Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

28.05.2015 | Нешкольная история

Мой прадед – солдат Великой Отечественной войны

Неизвестные страницы фронтовой жизни

публикация:

Стенгазета


Автор: Андрей Козырев. На момент написания работы ученик 9 класса, школа «Исток», г. Красногорск, Московская обл. Научный руководитель Ольга Владимировна Хрусталева. 3-я премия XVI Всероссийского конкурса исторических исследовательских работ «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал

Вот прошло уже шестьдесят девять лет с того дня, как закончилась Великая Отечественная война. Многое изменилось с тех пор, но навсегда останется неизменной значимость подвига, который совершил наш народ ради Великой победы! Они умирали ради нас, а мы порой практически ничего о них не знаем. Я считаю, что это неправильно. О поколении победителей надо знать, как можно больше, чтобы не прервалась нить памяти, чтобы каждый мог сказать: «Я знаю историю своей семьи, своей страны! Я горжусь своей Родиной, и хочу, чтобы гордились мои дети!»
Мне кажется, что практически в каждой семье на территории бывшего СССР есть погибшие во время Великой Отечественной войны. Наша семья не является исключением. Мой прадед по маминой линии Степанов Степан Фотеевич 1906 г. рождения ушел на фронт в 1944 г. из Казахстана и погиб в 1945 в Латвии. В нашей семье не знали, где он похоронен, и тем более ничего не знали о его воинском пути.

Начало поиска

В нашей семье периодически велись разговоры о том, что нужно найти место, где похоронен Степанов С.Ф. – мамин дед, мой прадед, погибший на фронте.

В 2009 году мой дядя Степанов Юрий Владимирович решил найти в интернете какую-нибудь информацию о Степанове С.Ф., т.е. о своем дедушке. Такая информация нашлась на сайте общественного компьютерного банка данных ОБД «Мемориал», который занимается оцифровкой фондов ЦАМО. Там указывалось следующее: ФИО прадеда, дата и место рождения, дата и место призыва, последнее место службы (71 СД), воинское звание (красноармеец), причина и дата выбытия. А также, имелась фотография страницы из журнала боевых донесений, о безвозвратных потерях фронтового эвакопункта № 37, на которой была сделана запись о смерти Степанова С.Ф. Из нее мы узнали, что прадед поступил в ЭГ (эвакогоспиталь) № 1027 11.03.1945 г., умер от ран 04.04.1945 г. и похоронен в г. Митава на гарнизонном кладбище, могила № 26.

Через знакомых моей старшей сестры Анны, живущих в Латвии, мы узнали, что город Митава переименован в Елгаву, а бывшее гарнизонное кладбище по Баусскому шоссе теперь называется кладбище «Миера». И в августе 2009 г. папа, мама и я поехали в Латвию искать могилу прадедушки. Мы достаточно быстро нашли кладбище «Миера». Недалеко от входа увидели длинные ряды братских могил и разошлись по ним в поисках надписи: «Степанов С.Ф.». Через некоторое время увидели могилу, где в числе других воинов был похоронен и мой прадед. Так через 64 года после его смерти, мы смогли приехать на место захоронения и почтить память прадеда.

После этой поездки судьба прадеда взволновала меня по-настоящему. Мы с мамой пытались узнать у родственников хоть какую-нибудь информацию о прадедушке. Но выяснить удалось немного.
Жил прадед Степан со своей семьей: женой Прасковьей Федосовной и пятью детьми: Петром, Владимиром, Виктором, Анной и Валентиной, в Восточно-Казахстанской области, которая в то время являлась одной из основных житниц страны. И поскольку он был трактористом, на него была бронь.

И был у него младший брат Степанов Сафрон Фотеевич 1910 г.р. Когда из военкомата в совхоз, где жил и работал прадед, пришла повестка, в которой было написано: «Степанову С. Ф.», решили, что призывают на фронт Степана. Он поехал на призывной пункт в г. Шемонаиху. И вот там выяснилось, что на фронт должен был идти Сафрон. Но прадед отказался возвращаться домой и таким образом в мае 1944 г. отправился защищать Родину. Кроме этого мы узнали, что у Степановой Анны Степановны (дочери Степанова С. Ф.) сохранились портрет отца и похоронка. И я, наконец-то, смог увидеть фотографию своего прадедушки. Это был первый этап поисков.

