Майя — живое воплощение всех противоречий современной реальности: дочь террориста, увешанная бирюльками за миллион долларов; защитница сирых и убогих, живущая в голливудском особняке; революционерка, числящая «Гугл» и «Фейсбук» за гэбэшников.

Ренэ Герра мы, без преувеличения, обязаны сохранением наследия русской эмиграции первой волны. В марте он приезжал на открытие выставки «Париж глазами русских художников в первой половине ХХ века» в галерее «Наши художники» в Борках.

«Я тоже» пытается вырваться из душных объятий снисходительной культурной благотворительности, с самого начала утверждая полное равенство между даунами и недаунами.

Портреты Овнатаняна не очень похожи на довольные собой и официально любезные по отношению к зрителю персоны главных европейских мастеров галантного века. Особое их обаяние в миниатюрной, бережной прописи (средневековая память о сакральном образе).

На экраны вышел киноальманах «Москва, я люблю тебя» — собрание пятиминутных новелл, снятых режиссерами разных поколений. Главное впечатление — на экране какая-то иная Москва, не та, в которой мы живем.

Реализуясь в вотчине Римаса Туминаса, режиссерская манера Бутусова как будто пропиталась духом литовского театрального метафоризма, словно постановщик делал спектакль по правилам, изложенным в каких-то особых литовских учебниках.