Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

03.03.2021 | Театр

Обнажая разговор

Рецензия студентки школы культурной журналистики Анны Юсиной на спектакль "HATE" Летиции Дош и Юваля Розмана, Théâtre Vidy-Lausanne (Швейцария)

публикация:

Стенгазета


Текст: Анна Юсина


Спектакль «HATE» швейцарского театра Vidy-Lausanne — совместная работа актрисы Летиции Дош и драматурга Юваля Розмана, называющих экспериментальную постановку «попыткой дуэта с лошадью». В ней Летиция на протяжении полутора часов выстраивает отношения с конём Коразоном, провоцируя его ответную реакцию.

Выйдя на сцену, женщина полностью обнажается, стремясь приблизиться к естественной наготе животного. Этим жестом она внешне уравнивает себя с ним. Летиция обращает к лошади монолог, эмоционально делится переживаниями и размышлениями. Она говорит о наболевшем — проблемах мигрантов, насилии и гуманизме — и о самом интимном — любви и сексе, — не опасаясь найти в коне пристрастного или осуждающего слушателя.
Когда зрители привыкают к форме публичной исповеди, Летиция меняет правила общения, предлагая коню вступить в диалог, — и получает ответ низким утробным голосом. Слова за лошадь произносит сама актриса, и человеческая речь от лица животного разрушает иллюзию равенства, ведь для дуэта используется язык, доступный лишь одному из участников.

С этого момента Летиция станет работать с образовавшейся неоднозначностью, провоцируя всё новые вопросы: можно ли по-настоящему понять Другого или люди всегда будет слышать лишь свой голос? возможны ли между человеком и животным отношения на равных и даже любовь? достижима ли гармонии между разными существами? где проходят границы гуманизма? — Большинство из них будут заданы напрямую от лица лошади или самой актрисы и повиснут в воздухе, обращённые в зрительный зал.

Летиция ставит себя в крайне непростые условия: будучи обнаженной перед публикой, она сохраняет непосредственность, но внимательно следит и за действиями партнёра-лошади. Актриса не только откликается на движения коня, эмоционально отыгрывая и оправдывая их в контексте диалога, но и умело управляет его поведением и реакциями — зачастую незаметно для зрителя. Чтобы влиять на животное, у неё есть лишь ошейник из тонкого каната и набедренная сумка с кусочками моркови. В остальном, женщина работает с инстинктами лошади и вызывает её реакции языком своего тела — выражая животную радость, ластясь, приманивая и отталкивая, оказывая давление или заботу.

Между тем, конь Коразон олицетворяет не только природную чистоту и естественность, но и мужское начало. Среди прочих вопросов, спектакль обращается к сексуальности и возможности интимных отношений между человеком и животным. «Я хочу от тебя ребёнка» — провокационно объявляет Летиция, признавая влечение к сильному, грациозному телу. Условия, в которых один владеет и управляет другим, остались в прошлом, впереди — попытка выстроить отношения на равных.

Актриса существует на сцене предельно естественно. Она не боится казаться нелепой: пускается в танец, напоминающий детские неумелые прыжки под музыку, обнимает и целует лошадь, заигрывает с ней и дарит подарки. Сила спектакля — в обезоруживающей искренности: и откровенности суждений Летиции об обществе и политике, и смелой демонстрации тела с его животными инстинктами.

Дуэт с лошадью позволяет актрисе, освободившись от условностей и предрассудков, проговорить волнующие её вопросы: что такое человечность и за что, будучи людьми, мы несём ответственность? какой бывает эксплуатация и в чем заключается гуманизм? — Все они адресуются, конечно, залу. А природная непосредственность коня становится для Летиции мерилом искренности: в его реакциях не бывает лжи, и оттого фальшь рядом с ним недопустима — она сразу разрушит хрупкий контакт.

Дополнительно:

 Спектакль «HATE» уже своим названием ставит зрителя перед необходимостью интерпретации. В переводе с английского языка «hate» означает «ненависть», «hâte» с французского — «торопливость». Авторы намеренно пишут название большими буквами, что позволяет избежать использование аксана и задаёт двойственность смысла. Прямого ответа не даёт и постановка, которая спорит с обоими значениями.

***

 Действие спектакля разворачивается на фоне романтического пейзажа, репродукция которого напечатана на огромном заднике (сценограф — Филипп Кен). Он служит напоминанием о временах, когда человек был частью природы, а лошади становились верными спутниками и часто единственными собеседниками отправившихся в путь людей.

 В позах, которые принимает актриса, сидя на коне, видны отсылки к классическим образам: обнажённая женщина на белой лошади — Леди Годива с картины Кольера; женщина на коне, высоко держащая меч — Амазонка или Жанна Д’Арк. Заигрывая с этими визуальными цитатами, актриса указывает на театральность происходящего на сцене и спорит с ней, выводя отношения с лошадью на непривычно чувственный уровень.

 ***

 Несмотря на заявленную в спектакле тему эксплуатации животных человеком, отношение создателей постановки к ним было очень бережным. Всё время, пока шёл спектакль, за сценой находился второй конь, живущий на той же ферме ShanJu, что и участвующий в спектакле Коразон. Его задачей было подбадривать знакомым запахом находящуюся на сцене лошадь. Кроме того, во время подготовки спектакля взаимодействие актрисы с животным корректировалось специальным коучем Жюдит Загюри. Чтобы минимизировать стресс для животных, создатели спектакля играли его в театрах, окруженных большим парком, а при перевозке использовали медленный транспорт.

 









Рекомендованные материалы


23.07.2021
Театр

В пространстве дома твоего

Нужно только надеть наушники, включить запись — и мужской голос расскажет, как себя вести. В российской версии спектакль озвучивает Пётр Скворцов, и его мягкие, доверительные интонации сразу создают контакт между «наставником» и слушателем. Причём звучание голоса постоянно меняется, будто бы говорящий сам находится в движении, сопровождая тебя на новом пути. Вергилий воображаемого мира.

Стенгазета
28.06.2021
Театр

Возвращение в детство, или воспоминания, сохраненные в чемоданах

Все воспоминания Владек хранит в старых чемоданах. Они и занимают практически все свободное пространство камерной сцены, буквально загромождая его. Чемоданов на сцене не меньше пятнадцати, больших и маленьких. В каждом из них спрятаны дом, школа, каток, горящее здание и другие важные для Владека места.