Боевой путь прадеда

Прошло три года. Осенью 2012 года мы всей семьей смотрели фотографии, среди которых оказались и фотографии нашей поездки в Латвию. И вот тогда я решил, что должен как можно больше узнать о боевом пути и обстоятельствах смерти своего прадеда. Я должен это сделать для деда, для мамы, для себя и для своих потомков. Мой прадед заслужил, чтобы о нем знали и помнили.

Итак, из сведений, полученных на сайте ОБД «Мемориал», я знал, что прадед на момент ранения числился в 71-й СД, и решил поискать в интернете информацию об этой дивизии. К своему удивлению, обнаружил, что в апреле 1945 г. (я брал дату смерти прадеда Степана за отправную точку) существовало две 71-х СД:

1) 71-я гвардейская стрелковая Харьковско-Витебская ордена Ленина, Краснознаменная дивизия;

2) 71-я стрелковая Торуньская Краснознаменная дивизия

В какой из них служил прадед, было непонятно. Но зная, что прадед умер в эвакуационном госпитале № 1027, решил попытаться выяснить из каких мест поступали раненые в этот госпиталь. А затем посмотреть, какая из 71-х дивизий вела бои в тех местах. С этим вопросом я обратился к латвийским поисковикам на сайт «Русского Общества в Латвии». Мне ответили, что, скорее всего, это 71-я гв. СД, которая вела бои в районе города Приекуле на западе Латвии. И чтобы это проверить, надо обратиться в ЦАМО с запросом, числился ли в списках личного состава 71-й гв.СД С.Ф. Степанов, когда и по какой причине выбыл. Там же, в ЦАМО, можно ознакомиться с «Журналом боевых действий 71-й гв. СД», чтобы узнать, при каких обстоятельствах он был ранен.
Кроме запроса в ЦАМО, мы с мамой отправили запрос в г. Санкт-Петербург в Военно-Медицинский музей Министерства Обороны в надежде получить какую-нибудь информацию о характере ранений прадеда. Так же было отправлено письмо в Казахстан в Шемонаихинский военкомат с просьбой прислать выписку из карточки призывника, выписку из Книги Памяти, а также любую другую имеющуюся у них информацию о Степанове С.Ф.

Первым пришел ответ из С.-Петербурга из Военно-Медицинского музея, в котором сообщалось, что никакой информации о Степанове С.Ф. у них нет.

Из Шемонаихинского военкомата прислали копию извещения о гибели прадеда Степана и копию страницы из Книги Памяти. Сразу скажу про Книгу Памяти. В ней информация о моем прадедушке разделена на две части и получилось, как бы два человека:

СТЕПАНОВ Степан Фатеевич, род: 1906 г. Ряд. Погиб в бою в апреле 1945 г. Похоронен: Латвия, г. Митови.

СТЕПАНОВ Степан Фатеевич, род: ВКО, г. Шемонаиха. Умер от ран в апреле 1945 г.»

В этих записях имеется одно противоречие: в первом случае указано: «погиб в бою», а в другом: «умер от ран», но вся остальная информация дополняет друг друга.

Из ЦАМО я получил ответ на свой запрос, а также фотографии некоторых документов. Из «Книги приказов» я узнал, что последнее место службы Степанова С.Ф. – это 219 гвардейский стрелковый Полоцкий, Краснознаменный, ордена Кутузова III степени полк 71-й гвардейской стрелковой Витебской ордена Ленина, Краснознаменной дивизии. Он был зачислен в списки личного состава 08.02.1945 г. Приказом № 022 от 09.02.1945 г. с присвоением звания «Гвардия». Однако уже Приказом № 033 от 22.02.1945г., т.е. всего через 13 дней Степанов С.Ф. был исключен из списков личного состава 219 гв. СП как убывший по ранению. Просматривая списки убывших, в поисках фамилии прадеда, я обратил внимание, что с 17 по 20 февраля ранено было 7 человек, а 20 и 21 февраля – 201 человек. Следовательно, 20 и 21 февраля 219 гв. СП участвовал в большом сражении. И я решил попытаться узнать где, в ходе какой операции, был ранен прадед. Исходной точкой опять послужило письмо из Латвии, в котором было написано, что 71-я гв. СД вела бои в районе г. Приекуле на западе Латвии.
Мне удалось выяснить, что 20–28 февраля 1945 г. проходила четвертая битва за Курляндию, так называемая Приекульская операция. 20 февраля началось наступление главной группировки 2-го Прибалтийского фронта, состоящей из 6 гв. армии (в которую входила 71-я гв. СД) и части сил 51-й армии. Следовательно, прадеда ранили 20 февраля во время наступательной операции 2-го Прибалтийского фронта в районе г. Приекуле.

