Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

24.12.2020 | Нешкольная история

XX век – испытание веры. Часть 2

Христорождественский храм поселка Барвиха

публикация:

Стенгазета


Автор: Даниэлла Дробницкая. На момент написания работы ученица 11 класса, пос. Барвиха, Московская область. Научный руководитель Юлия Александровна Морозова. 2-я премия XXI Всероссийского конкурса «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал


ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:
XX век – испытание веры. Часть 1
Но что же случилось со священником и его семьей?  

Из архивной выписки я узнала, что в 1910 году у нас при церкви было записано два священника: Валентин Парусников и Василий Орлов. Но в метрической книге 1916–1918 гг. упоминается только В. Орлов. Сохранились анкеты «священноцерковнослужителей» Козловского районного Совета от 1925 года. Там находим, что у нашего батюшки было двое детей и что на момент заполнения анкеты ему было 63 года. Однако этим и исчерпывалась информация, а где искать новую, было непонятно.

Так как сейчас всё больше источников выкладывается в интернет, я подумала, что найду необходимые материалы там. Однако столкнулась с тем, что было несколько административных преобразований и в разное время село Подушкино вместе с Рождественно относились к разным округам, уездам и даже волостям. К тому же часто в документах встречались одинаковые названия. Например, в Звенигородском уезде было три села Рождественно. А ведь такое название почти наверняка означает, что в селе находится церковь Рождества Христова. Какое же из них относится к нашей? Тогда я решила использовать карты. Основным ориентиром для меня стала река Самынка. С помощью карт я выяснила, что надо искать материалы, относящиеся к тому Рождественно, которое упоминается всегда с Подушкино, – так можно найти информацию о нашем храме.
И действительно, оказалось, что, Василий Иванович Орлов служил в нашей церкви вплоть до ее закрытия. Но выяснить, что же с ним произошло потом, долго не удавалось.

В итоге помог случай. Я решила просматривать информацию обо всех священниках с фамилией Орлов. Оказалось, что эта фамилия в духовной среде очень распространена. Сузив поиск до Звенигородского уезда, я вышла на Храм Покрова Пресвятой Богородицы в селе Покровское-Рубцово Московской области. Оказалось, что там служил сын нашего батюшки Сергей Васильевич Орлов. На сайте храма я смогла найти фотографию отца Сергея – Василия Ивановича с женой и узнала, что после закрытия церкви он был переведен священником в храм села Уборы. Не стало его в праздник Благовещения в 1936 или 1937 году.

В годы репрессий власть особенно жестоко прошлась по церковнослужителям. Мне удалось найти документы и узнать, как сложились судьбы ближайших родственников настоятеля нашего храма Василия Ивановича Орлова.

Родной его брат, Иван Иванович Орлов, был настоятелем Ильинской церкви в Городище и Троицкого храма в селе Троицком Истринского района. Когда председатель сельсовета решил разместить школу в здании церкви, священник храма вместе с прихожанами обратились с жалобой на действия председателя и церковь удалось отстоять. Но в 1937 годы выйдет приказ народного комиссара внутренних дел Союза ССР № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков… и др. антисоветских элементов от 30 июля 1937 г.», в котором служителей церкви отнесут к «уголовным элементам».
Иван Иванович Орлов был арестован 18 ноября 1937 года по ложному доносу как участник контрреволюционной группы.

Уже 27 ноября тройка при УНКВД СССР по Московской области вынесла приговор – 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Отец Иоанн погиб в Мариинском ИТЛ Новосибирской области в марте 1938 года. Он прославлен в лике святых новомучеников Русской Православной Церкви и канонизирован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 2000 году.

Сын Василия Ивановича Сергей родился в 1888 году. В 1904-ом окончил Звенигородское духовное училище, а в 1911-ом – Вифанскую духовную семинарию. В 1913 году он обвенчался с Елизаветой Гавриловной Боголюбской, дочерью о. Гавриила Боголюбского, настоятеля Покровского храма села Покровское Московской губернии. В ноябре 1915 года Сергей Васильевич был назначен настоятелем уже упомянутого храма. Семья у него была крепкая и дружная, в ней было семеро детей.

