Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

18.04.2019 | Нешкольная история

Тихая музыка прошлого. Часть 3

Жизнь обыкновенного человека

публикация:

Стенгазета


Автор: Маргарита Корнякова. На момент написания работы ученица 11 класса гимназии №3, г. Астрахань. Научный руководитель Людмила Вадимовна Тарасенко. 2-я премия XIX Всероссийского конкурса «Человек в истории. Россия – ХХ век», Международный Мемориал


ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:
Тихая музыка прошлого. Часть 1 Тихая музыка прошлого. Часть 2
Период Великой Отечественной войны стал тяжелым испытанием для всех жителей огромной страны.

Людмила Михайловна не участвовала в боевых действиях, но на фронт ушел ее единственный сын. С первых же дней в городе начались военные призывы. Мой прадед, Игорь Константинович Осокин, в 18 лет был призван Сталинским Райвоенкоматом. Он участвовал в освобождении от фашистских захватчиков Левобережной Украины, в форсировании Днепра.

На сайте «Подвиг Народа», где размещены материалы Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации, нам посчастливилось найти описание подвига Игоря Константиновича, участвовавшего в Ясско-Кишиневской операции по освобождению Румынии. Благодаря смелым действиям Игоря Константиновича была уничтожена вражеская группа численностью более 30 человек, а батарее удалось продвинуться вперед и занять выгодный рубеж. 22 августа 1944 года Игорь Константинович был награжден медалью «За Отвагу».
В 1945 году мой прадедушка принял участие в освобождении Венгрии и Австрии за что получил медали «За взятие Будапешта» и «За взятие Вены». В боях за Вену Игорь Константинович получил серьезное ранение: он подорвался на вражеской мине.

Врачам не удалось спасти левую ногу, и ее пришлось ампутировать. Кроме того, осколки мины серьезно повредили лицо. Он долго лежал в госпитале. Врачи практически «сделали ему лицо».

На войну ушли и старшие сводные братья Игоря Константиновича: Алексей и Сергей. Они оба также вернулись домой.

Благодаря сайту «Подвиг народа», мне удалось гораздо подробнее узнать о службе в армии сестры Людмилы Михайловны, Анфисы Михайловны. Она вступила в ряды Красной Армии в октябре 1942 года (согласно некоторым документам с октября 1941 года) по призыву Сталинского РВК. Анфисе Михайловне пришлось пройти трудный путь по фронтам.
4 февраля 1944 года Анфиса Михайловна была награждена Орденом Красной Звезды, а 17 февраля 1944 года – медалью «За боевые заслуги».

Моя бабушка рассказывала, что о трудном военном времени Людмила Михайловна не любила вспоминать, только иногда рассказывала, что многие вещи пришлось продать, чтобы купить продукты. Как-то раз, когда в доме было очень холодно, они даже хотели пустить в печь пианино.

Семье Людмилы Михайловны очень повезло: никто из ее близких не погиб и после войны все вернулись домой.

Сын Людмилы Михайловны, Игорь Константинович, вернулся не сразу: он еще некоторое время лежал в госпитале, где ему ампутировали ногу и восстанавливали лицо. О том, что сын жив, Людмила Михайловна знала, но очень беспокоилась, что его долго нет. О тяжелом ранении она стала догадываться, потому что было одно письмо, написанное чужой рукой, но сын сам ничего не писал. Я спрашивала у бабушки, что рассказывала Людмила Михайловна о возвращении сына, но она говорила только, что ее бабушка говорила о том, что он изменился внешне. В то время многие семьи не дождались своих родных, много было пропавших без вести, раненых, поэтому все были счастливы, если близкие возвращались домой живыми.
Практически сразу Игорь Константинович пошел работать на завод имени Карла Маркса. Время было трудное. Игорь Константинович занимался на заводе снабжением.

На работу он ходил на костылях, хотя ему предлагали машину. Он считал, что может вполне дойти самостоятельно. Был у прадедушки и протез, который можно было прикрепить к ноге, но Игорь Константинович говорил, что он слишком тяжелый, поэтому предпочитал костыли. Уже после Великой Отечественной войны, в 1947 году, Игорь Константинович получил медаль «За победу над Германией».

Вернулась с войны и Анфиса, которая также сразу пошла работать в поликлинику зубным врачом.

В 1949 году Людмила Михайловна вышла на пенсию. Состояние здоровья не позволило ей продолжить работать.

В 1950 году в семье произошло радостное событие – родилась моя бабушка. В то время женщинам давалось всего 2 месяца декретного отпуска, после которого они выходили на работу. Людмила Михайловна полностью посвятила себя воспитанию маленькой Танечки. Бабушка рассказывала, что Людмила Михайловна несколько раз в день носила ее на работу к маме, чтобы та могла ее покормить. В то время кормящим женщинам разрешалось несколько раз в день отлучаться с рабочего места. На всех предприятиях были специальные комнаты для кормящих мам.
Моя бабушка вспоминала, что Людмила Михайловна каждый день ходила с ней на расположенный рядом Татар-Базар, где они покупали продукты, из которых готовился ужин для семьи.

Татьяна Игоревна вспоминает: «Бабушка варила компот, как она говорила, обязательно «из пяти ягод и фруктов», которые мы покупали в рядах. Мне давали несколько ягодок попробовать, хотя покупали мы чаще всего у одних и тех же женщин. Я очень любила ходить с бабушкой на базар.