Теперь хочу опять вернуться к «Книге Приказов 219 гв. СП». Кроме всего вышеуказанного, из нее я так же узнал, что Степанов С.Ф. был пулеметчиком 2-й пулеметной роты. А дед мне раньше говорил, что его отец был минометчиком.

Следующим документом, страницы из которого я получил в ЦАМО, была «Книга учета рядового и сержантского состава». Поскольку у меня были только 2 страницы, на которых были записи о Степанове С.Ф., над расшифровкой некоторых из них мне пришлось поломать голову. Итак, в первой графе написаны ФИО, ниже какие-то цифры, значение которых для меня так и осталось непонятным, кроме даты 1944 г. Следующие 3 графы никакой новой информации мне не дали. А вот из 5-й графы я узнал, что прадед был кандидатом в члены ВКП(б) с 1943 г.. Во всех документах, виденных мной раньше, было написано: «б/п», – что значит беспартийный. Далее указывались образование, место работы и должность, причем везде в названии Шемонаихинский была допущена ошибка – Шемонаевский. В следующую графу, как я понял, были занесены награды и ранения. Наград, по-видимому, у прадеда не было. Дата: «20.02.45 г.», – была мне понятна. Это дата ранения, от которого прадед через полтора месяца умер. А вот запись: «11.11.44.Л», - оказалась для меня загадкой. Я решил, что это тоже ранение, а буква «Л» означает легкое ранение. Однако позже, после беседы со Степановой А.С. (дочерью Степанова С.Ф.) у меня появилась еще одна версия по поводу того, что еще может означать эта буква «Л». Анна Степановна рассказала, что ее отец предположительно осенью 1944 года болел воспалением легких и лежал в госпитале. Следовательно, «Л» может указывать на то, что он находился на лечении. В 9-й графе указывалось, что прадед прибыл в 219 гв. СП из 176 АЗСП. Для того чтобы расшифровать эту аббревиатуру, пришлось опять заглянуть в интернет. Оказалось, что АЗСП – это армейский запасной стрелковый полк. Ниже в этой же графе написано: «273 СП 270 СД». Скорее всего прадед Степан был переведен в 176 АЗСП из 273 СП 270 СД. Я попытался узнать что-нибудь о 273 СП 270 СД и выяснил следующее: в составе 270 СД не было 273 СП, но был 973 СП. И вероятнее всего была допущена ошибка писарем, когда записывалась информация в «Книгу учета рядового и сержантского состава». В следующей графе были записаны жена и дети. Второй из детей – сын Владимир 1930 г.р. – отец моей мамы, т.е. мой дедушка. Из записи в последней графе я узнал, что прадед был эвакуирован в 581 ОМСБ (отдельный медико-санитарный батальон). А в госпиталь он попал только 11.03.1945 г., т.е. примерно через 18 дней.
И мне даже страшно представить какие муки испытывали наши раненые солдаты, которых по разбитым дорогам на тряских полуторках без всяких обезболивающих средств перевозили в госпиталь.

И последний документ – это карточка из журнала «Именные списки потерь л/с (личного состава) управления и частей дивизии. Схемы расположения братских могил». При внимательном прочтении этой карточки, я увидел, что заполнена она с неточностями. Во-первых, в наименовании части было написано: «71 с. див.», пропущено слово: «гвардейская». Во-вторых, в графе «партийность» указано – беспартийный. Шемонаихинский район был переименован в Шамановский, так же, как и военкомат. В графе время и причина выбытия вообще 2 записи: 1) умер от ран 4.4.1945 года; 2) убит 11.11.44 . В 13 пункте «Адрес родственников» указано: «Мать Степанова Прасковья Федосеевна». На самом деле это жена прадедушки, а не мать и отчество у нее Федосовна, а не Федосеевна. Конечно, мы все понимаем, в каких условиях заполнялись все эти документы и никого не хочется осуждать. Но если бы в моих руках оказалась только эта карточка, без всех предыдущих документов, очень сложно было бы что-то понять о жизни и смерти моего прадеда Степанова С.Ф.