А дальше начались притеснения. В 1924 году отцу Сергию назначили штраф в 100 рублей за неуплату сельхозналога, для него непосильного. В 1929-ом за то же приговорили к 4 месяцам принудительных работ. В справке об имущественном положении, выданной С. В. Орлову в 1932 году, значатся: одна корова и один теленок, 5 гусей, 10 кур, 12 ульев с пчелами. «Хозяйство Орлова зажиточное (и это при том, что в семье было семеро детей! – Д. Д.), ездит спекулировать молоком и медом, яйцами в Москву. Коровка пасеца в Колхозе Искра...» (сохранена орфография оригинала).
Отца Сергия вызвали в ОГПУ, требовали, чтобы согласился сотрудничать с органами, но он отказался.

В итоге арест по обвинению в антисоветской агитации, подтвержденному многочисленными свидетельскими показаниями. Виновным себя отец Сергий не признал и был осужден тройкой при ОГПУ Московской области на три года ИТЛ. Вернется он через девять месяцев с подорванным здоровьем. Дома, благодаря уходу жены, матушки Елизаветы, он поправился. Потрясением стало для отца Сергия отречение его старших сыновей Гавриила и Александра. Их вынудили опубликовать статью в газете об отказе от отца Сергия – иначе их бы не приняли на учебу. Отец их не осудил, так как был любящим отцом, продолжал за них молиться, но они услышали от него пророческие слова: «Не дай вам Бог пережить такое от ваших детей, если они будут».

В ноябре 1937 года отец Сергий был снова арестован и 21 декабря расстрелян на Калужском полигоне. Священник Сергей Васильевич Орлов определением священного Синода Русской Православной церкви причислен к лику святых мучеников и исповедников церкви Русской.
Репрессии в отношении священнослужителей ударили и по дочери Василия Ивановича Орлова – Анне.

Замужем она была за Федором Владимировичем Смирновым, диаконом в церкви иконы Божией Матери «Нечаянная Радость» в Марьиной Роще. В 1937 году мужа арестовали по обвинению в антисоветской агитации и контрреволюционной деятельности, направленной на срыв выборов в Верховный Совет. Приговорили к 10 годам исправительно-трудовых лагерей, и он был отправлен в Приморский край, город Лесозаводск. Уже в лагере будет открыто новое дело, по которому вынесут приговор – расстрел. Священномученик диакон Феодор Смирнов канонизирован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви.

Когда поиски информации о настоятеле нашего храма отце Василии и его родственниках увенчались успехом, я решила, что часть этого исследования подошла к концу, но ошиблась. Еще раз просмотрев все документы, касающиеся брата Василия, Ивана, я нашла упоминание о том, что он родился в семье священника Иоанна Орлова, служившего в кладбищенской Воскресенской церкви города Подольска. Место рождения – Подольский уезд, деревня Любучаны.

Следующим моим шагом стало изучение сайтов церквей г. Подольска. Кладбищенская церковь там была только одна. Каково же было мое удивление, когда я узнала на сайте этого храма, что священником там служил отец Иоанн и что он был родным отцом нашего барвихинского батюшки.

Сохранилось подробное описание Воскресенского кладбищенского храма, сделанное священником Иоанном Орловым в 1887 году. Вот самое его начало: «Церковь находится на восточной окраине Подольска, на горе, на берегу реки Пахры, построена в виде неправильного креста, так как северный придел во имя святителя Николая находится внутри церкви, а южный – во имя Пресвятыя Живоначальныя Троицы пристроен гораздо позднее из кирпича, находится вне церкви, но время пристройки неизвестно. Алтарь церкви с одним полукружием. Церковь построена вся из тесанного белого камня…»
С развалом Советского Союза жизнь в стране изменилась. Изменения коснулись и Барвихи. Старшее поколение еще помнило, что у нас в поселке была церковь. А младшее плохо себе представляло, даже на каком месте она стояла.

