Я раньше всегда воспринимал войну как некое эпохальное событие и не задумывался о каждодневной жизни солдат на фронте. Увидев страницы из «Книги приказов», «Журнала боевых действий», «Алфавитной книги умерших» и других документов, я осознал, что на фронте люди не только воевали и погибали, но и ЖИЛИ.
"Свечка" — едва ли не самый длинный роман в отечественной словесности, по величине его можно сравнить с "Тихим Доном" или "Войной и миром". Но по структуре это не обычное линейное повествование, это многосоставная книга.
Ну, это вы хватанули, возражают им другие, более лояльные граждане. Какие же они фашисты. Они просто консерваторы и евроскептики. Они просто сторонники и носители традиционных ценностей, таких, например, как соблюдение расовой чистоты, польза телесных наказаний, неприязнь к "чужому", склонность к стилистическому и поведенческому единообразию, мистический ужас перед современностью и прочие "кровь и почва". Они не фашисты, нет.
Вторую неделю кряду россиян уговаривают поверить в окончание кризиса. Сначала благую весть принес первый вице-премьер Игорь Шувалов, а в минувший четверг к нему присоединился и глава Сбербанка Герман Греф, анонсировавший завершение острой фазы. И тот, и другой, очевидно, вдохновились данными Росстата за первый квартал,
Как бы ни были важны заповедники, как бы много их ни было и какой бы надежной ни была их охрана, их одних для сохранения природы недостаточно. Резерваты должны быть не оазисами среди антропогенной пустыни, а центрами и узлами единой (желательно – глобальной) системы, обеспечивающей сосуществование человека с другими видами.
С 24 по 30 мая в Москве пройдет Второй московский международный фестиваль фильмов для детей и подростков «КОТ». В программе – самые новые и самые старые любимые мультфильмы и фильмы: игровые и документальные, короткие и длинные…
Замечательная книга питерского историка Наталии Лебиной — честный компромисс между серьезной наукой и общечеловеческой понятностью. Конечно, без ссылок на Дюркгейма, Бурдье и прочих «трудных» классиков не обошлось, но они неплохо уравновешены прекрасными историческими байками и анекдотами, а концептуальная строгость нигде не подминает под себя живой, пульсирующий и дышащий исторический материал.