Кроме запросов в архивы, которые мы отправляли вместе с мамой, я попросил помощи в поиске какой-либо информации о своем прадедушке на сайте «Победа». Мне подсказали три ссылки. Одна из них была нам уже известна, это самая первая информация, которую нашел мой дядя на сайте ОБД «Мемориал». А вот две другие были очень ценными. Во-первых, были страницы из донесения о безвозвратных потерях сержантского и рядового состава 973 СП 270 СД, где под номером 9 был записан Степанов Степан Фотеевич ( во всех предыдущих документах Фатеевич), красноармеец, стрелок, К/ВКП(б), 1906 г.р. А вот место рождения и призыва – Шамановский р-он, Западно-Казахстанской обл. Жена – Степанова Прасковья Федосеевна. Но самое интересное, было написано, что прадед убит 11.11.44 и даже указано место его захоронения! Прочитать полностью место захоронения я не смог, т.к. запись сделана очень мелкими буквами и неразборчиво. Но я понял, что это Латвийская ССР и еще одно слово: «Приэкули», по-видимому, это где-то в районе Приекуле. Я был в недоумении, что же случилось 11.11.44 г.? Решил проверить был ли в Западно-Казахстанской обл. Шамановский р-он. Оказалось, что такого района там не было и нет. И, посоветовавшись с мамой, я пришел к выводу, что, скорее всего, это ошибка.
Возможно, прадед оказался в медсанбате, а его отсутствие приняли за гибель. Может быть, была какая-то другая история, но маловероятно, чтобы были два бойца с такими одинаковыми данными. И тогда получается, что под именем моего прадеда похоронен другой человек! Мне захотелось найти это место захоронения.

На сайте «Русского Общества в Латвии» есть перечень всех воинских братских кладбищ и могил на территории Латвии. Я подумал, что стоит посмотреть кладбища в районе Приекуле. Удалось найти два: воинское братское кладбище в городе Приекуле (край Приекулес) и братское кладбище в поселке Приекули (край Приекулю). Просмотрев списки похороненных на этих кладбищах солдат, я обнаружил, что на мемориальных плитах братского кладбища в г. Приекуле два раза встречается надпись: «С. Ф. Степанов». Только в одном случае дата гибели – 1944 г., в другом – 1945 г., даты рождения неизвестны. Возможно это два разных человека с одинаковой фамилией и инициалами, но возможно, что обе эти записи отмечают факт гибели и захоронения одного человека, моего прадеда, который на самом деле похоронен в другом месте.

Вторая ссылка – это алфавитная книга умерших эвакогоспиталя 1027. Здесь я нашел описание ранений и причину смерти прадеда. Скорее всего, его ранило при взрыве, и пострадала вся правая сторона тела. Умер прадед от сепсиса, т.е. заражения крови.

Так закончился второй самый информативный этап поисков.

Неизвестные страницы фронтовой жизни

Сбор информации и работа с архивами – дело кропотливое и трудоемкое, требующее большого терпения, внимания и аналитических способностей. Но вместе с тем, необычайно интересное. Я впервые в жизни увидел фотографии оригинальных документов времен Великой Отечественной войны. На меня это произвело очень сильное впечатление! Я раньше всегда воспринимал войну как некое эпохальное событие и не задумывался о каждодневной жизни солдат на фронте. Увидев страницы из «Книги приказов», «Журнала боевых действий», «Алфавитной книги умерших» и других документов, я осознал, что на фронте люди не только воевали и погибали, но и ЖИЛИ. В этом безумном хаосе войны было хорошо поставленное делопроизводство, учитывалось и записывалось все!

В связи с этим мне бы хотелось немного рассказать о двух документах, которые меня поразили. Во-первых, это «Книга приказов 219 гв.СП». Выше я уже приводил информацию, касающуюся моего прадеда, полученную из этого документа. Но хочется еще раз вернуться к нему. Приказ № 033 состоял из нескольких параграфов, и я не мог не прочитать его до конца.
Из 2-го параграфа я узнал, что оказывается, бойцы собирали стреляные гильзы, и им за это выплачивали денежное вознаграждение. Там есть фамилия, похожая на Степанов или Степаков, но нет инициалов, поэтому сложно сказать моему прадеду выплатили 150 руб. за сбор и доставку стреляных гильз или кому-то другому. В 3-м параграфе списывались раненые и убитые лошади (с описанием мастей и кличек). В 4-м пятерых красноармейцев переводили в разведроту. В 5-м параграфе объявляются выговор и арест на трое суток ст. лейтенантам и ст. сержантам 1-й и 2-й стрелковых рот за грязное и ржавое оружие у их бойцов. Таким образом, приказ отображал все стороны жизни: как боевые, так и бытовые.

