Девендра мурлычет и курлычет; он вьется ­вокруг сонной мухой — но из этого дружеского жужжания по-прежнему рождаются на свет песни, без которых мир был бы чуть бледнее.

Инновационные проекты своей реализацией обязаны конкретным людям с деньгами и связями, которые согласились поддержать принципиально новые идеи, увидели в них и эстетический, и социальный потенциал.

И всё бы, казалось, хорошо - пламенеют рассветы над Москвою-рекою, прорастают цветы сквозь асфальт, и знай себе танцуют девчата на ладонях больших, голубых площадей. Но стоит обернуться назад - мягко говоря, не по себе делается.

Как только дело доходит до хеппи-энда, счастье сваливается на лейтенанта крупным оптом — когда после пяти-шести поворотов к лучшему Кейдж еще и откапывает серебряную ложечку, которую якобы потерял в детстве, уже не знаешь, плакать или смеяться.

Доктор наук, ­преподава­тель лондонского вуза, Гудман — живое опровержение популярного тезиса о несовместимости музыки (тем более плясовой) с глубокомысленными умствованиями; человек, ­воплотивший постструктуралистские теории в выдающуюся практику.

В Музее арестантского быта можно облачиться в одежду каторжника, поесть скромной каши, пройтись по этапу под надзором вооруженного солдата и даже примерить кандалы, хоть они на самом деле оказываются не очень тяжелыми, все равно очень прочищают мозги