна – наследие советской эпохи, память о миллионах жертв гражданской войны и сталинских репрессий

Церковные и светские власти в России так бурно отреагировали на арест греческого игумена потому, что их ожидают сходные проблемы.

Американский президент сделал заявление для прессы, но не из Белого дома, а непосредственно из Пентагона, из здания министерства обороны США. Верховный главнокомандующий в окружении военачальников обращался к нации

Нынешняя российская власть предельно монологична. И никакой другой она быть не в состоянии. Потому и особенно трагикомично звучат призывы недиалогоспособной власти к диалогу.

Впервые за долгое время мне по-настоящему жаль, что я не нахожусь в Москве и не могу принять участия в происходящих там событиях. Предлагаемые читателю заметки — наблюдения, к сожалению, сделанные издалека