Во-вторых, это «Журнал боевых действий 219 СП». В моем распоряжении оказалось три страницы с записями, титульный лист и фотография обложки. Из этих записей я понял, что 12 февраля полк занялся боевой подготовкой согласно расписания занятий и распорядка дня. Ночью оборудовали исходные позиции для наступления. Взводом разведки ежедневно в районе исходного положения велось наблюдение за действиями противника. Следующая запись сделана уже 20 февраля, т.е. в день наступления. В 5 часов утра полк четырьмя ротами занял исходное положение. Во время занятия исходного положения потерь не было. После артподготовки подразделения полка поднялись в атаку и без сопротивления достигли шоссейной дороги, идущей из Приекуле в Бэлтэне. В 11.00 противник контратаковал силою до роты пехоты. Контратака была отбита. В 12.00 противник предпринял еще одну контратаку силою до роты пехоты при поддержке пяти самоходок. Контратака была отбита. За время проведения операции до 17.00 было взято в плен 30 немцев, подавлено 3 батареи противника, разбито 4 ст. пулемета, уничтожено до 100 немецких солдат и офицеров. Наши потери: ранено 95 человек, убито 7 человек. Но сравнивая эти данные о потерях с приказом № 033, я обнаружил, что в приказе, выбывших по ранению за этот день 147 человек. Скорее всего, в журнале указывались предварительные сведения, известные на данный момент. В этот день и был ранен мой прадед, Степанов С.Ф. В какой момент? Этого никто не знает. Да сейчас это уже и не очень важно. Важно другое, что за этими короткими предложениями скрываются судьбы людей, жизнь и смерть, поражения и победы… И мы не в праве об этом забывать.

И еще я хотел обратить особое внимание на титульный лист «Журнала боевых действий 219 гв.СП». Он был нарисован разноцветной тушью с красивым фоном и гвардейским знаком, и все это было сделано не за столом в кабинете, а в военно-полевых условиях. Увидев такой титульный лист, я понял, что вопреки всем ужасам войны, фронтовики были твердо уверены в том, что эти документы не исчезнут бесследно!
Прошло много лет, и мы, их потомки, посмотрев эти страницы, оформленные с любовью и старанием, вдруг почувствуем, как стали ближе и роднее нам наши прадеды, которых мы никогда не видели, но которые сделали все для того, чтобы мы БЫЛИ.

***

Итак, я проделал большую работу для достижения своей цели. Мне удалось узнать, что мой прадед по материнской линии Степанов Степан Фатеевич 1906 г.р. был призван на фронт 9 мая 1944 года Шемонаихинским районным военным комиссариатом Восточно-Казахстанской области. На фронт он попал вместо своего младшего брата Степанова Сафрона Фатеевича. В ноябре 1944 года он числился в составе 973 СП 270 СД и 11.11.1944 был предположительно ранен или находился на лечении в госпитале. Но его посчитали убитым, о чем свидетельствует запись в журнале о безвозвратных потерях 973 СП. Он был пулеметчиком 2-й пулеметной роты, кандидатом в члены ВКП(б) с 1943 г. 20.02.1945 г. во время проведения 4-й битвы за Курляндию, т.н. «Приекульской операции» прадед был ранен. Пострадала вся правая часть тела, предположительно от взрыва. Затем был эвакуирован в 581 ОМСБ приказом № 033 от 22.02.1945 г. Через 18 дней, т.е. 11.03.1945 г. поступил на лечение в эвакогоспиталь 1027, где и скончался от ран 04.04.1945 г. Каких-либо сведений о наградах мне найти не удалось. Но для меня мой прадед и без наград всегда будет героем. Проделанная мной работа помогла по-новому взглянуть на фронтовую жизнь солдат, лучше ее понять, пропустив через свое сердце. Но самое главное, я словно заново познакомился с простым русским солдатом своим прадедом Степановым Степаном.









Рекомендованные материалы


Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 2

Он часто вспоминал Польшу и родной язык. Он мог забыться и говорить по-польски, а потом спохватывался и продолжал по-русски. На улице жил поляк, так он ходил к нему специально поговорить на родном языке. Только вот страх никогда не покидал его. Боялся наказания непонятно за что и на старой, и на новой родине.

Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 1

Родины у него было две: Польша и Советский Союз. «Свой-чужой» – он был в этих двух государствах. Наверное, незавидная судьба была у Людвига Иосифовича Пшибло. Мы решили рассказать о его жизни, чтобы «оживить» историю, чтобы увидеть за словом «народ» живого человека.