Учитель нашей школы Е. А. Домрачева вспоминает: «Моя мама Лидия Ивановна Лебедева, работала заведующей прачечной санатория Барвиха. Прачечная располагалось как раз в здании бывшего храма. Это был 1970 год. И я даже и не думала, что раньше там была церковь. Память о ней просто вытравили из сознания людей. Я помню только запах мыльного раствора и что мама запрещала мне подниматься по старой винтовой лестнице к крыше водонапорной башни. Боялась, что обвалятся ступеньки. Это сейчас я понимаю, что там была колокольня, а в детстве об этом мы даже не говорили».

В 1995 году инициативная группа жителей Барвихи начала сбор подписей за восстановление церкви. В результате здание было зарегистрировано как памятник культуры и архитектуры. 15 февраля 1995 года был зарегистрирован приход. К счастью, удалось найти старые фотографии, которые помогли восстанавливать церковь. Автор их неизвестен, но понятно, что сделаны они перед закрытием храма, поскольку видно, что иконостас уже начали разрушать. Руководил воссозданием храма архитектор А. В. Яганов. Активное участие в этом принимали жители всех окрестных поселений. В храм назначали священника Иоанна Печагина и 9 июля 1996 года, на престольный праздник Тихвинской Иконы Божией Матери, была отслужена первая божественная Литургия. В 1997 году отстроили колокольню, в 1998–1999-ом – трапезную, туда перенесли со второго этажа временный алтарь и только после этого начался заключительный этап реставрации. С 2002 по 2008 год восстанавливается иконостас и внутреннее убранство, расписываются стены, приводится в порядок территория храма. С 2001 по 2003 год ведется строительство воскресной школы, а с 2004 по 2008-ой – крестильня и ризница. Сейчас он принял свой первоначальный вид, каким был столетие назад. 26 июля 2009 года во главе с епископом Можайским Григорьевым состоялось великое освещение храма.

Мое исследование можно считать завершенным. Я многое узнала о событиях в послереволюционный период, о судьбе священника, служившего в нашем храме, судьбах его родных, о том как «не жил» храм.

Странно, что никто до этого историей храма не интересовался. Ведь это история нашей Родины. Мы каждый день ходим в школу мимо храма и нам, школьникам, кажется, что он стоял всегда. А ведь еще недавно его как бы и не существовало. Многие ребята даже не представляют, какие события привели к закрытию храма, как после этого жил наш поселок. А самое страшное, как мне кажется, что «вершители» судеб жили рядом с нами, издавали все эти страшные указы, распоряжения. Ведь самая настоящая насмешка, что в здании храма стирали и гладили белье для тех, кто этот храм закрыл.

Я смогла восстановить лишь одну страницу в истории нашей Родины. Их еще очень много. Ведь чем больше узнаешь, тем больше хочется узнать. Например, хотелось бы узнать, что случилось с детской колонией Майендорф, куда отправили детей после ее расформирования. Или выяснить, правда ли, что на территории нашего санатория во время войны был секретный штаб Жукова. И многое-многое другое.









Рекомендованные материалы


Стенгазета

«Времена не выбирают. В них живут». Часть 1

«Порою я впадаю в отчаяние: денег нет ни гроша, а за содержание нужен взнос 40 рублей. Хоть в петлю. Если будет стипендия, то на второе полугодие потребуется всё равно 20 рублей». Надеется только на то, «что Кокоревская стипендия будет увеличена», и что «откроется общество вспомоществования. Но ожидать мне здесь оснований нет. Буду просить хоть шинель»

Стенгазета

XX век – испытание веры. Часть 1

Христорождественскую церковь в нашем поселке закрыли и обезобразили. В ее стенах устроили баню и прачечную санатория «Барвиха». Колокольню приспособили под водонапорную башню. Захоронения перед алтарем уничтожили. В здании храма стирали и гладили белье для тех, кто этот храм закрыл.