А еще мы ходили гулять на набережную Волги, Семнадцатую пристань. В то время многие бабушки водили своих внуков на прогулку именно туда. По дороге мы обязательно заходили к бабушкиной подружке Гране. Чаще всего там мы пили чай».
В то время все жили трудно. Одежду перешивали из старого. Бабушка говорила, что Людмила Михайловна из своей старой шубы сшила ей на зиму длинную «одежу», а из остатков смастерила медвежонка.

Моя бабушка очень любила его, везде носила с собой. Даже перевезла своего старого и достаточно потрепанного друга на новую квартиру, где он долго хранился в ящике чулана, пока его не съела моль. Любимую игрушку пришлось выкинуть.

Когда Танечка пошла в школу, Людмила Михайловна, как когда-то ее родители и бабушка, с ответственностью отнеслась к занятиям внучки. Она собирала Таню в школу, следила, чтобы форма была опрятной, а волосы обязательно собирала и завязывала красивым бантом. На собрания к внучке она всегда ходила сама, потому что родители много работали.

В то время сотовых телефонов у родителей не было, но дети из всех окрестных домов приходили во двор и играли под присмотром Людмилы Михайловны. Их родители не беспокоились, потому что знали, что на Людмилу Михайловну можно положиться.

Мы встретились с одной из бывших соседок, Софьей Сергеевной Матвеевой, которая рассказала нам: «Людмила Михайловна всегда следила за нами, и мы ее очень уважали. Иногда мы просили ее рассказать нам что-нибудь интересное. Людмила Михайловна чаще всего (как я потом поняла) пересказывала нам рассказы Чехова. А еще наши родители всегда расспрашивали ее о нас. Если что-то случалось, она даже звонила родителям на работу».
Подруга детства моей бабушки, Наиля Абубекеровна Давлекамова вспоминает: «Людмила Михайловна очень много читала, и мы часто ходили в библиотеки и брали для нее книги. Почему-то раньше в библиотеках не давали сразу много книг, поэтому мы брали на мой формуляр, Танин и Людмилы Михайловны.

Людмила Михайловна часто ругала нас с Таней, когда мы слишком долго провожали друг друга после школы. Помню, мы любили, как, наверное, все дети, громко смеяться. Людмила Михайловна всегда одергивала нас и объясняла, что приличным девочкам смеяться на всю улицу нельзя».

В 1962 году семья Осокиных переехала из дома на Ташкентской в новые дома на улице Богдана Хмельницкого. Предполагалось, что новые дома будут с удобствами, но газ в них провели только через полтора года.

На новой квартире у семьи Осокиных появился телевизор. Бабушка рассказывает: «Телевизор, по нынешним меркам, был совсем плохенький, да и показывал всего один канал. Передач было не так много, как сейчас. Но бабушка могла пересказать любую передачу: хоть о театре, хоть о тракторе и урожаях. Очень интересно бабушка комментировала выступление эстрадных артистов. Она считала, что исполнитель должен стоять у рояля и петь. Людмила Михайловна осуждала Эдиту Пьеху за слишком яркие наряды и любила Бюльбюль-оглы, который стоя у рояля, как нужно, пел, что «олени лучше».

В новом доме ее очень уважали. Многие соседки ходили к ним за советом. Никто не называл ее «бабой Людой», все обращались только «Людмила Михайловна». Но и она очень редко позволяла себе называть кого-то на «ты». По соседству жила очень пьющая семья: они постоянно дрались, кричали. Бабушка всегда ходила успокаивать разбушевавшихся супругов.
Людмила Михайловна любила читать газеты, особенно «Культуру» и «Советскую Россию».

Бабушка никогда не кричала из окна: «Таня, иди домой!» Если она выходила за мной на улицу, я должна была к ней подойти. Она никогда не кричала; если я поступала плохо, бабушка говорила: «Порядочные девушки так себя не ведут».

Я часто думаю о том, что в наше время многие бабушки совсем не такие, какой была Людмила Михайловна. Некоторые даже стесняются, что их называют «бабушками». О своей бабушке, Людмиле Михайловне, моя бабушка всегда вспоминала с глубоким уважением и безграничной любовью. Она всегда была для нее примером.

Моя бабушка, Татьяна Игоревна, рассказывая о Людмиле Михайловне, всегда говорила, что она была самым обыкновенным человеком, что в ее жизни не происходило чего-либо особенного. Однако, когда я начала свое исследование и углубилась в подробности ее биографии, мне стало понятно, что моя прапрабабушка оказалась свидетелем всех важных событий истории того времени.

Людмила Михайловна была одной из последних гимназисток дореволюционной России. Получила замечательное образование сначала в Астраханской Мариинской женской гимназии, а затем – в Петроградском институте. Моя прапрабабушка жила в Петербурге в те самые годы, когда в северной столице происходили судьбоносные для всей страны события, и имела возможность быть их свидетелем.

Людмила Михайловна умерла 17 марта 1971 года.

Моя бабушка бережно хранит фотографии Людмилы Михайловны и память о ней. Теперь многое знаю и я, и мой брат Игорь.









Рекомендованные материалы


Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 2

Он часто вспоминал Польшу и родной язык. Он мог забыться и говорить по-польски, а потом спохватывался и продолжал по-русски. На улице жил поляк, так он ходил к нему специально поговорить на родном языке. Только вот страх никогда не покидал его. Боялся наказания непонятно за что и на старой, и на новой родине.

Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 1

Родины у него было две: Польша и Советский Союз. «Свой-чужой» – он был в этих двух государствах. Наверное, незавидная судьба была у Людвига Иосифовича Пшибло. Мы решили рассказать о его жизни, чтобы «оживить» историю, чтобы увидеть за словом «народ» живого человека.