Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.06.2020 | Книги

Свадьбы, заговоры, «Московские ведомости»

Рецензия студентки школы культурной журналистики Марины Кирюниной на роман Фигль-Мигль «Долой стыд».

публикация:

Стенгазета


Текст: Марина Кирюнина


Петербургская писательница с «несерьезным» псевдонимом Фигль-Мигль в этом году выпустила свою новую книгу. Роман «Долой стыд» получился смелым и неординарным — как и все, что выпускает этот автор.

В первую очередь, книга привлекает своей обложкой, отсылающей к раннесоветским плакатам-агиткам. Лозунг, утверждает автор, действительно был взят из СССР у нудистов 1920-х годов.

Роман сразу же бросает нас в странный и сложно устроенный мир. Книга «говорит» несколькими голосами — 6 людей рассказывают историю по-разному, каждый о своем. Это Доктор (мечтал быть психотерапевтом, а стал психоаналитиком), Вор (ностальгирующий и слегка сумасшедший одинокий старик), Заговорщик (участник кампании, устраивающей заговоры и готовящей переворот в стране) и Жених (хотя за жениха говорит его невеста). Каждый из них живет своей жизнью, а рассказ ведется в рамках собственной роли. И только ближе к финалу становится ясно, что все эти герои знают друг друга и находятся между собой в очень хитросплетённых отношениях.
Впрочем, такой же хитросплетенной в романе оказывается и реальность, в которой живут герои. Это точно Петербург и точно наши дни, да вот что-то не так. Здесь намешано все — здесь есть Демократический контроль и Имперский разъезд, которые яростно борются друг с другом, строят конспирологические теории и пытаются друг друга уничтожить. Есть некий клуб имени фон Плеве, который здорово напоминает националистические движения. Довершают всю политическую неразбериху майоры КГБ, ФСБ и даже работники Центра «Э». В целом, ситуация очень напоминает политическую картину в России, только вот в «Долой стыд» она выглядит гротексной. Этакая альтернативная история.

Эта альтернатива, впрочем, оказывается ненамного лучше российской реальности. Надежды на хороший исход нет, но все герои несколько примиряются со своими потерями ¬– в итоге как будто и не было заговоров, сложно устроенных героев и странных событий.

Роман переполнен отсылками к другим авторам. Всех «пасхалок» уловить невозможно, но писательница дает читателю намеки. В предисловии говорится о Генри Джеймсе, об Александре Сумарокове (особо приближенный к царскому двору поэт) и о Михаиле Каткове (редактор «Московских ведомостей» и фактически первый политический журналист).

Словом, у Фигля-Мигля снова получился настоящий модернистский роман: умный, многослойный, в котором трудно «просечь» все с первого раза. Это политическая книга, которая анализирует сложившуюся в стране ситуацию очень хитровыдуманным и изысканным способом. А если читатель попросту не понимает, что происходит в романе – то может наслаждаться языковыми находками и остроумием автора.

Дополнительно:

Настоящее имя Фигля-Мигля — Екатерина Чеботарева. В 2010 году она выпустила роман «Щастье», но свою личность раскрала только в 2013-м, когда получила премию «Нацбест» за роман «Волки и медведи». Однако, кроме имени и образования, о Чеботаревой до сих пор мало что известно, кроме имени и возраста.

 

 









Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.10.2020
Книги

Бездна обманчивой критики

В центре сюжета пятнадцатилетний мальчик Кейден, который увлекается рисованием, программированием компьютерных игр и существует на грани двух реальностей. В первой Кейден обычный подросток, который скрывает от родителей, что его не взяли в команду по легкой атлетике и вместо тренировок он слоняется по городу. Во второй юноша путешествует в открытом океане, чтобы найти мифические сокровища из Бездны Челленджера.

Стенгазета
30.09.2020
Книги

Взгляд во взрослый мир

Фабула комикса может показаться банальной и клишированной, не говоря о том, что история в декорациях американского быта в русском комиксе смотрится натянуто и нелепо. С этим бессмысленно спорить хотя бы потому, что автор сам признаёт ошибки своей дебютной работы. Однако, как это часто бывает, главные достоинства комикса в деталях.